Ал Коруд – Дорога 2 (страница 50)

— Ну как, убивец бесов, дела?

— Пересвет!

Старый товарищ, с которым мы уже как-то разок схватились с нежитью, крепко обнял меня. Было заметно, что я ему по-настоящему небезразличен. У меня, вообще, отчего-то образовалась здоровая приязнь к этим суровым, но справедливым людям. Мы вместе прошли через многое и привыкли к товарищеским отношениям.

— Вот что значит без меня пойти.

— Я уже не раз пожалел.

— Ну сейчас от тебя не отойду. Даже не проси! Радей, можешь передохнуть.

Помощник покосился на меня, я жестом отослал парня поспать. Ночь длинная.

Пересвет пришел не один, а притащил за собой Деяна. Усатый пулеметчик обнял меня, хитро улыбнулся и выставил на лавку запечатанный сургучом изящный кувшин.

— Подарок от старого друга с Кислозаводска.

Я радостно потер руки и достал оставшиеся от посиделок глиняные кружки:

— Наливай!

Сказано — сделано!

В кувшине оказалось довольно крепкое вино. Что-то вроде портвейна или хереса. Мне даже стало радостно. И в Беловодье можно достать такое вкусное вино! Я почему-то всегда питал слабость к портвейну. К этому вину отлично подошел кусок копченого мяса. На противоположном от града берегу охотники нашли небольшие луга, на которых паслись дикие кабаны. Так что в дорогу мы ушли с запасами заготовленного впрок продовольствия. Потому что идти до порта назначения будем без остановок. Даже рыбу ловить станет некогда. Потому всю ночь в лагере дымились костры, жарилась и коптилась дичь и кабанье мясо. Рыбу уже стали вялить с самого начала. Почти все запасы крупы и прочих долгоиграющих продуктов мы оставили около лагеря в специальных амбарах, поставленных на высокие столбики. Подальше от мелкого зверья.

— Робята, а что вы можете рассказать о Вавчуге?

— Туда пойдем? — вскинул голову Деян. Он был из старого состава егерей, так что с ним я мог быть откровенным. Да и под натиском нежити в Синем лесу мы стояли все вместе. А совместно пережитая опасность здорово сближает.

— Возможно.

Пересвет коротко хохотнул:

— Не таись, варяг. Лучше места не придумаешь. Самый лепший порт в этом месте Устюги. Его наши родственники основали, пусть и пришли из иного мира. У них много христиан, но люди крепкие и честные. Потому их порт пользуется доверием всех лодейщиков Великой реки.

— Да и самые быстрые насады именно они строят. Возят лес от ушкуев. Те рубят его на дальнем севере, где вечные снега и долго высушивают. Потому он самый крепкий.

— Ушкуи продают лес? — не поверил я.

Деян махнул рукой:

— Только в Вавчугу. Поэтому он для них нейтральный порт.

Мне стало интересно. Знаменитым пиратам дают приют. Да где это видано?

— А как так вышло?

Деян пожал плечами:

— Бают, со стародавнего пошло. Договор у них имеется. Ну а мы кто такие — вмешиваться в чужие дела?

— И как они там?

— Представительство имеется. Купчины их изначай туды заходят. Дела торговые ведут. Там же выкуп.

— Это что еще?

Наш многоопытный пулеметчик начал неторопливо пояснять:

— Один из основных доходов ушкуев — продажа на выкуп рабов. Везут дикарей с севера, тех обычно ахторовцы покупают. Раб издалека не побежит и будет служить верно. Нашего рода-племени бедолаг привозят от степняков. Добрые люди или товарищества, как у Боляна их всех выкупают.

— Так, ушкуи же, как пить дать, связаны со степняками!

— Олег, у нас так принято: если не пойман — не вор. Поймают на татьбе речной, ломай, бей! Но купцов с товаром трогать не моги. Иначе не будет торговли на реке. Не будет торговли, вернемся в голод.

Я мрачно помалкивал. Ничего себе порядочки! Рабство практически узаконено. Но находятся ведь «благодетели» из своих. Или я многого требую от этого жестокого мира? Справедливости и в моем мироздании было мало. Наверх лезли чаще всего моральные уроды, ради большой прибыли люди шли на любое преступление. А здесь хотя бы хоть что-то от меня самого зависит. На деле много чего нынче зависит. Большие люди, живущие на этой реке, будут после нашей охоты у меня в долгу. Вот тогда и повоюем.

— Перво-наперво в Вавчуге поставили верфи. Народ туда пришел справный, начали стразу лодьи строить. Челны, струги, насады. Потом развернулись, находили готовое железо, машины, затем покупать стали у заводских.

— Им много чего ушкуи тодысь везли. В их края немало закладок валилось без людей. На том то племя и поднялось. Зброя справная у них завсегда имелась.

— Потому они так дружны?

Ой как несладко пришлось. Почитай, первыми прошли путь от каменных порогов до устья морского.

— Это ж когда было?

— Да еще на моей памяти. Не было в те годы торговли по всей реке. На наших глазах все устроилось.

Я призадумался. Не слишком ли многого требую от этих людей? Нет, брат, надо самому в судьбу Беловодья вмешиваться, а не апеллировать с претензиями к тем, что пережили такое прошлое. Век живи, век учсь!

— И что связи ваши, крепки?

— Да как бы не крепче, чем с остальными. Мы их не раз выручили, они нам помогали. Да и князь там в чести. С коржаками вачугане родня, многие семьями перемешались.

Вот одна из загадок и открылась.

— Считаешь, что их лодьи нам помогут?

— Ну а что? Потораста верст, чай не триста. С Портюги пока еще до нас доберутся! Да и есть у них на подряде людишки всякие. Наемные впрягутся и молчать ране времени будут. Не впервой так работать.

Деян мечтательно протянул:

— После сей богатой охоты осяду я. Устал, братцы, болтаться по белу свету. Да и ноги болеть от сырости стали.

Пересвет аж чуть не выпустил трубку из рук:

— Ну даешь, старый пень. И куда подашься?

— Так на усадьбу. Строимся ведь широко? Чай, огороды обчеству потребны? А я в скитаниях разной премудрости огородной набрался. Сторона у нас солнечная, буду парники с химическими окнами ставить. Богачи из Вортюги с охотой зимой свежий овощ да ягоду покупают.

— Из команды выйдешь?

— Нет, договорюсь на отсид. Мое збройное частенько потребно.

Пересвет повернулся ко мне:

— К нам переедешь?

Я поставил пустой кувшин на палубу и задумался:

— Давай, сначала все закончим. Там и порешаем.

Друже зброя блеснул глазами:

— Все дела не переделаешь. Новые появятся.

— Улада хочет дом свой в Вортюге. Ближе к реке.

— Тогда строй. После этой охоты ты в старшины выбьешься. Любой городской с тобой считаться будет. А женке в большом граде баще. Магазины платейные, кафа, сладости. Все удовольствия рядом!

Мы засмеялись и на нас из темноты зло шикнули. Беззвучно появился Радей, пришедший на смену.

— Ну все, братцы, давайте почивать.

Я еще некоторое время смотрел на безоблачное ночное небо. Чернота со множествами огней. На нем нет знакомых мне созвездий. И луна здесь совсем иная. Что это за мир совершенно непонятно. Но за прошедшие месяцы я как-то плотно вошел в его жизнь. И мне тут очень нравится. Честно.

Глава 29

Великий град Вавчуга