Ал Коруд – Секретарь (страница 14)

И чего она ко мне прицепилась, а не к Галке?

Я сижу возле окна на третьей парте с Ильей. Тот таращится на меня и шипит:

— Вообще дурак? Тебе она на кой?

— Вот как раз эту проблему и решал.

— Ну-ну. Ты уж, брат, определись. Натахе точно не понравилось.

Хм, взгляд у Кузнецовой ой какой нехороший. Перегнул я палку с нашим знакомством. Хотел, как лучше, а получилось как всегда. Тебе, мальчик, сколько годиков? С бабами якшаться, проблем на пятую наживать.

— Несмеянов, к доске. Раз ты у нас такой сегодня говорливый, то мы хотели бы услышать от тебя, что делал Владимир Ильич Ленин в Разливе.

Кто-то бросает с места:

— Рыбу ловил!

— Карасев!

После окрика все умолкает. Классную лучше лишний раз не злить.

Встаю у доски и декламирую голосом почтенного лектора общества «Знание».

— Товарищ Ленин в Разливе написал тезисы «О политическом положении» и статью «К лозунгам», а также работал над книгой «Государство и революция». Будучи в Разливе на нелегальном положении, использовал подменные документы на имя сестрорецкого рабочего Константина Иванова и изменил свою внешность. Прибыл туда с товарищем Зиновьевым. Во время пребывания в Разливе Владимир Ленин внимательно следил за развитием событий в Петрограде. С наступлением темноты товарищи по партии доставляли вождю сведения и получали инструкции. Среди них были Серго Орджоникидзе, Яков Свердлов и Феликс Дзержинский.

Галина Петровна скривилась при имени Зиновьева, но в целом осталась довольна.

— Молодец, материал учишь. Но с учетом вызывающего поведения сегодня будет четыре. И ребята, отнеситесь к этой теме серьезней. Она есть на экзамене. Мы не должны забывать героев революции пламенных большевиков. Есть вопросы?

Я благоразумно промолчал, хотя категорические несогласный с интерпретацией тех горячих дней официальной советской историографией.

Но именно в этот момент послышался ехидный голос Светки Соколовой:

— Несмеянов, а с кем бы ты провел лето в шалаше?

Уже по дороге к парте роняю:

— С достойной комсомолкой. Но ты в их число не попадаешь.

— Дурак!

— Несмеянов, три!

— За что, Галина Петровна? Я ответил, как честный комсомолец. Не могу же находиться наедине с кем попало?

Класс ложится на парты, классная краснеет. А мне как-то все равно. Я понимаю, что все это по существу детский сад.

— Завтра же к директору с родителями!

Кое-как дожили до конца уроков. Бегу наверх, чтобы перехватить Наташку. Кабинет, то есть маленькая комната, что выделена для комитета, пуст. Нет. Наталья здесь, стоит у окна. Даже не повернулась, гордо подняв голову. Ждет, когда извиняться буду. Пожалуй, самое умное сейчас — забить на всех девчонок хотя бы до института. Но эти белобрыска нужна мне для дела. У меня длинный и отлично расписанный план на ближайшие несколько лет. И она в них входит. Уверенным жестом запираю дверь на ключ и шагаю к ней. Наташа что-то начинает понимать и оборачивается. Но не успевает ничего сказать, как я залепляю ее рот поцелуем. Не знаю, что на меня нашло. Собирался, называется, поговорить. Неожиданно увлекаюсь. Но пожалуй, перебор — два поцелуя сряду.

«Руки держи! Держи руки, дурак!» Фу, дальше талии не пошли.

— Ты чего?

Глаза как блюдца, в них плещется бесконечностью синее море. Ух ты! Давно меня так не торкало. В голове ураган, в штанах вулкан. Подарок природы для размножения. Вот почему юнцы с ума сходят.

— Эй!

А ноги девушку не держали. Хватаю ее и сажаю на стул. Именно в этот момент в дверь стучатся. И так, что не открыть нельзя.

К нам заглядывает старшая пионервожатая Мила Казакова. Престарелая дева с постоянно изменчивым характером. Она подозрительно на меня уставились:

— Вы чего закрылись?

— Само захлопнулось.

Не очень остроумно, но глаза престарелой пионерки уже нашли побледневшую от избытка эмоций комсомолку:

— Чего это с ней?

— Плохо стало!

Причин, по которым девчонкам бывает плохо, предостаточное количество. Так что удивления не произошло.

— Окно открой, дубина стоеросовая!

«Вот это незаслуженно! Поцелуй был мастерским, вон до чего девку довел!»

На самом деле с меня хватит на сегодня поцелуев. Что-то они мне боком выходят. Может, ну его на фиг этот комсомол? Как-нибудь иначе наверх выплыву. Ага, как какашка! Потом ведь смоют. В число отходов мне войти не хотелось. А вот пожить весело даже очень. Наше поколение лишили выбора. Советского или капиталистического, как и каких-либо правил. Так что мы в основном прожжённые циники. Домыслить идею мне по пути домой не дали.

— Степыч, ты чего на тренировку не пришел? Нам в выходные играть!

Лешка поглядывает недобро. У нас был уговор.

— Извините, парни. Дела срочные образовались. Но сегодня обязательно. Сейчас за формой домой метнусь и в спортзал.

— Договорились. Тебе еще удар надо отработать.

Он имел в виду подающий. Слишком сильно луплю по мячу.

После тренировки засел за уроки. Удивительно, как молодой мозг успевает запомнить столько информации! Особенно тогда, когда ты знаешь для чего это все. В принципе большую часть можно усвоить и на уроках, если не спать. Многие из учителей умеют доносить информацию, особенно если задавать им конкретные вопросы. Там уже посыпятся знания из высшей школы. И фанаты педагогики такое любят и тебя запоминают с лучшей стороны. Всегда пойдут навстречу в плане консультаций.

Так что считай физика, химия и математика у меня в кармане. Сочинение напишу, у меня был опыт копирайтинга, когда в издательстве работал. Бизнес в приснопамятном девяносто восьмом накрылся, деньги долго оттуда выбивал. Пришлось тогда вспомнить некоторые прошлые навыки, в том числе и фотографию. А тут как раз начался бум гламурных журналов. Писать туда было не так сложно. Кропал сразу нескольким изданиям, пока руку не набил и связи не завел. В итоге оказался в кресле руководителя медиа в одной из госструктур. Моя биография богата на такие выверты.

Уже во время ужина вспоминаю:

— Пап, надо завтра со мной к директору.

У мамы падает на пол ложка, батя поднимает донельзя удивленные глаза. Видимо, Несмеянов особо в безбрачиях не замечался. Но голос отца не дрогнул:

— Нахулиганил?

— Да не то что бы… Несправедливо это. Ответил на пять, поставили четыре, потом за поведение три? Разве так можно?

Отец качает головой:

— Неправильно!

Мама умнее и смотрит на меня с подозрением:

— Ты что-то не договариваешь, Степа.

Да, ее не проведешь.

— Пререкался с классной на уроке.

Вот тут батя уже чуть не поперхнулся.

— Твое воспитание, Миша! У мальчика нет авторитетов!

— Потеряны ориентиры. Куда пойдет это поколение и где в итоге окажется?

Маман моментально поворачивается, и я еле уворачиваюсь от удара полотенцем.

— Ишь ты как научился! Тебе в театре выступать, паяц! В выходные будешь сидеть дома.

Я доканчиваю котлету и роняю: