Ал Коруд – Секретарь (страница 10)

Меня крепко стукнули по плечу:

— Молодец, городской!

Николай с некоторым интересом рассматривал меня:

— Это что за прием такой? Откуда взял? Нас в разведке всякому учат, но такого не видел. И стойка у тебя странная. Но ты все равно молоток. Пошли с нами, отметил это дело. Принял ты, Степка, крещение.

— Можно Серегу возьму!

— Чего нет?

Серый с друзьями, оказывается, стоял рядом наготове и чуть не втянулся в драку, когда меня кореш Дани задел.

— Пацаны!

Переходим ко второму этапу танцевального вечера. После плясок следует это дело закусить и запить. Николай повел всех к себе в сарай, что стоял на берегу реки. Зимой там хранились катера и всякое барахло. Здесь хватало места для посиделок. От воды потянуло свежестью, и я быстро пришел в себя.

— Гляжу, тебя уже нет. Алека кричит, что тебя бьют. Мы туда, а там…

Серый был возбужден, но не забывал наливать мне вина. Судя по вкусу, плодововыгодное. Давненько я такой дряни не пивал. У Николая нашлись запыленные стаканы разных времен. Девчонки было их отмыли и добыли немудреную закусь в виде хлеба и овощей с огорода. Коля с корешами сидел на воздухе, но те были людьми женатыми и быстро отчалили.

— Молодежь, кто желает коньячку?

Напиток был крепок, девушки отказались, парни не хотели мешать, а я чего-то разухарился.

— Есть сок? Могу сделать коктейль.

— Найдем?

Как ни странно, но две трехлитровых банки обычного магазинного яблочного в сарае были. Как и несколько банок консервов. Кто-то планировал тут вечеринку или держал на всякий случай? Коньяк был молдавским, сок краснодарским, нарезанные фрукты местными. Дружба народов! Смешав в пропорции один к трем, вышел на улицу и срезал пару тростинок.

— Дамы, напитки готовы.

Заводила с каштановыми волосами взяла у меня стакан и пригубила:

— А вкусно!

— Дай попробовать!

Николай пил коньяк чистым и широко улыбался. Ему нравилось, что я не посрамил род и «выступил на сцену» достойно. Такие вот тут простые деревенские нравы!

— Наша порода! Морду набил, девчатам угодил. Какую выберешь на сегодня?

Девушки приняли игру и начали флиртовать. Степан и его приятели шутили по этому поводу, выгораживая достоинства девушек. Те делано обижались и много смеялись. Короче, как везде в любой компании. Пили, дурачились, рассказывали разные истории. В какой-то момент рядом послышался знакомый до мурашек голос:

— А мне можно попробовать ваш фирменный коктейль?

Алена была в шали, стало прохладно. Все-таки конец августа. Я немедля нашел чистый стакан и сделал самодельный коктейль.

— Как вкусно!

Видимо, перебрал. Смутно помнил, как пришел в дом к дядьке. Как «бесшумно» прокрался в комнату. Очнулся уже утром, раздетый и в постели. Покрутил головой и осторожно присел. Вроде сильного похмелья нет. Осторожней надо быть с выпивкой! Тело новое и непьющее. В проеме показалась довольное лицо дядьки Митяя:

— Что, племянничек, покуролесил наднесь?

— Ну.

— Баранки гну. Ухо лучше глянь.

Я ломлюсь на кухню, где у рукомойника висит небольшое зеркальце для бритья. Ё мае! Про холод я благополучно забыл. Успокаивает лишь то, что к школе оно точно пройдет.

— Ничего, после бани я тебе одну мазь дам. Завтра к утру ничего не останется. Лучше садись чай пить, да пошли. А то Надька вернется, прилетит тебе на орехи.

Я сажусь за стол и степенно наливаю чая, пододвигая ближе тарелку с пирогами. Затем с подозрением смотрю на ехидного до безобразия дядьку.

— С чего бы это?

Митяй дует на блюдечко, куда у него налит чай:

— Ты бы, Степка перед тем, как снимать рубашку, глянул что на ней.

— А что там?

— Эх, молодежь. Помада! Понимаю дело молодое, но следов оставлять не нужно.

Я чуть не пролили чай. Аленка! Внезапно вспомнились наши жаркие объятия и как она тянула меня на сеновал. Дьявол, неужели…?

— Да нет!

Митяй пожал плечами:

— Как знаешь. Но сховаться треба. Пойдешь мне помочь с лодкой на реку. Затем банька, там Надька и остынет.

Не остыла.

— И что я Зине скажу? Что ее сынок подрался на танцах! И что потом неизвестно с кем шлялся всю ночь!

— Почему неизвестно? У Коли были.

— Тоже гулена! Вот правильно, армия ему полезней!

Как ни разорялась тетка, но пиво нам после баньки выкатила. Я не усугублял и ограничился одним стаканом. Днем с дядькой мы наловили рыбы. Вернее, как наловили? Проверили ловушки, «морды» по-здешнему. С удочками тут разве что ребятня балуется. Так что на вечер была жарёха на сковородке. Надежда понемногу угомонилась и начала собирать мне в дорогу деревенские гостинцы. Положила в сумку-самобранку баночку малинового варенья и мешочек сушеных яблок. Витамины горожанам! Туда же ушел завернутый в ткань шмат сала и бутылка желтого масла.

Дальше ничего интересного в деревне не произошло. Меня быстро сморил сон. Рано утром раздался гудок «Газона», из кузова выглядывала улыбающаяся физиономия Серого. Мы вдвоем споро закинули мешки наверх. Наскоро попрощался с родственниками. Митяй пошутил напоследок:

— Приезжай исчо, девок у нас хватит!

Мне с утра юморить чего-то не хотелось. Я все гадал, было ли у меня с Аленой что или нет?

— Ага, до встречи.

Серега кивнул в сторону кабины. Он освободил там место среди бидонов и ящиков и постелил попону. Немудреный транспорт для привычных ко всему советских граждан. Зато попав в переделку, они были готовые ко всему. Потому и в космос первыми полетели. Чего там такого необычного, что русских испугать смогло?

— Как сам?

Сергей выглядел сонным и расположился удобней. Я некоторое время смотрел на него, но в итоге решил узнать.

— Серый, что у нас с Аленой было?

— Ага, — разглядев мой вытянутый фейс, новый приятель хохотнул. — Ну ты силен. Заарканил ведь девку. Нельзя с тобой на танцы ходить.

— Серый, я серьезно.

— Да утащили ее подруги домой вдрызг пьяную. Но целовались вы уже взасос. Аж завидно стало.

— Да ну тебя!

— А нечего от коллектива отрываться. Пил бы вино, все помнил.

Глава 5

Школа

Не так все страшно оказалось, как мне думалось. К концу двух недель после начала учебы я вполне влился в коллектив 10 «А» класса и начал осматриваться в поисках рычагов воздействия для продвижения себя любимого вперед. Мое недопонимание в некоторых вопросах товарищества и внутренней жизни класса, то есть я не всех узнавал или забыл о взятых некогда обязательствах, благополучно разрешал Илья, запустив слух о моем ударе башкой. Сотрясение мозга мне официально никто не диагностировал, потому что это поставило бы крест на многом. Но для отмазки в среде школяров хватило.

В свете набирающих ускорение школьных событий мои косяки быстро забывались. Класс выпускной и впереди маячила череда непростых экзаменов, да и просто многим хотелось последний школьный год провести на полную катушку. Мы старшие в школе и этим все сказано. Нам побаиваются школяры. К нашему мнению прислушиваются учители и даже директор. Ну и поручения дают уже совсем не детские. Эх, жаль, что не бывает два или три десятых класса! Так бы этот переходный опыт помог в будущем.

Настолько был разным он у школяра или студента. Только что ты был мелким и тебя опекали, как в какой-то момент считаешься взрослым и всем должен. Особенно военкомату! Там тебе дают в руки боевое оружие и какие-то старперы с большими звездами могут послать умирать на никому не нужную войну. А после — мы тебя знать не знаем, руки в брюки. Нет, долг Родине я тогда отдал сполна. Так что сейчас будут грызть себе дорогу в ином направлении.

Если в прошлой жизни я учился во вполне обычной школе, что располагалась на рабочей окраине, то наше учебное заведение находилось в центре областного города. Что накладывало на нее некоторые черты элитарности. Здесь было полно «сталинок» и более нового жилья «индивидуальных» проектов, в которых жили люди непростые. На самом деле в СССР все годы существовала жесткая сегрегация. Нет, всем было дело до всех, даже чересчур. И помочь могли в беде или закопать. Но власть и общество с юности жестко ранжировало часть будущих граждан по разряду таких качеств, как желание учиться, добиваться поставленной цели, участие в социализации и степени развитости здорового пофигизма.