Ал Коруд – Секретарь (страница 6)

— В деревню к дяде Мите, — хором отвечают родители, затем смотрят друг на друга и смеются. Так забавно вышло!

Я же чешу башку. Про дядю Митю мне известно мало. Отцу он не очень нравится. Говорит, что на меня плохо влияет. Зина, сестра Мити, наоборот, того обожает. Считай, вырастил ее, когда бабушка померла. Деда в войну убило. Обычное здесь дело. Это потом мы зажрались и похерили нашу историю.

Батя поясняет, ловко пальцем открывая бутылку:

— На следующей неделе у тебя школа начинается. Надо к ней подготовиться. Мама насчет костюма договорилась, да из прошлого пальто ты вырос. Так что съезди сейчас. Картошку привезешь и овощи на зиму. И поможешь там, чего надо дядьке.

Внезапно на меня находят воспоминания:

— Так, я и так помогал ее сажать.

Мама неожиданно обижается:

— Сам ее и будешь есть зимой! Раньше радовался, как в деревню ехал.

Пришлось тут же дать заднюю.

— Да понял я, понял! Просто неожиданно как-то. Как добираться?

— А то не помнишь! С автостанции: Речинск — Мураши. Обратно с машиной договоришься. Держи на нее, — батя протягивает синюю пятерку. Деньги для пацана немалые. Цены в Союзе относительно небольшие. Но к купюре тут же добавляется два рубля. — На автобус и лимонад.

Я сажусь с края стола покушать, наблюдая за игрой старших. Затем улыбаюсь, знакомая забава.

— Чего лыбишься?

— В Винта режетесь? А чего двое?

— Однако! — отец с Олегом обмениваются многозначительными взглядами. Последний роняет:

— Растет молодежь! Однако это благородный штосс, молодой человек!

Батя с раздражением спрашивает:

— Откуда такие познания? Никак дядя Митя постарался.

Молча киваю. Пахомов смеется:

— Смотри, затем третьим будешь.

— Ты мне это, молодежь не порть!

— Так это же старая благородная игра господ офицеров.

Отец бросает в сторону друга многозначительный взгляд. Что у них еще за секреты? Я делаю вид, что жую котлеты и думаю про завтрашний день. И еще о Галке. Ее шикарный бюст сегодня ко мне прикасался. И эта стерва не носит лифчиков. И наверняка в курсе, какая реакция будет у нормального пацана. Она точно знает что хочет! Я слышал в будущем, что молодежь в этом времени взрослеет быстро. Но чтобы так скоротечно? Точно надо завязывать с ней. Я не железный, да и опыта постельных кульбитов короб с коробочкой. В какой-нибудь момент не выдержу и финита-ля-комедия.

Утро было… не, не похмельным, но смурным. Ночью откуда ни возьмись, налетели облака, стало непривычно сумрачно. Подхватив под руку куртку и приготовленную мамой сумку, я поспешил к автобусной остановке. Благо основная масса трудящихся уже уехала на завод, и транспорт был относительно свободным. ЛиАЗ сверкал новенькой краской, машины свежие и еще не получили гордое звание «скотовозов». Квест по приобретению билетов в советском общественном транспорте я прошел в самом начале новой жизни. Спасибо Илье, тот сразу направился к прозрачному ящичку и бросил туда заготовленный пятак, тут же откручивая ленту и отрывая красный билетик. Так что сейчас я бодро поспешил к «кассе», но затем озадаченно остановился. В кармане не оказалась ни пятака, ни иной мелочи. Лишь пятнадцать копеек.

— Чего встал как вкопанный? — подвинула меня какая-то бабка, затем глянула на монету в руке и сунула пятак. — С деревни, глухой, что ли?

«Ага. Только у нас в электробусах давно терминалы стоят, и вопрос сдачи не нужен!»

Но смысл понятен. Дождался на следующей остановке еще одного пассажира с мелочью и оказался обладателем двух копеечных монет и трешки аж тридцать девятого года. Ни фига в СССР стабильность валюты была! Ехать недалеко, время поджимало. Ну и, естественно, на вокзале никаких табло и справочной. Народ снует туда-сюда, суетится, автобусы прогревают двигатели, толчея как на московской вокзале. Все-таки областной город! Но язык до Киева доведет, свой маршрут в Мураши я нашел. Погрузка уже началась.

Стоящий передо мной пацан примерно такого же возраста подмигнул мне.

— Куда?

Настроения у меня особо не было, но парень так позитивно выглядел на фоне хмурого утра, что я сам не удержался от улыбки.

— Мураши.

— Так считай земляки, — но тут подошла наша очередь и мой сосед бросил билетерше. — До Семашок.

Дама при исполнении хмыкнула, но оторвала билет, а парень отойдя к двери, мигнул мне еще раз.

— Мне туда же.

Кассирше было не до нас, так что десять копеек сэкономил. И в самом деле, кто там будет проверять, где ты выходишь. Шофер сам в пути обилечивает, ему некогда следить за всеми. Пригородный автобус был уже полон. В это время ехали в основном пожилые люди, таща с собой детей и котомки. Так что свободных мест уже не было, и я пошел за пацаном к заднему выходу. ЛАЗ не самый удобный автобус, но двинулся он с места бодро, быстро разгоняясь. Минут через десять мы уже выехали из города. Дорога ныряла между полями и перелесками.

— Серый.

— Степан.

Серега ухмыльнулся и поставил на пол небольшой складной стульчик, со всем комфортом усевшись на него.

— Моя конструкция. По очереди будем сидеть, чтобы никому не было обидно.

Серый мне сразу глянулся. Глаза озорные, русый чуб лихо вылез из-под кепки-хулиганки. Люблю людей позитивных. Они помогают пережить всю эту хтонь под названием жизнь.

— Сам делал?

— На практике заводской. Мужики еще помогли. Им здорово конструкция моя понравилась. На рыбалку зимнюю первая весч! Я в техникуме индустриальном учусь.

— Домой за картошкой едешь?

— Как угадал?

— Сам за ней качусь.

Мы громко захохотали, и на нас тут же зашипели бабки. Хотя все равно рык мотора перекричать не могли. В этот момент в большом поселке была сделана остановка, и в автобус полезли люди. Мы начали уплотняться. На улице стало заметно теплей, а в автобусе откровенно жарко. И началась великая битва «Душно — откройте окна. Мне дует, закройте!» Какая-то наглая бабка с двумя тюками за спиной тут же потребовала у Сергея:

— А ну-ка, молодежь, уступи старым людям.

— Да, пожалуйста!

Тот с ухмылкой поднялся. Сложив по пути стул. Старушенция сунулась было вперед, потом в замешательстве остановилась.

— Батюшки родные, а где сиденье?

— Там дальше по салону, бабуля!

Бабка гневно зыркнула на нас и двинулась вперед, ища, кого можно выгнать и занять его место.

— Не жалко?

Серый снова уселся и затряс головой:

— Неа! Через час автобус пустой пойдет. А эта карга на рынок пораньше хочет попасть. Видишь, ведро с ягодой тащит, спекулянтка.

В Мурашах они вышли уже закадычными дружками.

— Договорились! В семь за тобой зайду. Танцы сегодня будут потрясные. Потом все в город уедут, только по праздникам устраивают.

— Давай, буду ждать.

Я окинул крепкую фигуру Сереги и выдохнул. Пожалуй, мне снова везет. Он также будет искать машину, вместе проще и дешевле будет доехать. Но сначала надо решить важную проблему — как найти дом дяди Митяя? Адрес я добыл, конечно, в семейном архиве. Но всеми подразумевалось, что я и так его местонахождение отлично знаю. Придется спрашивать.

— Степка! Здорова! Когда приехал?

Этого шустрого карапуза я смутно припоминаю.

— Не узнал? Я же Кеша, твой двоюродный.

В очередной раз убеждаюсь, что в Советском Союзе до ужаса самостоятельные дети. Это вам не «корзиночки» из двадцать первого века. Они не побегут жаловаться мамочке на побитую коленку, не будут ныть, что дует или жарко. Разгонят стаю собак, выберутся из глухого леса, найдут засланного шпиона, отберут у инопланетянина «тарелочку» покататься.

— Узнал, чего нет. Просто спросонья.

— Ты молодец, что приехал. У меня как раз старший брат из армии пришел. Гуляют!