Аксюта Янсен – Ксенолог с пересадочной станции (страница 12)

Мы стояли и смотрели в глаза, да… дракону… почти каноническому, как их себе представляли в древних Китае и Мексике. Да ничего, мы уже привыкли. Не только к ним самим, но и к мысли о почти стопроцентной вероятности палеоконтакта. В те времена солеране высылали множество экспедиций в разные концы вселенной с цивилизаторской миссией, скорее всего заглянули и к нам. Проблема в том, что такими были не одни они и, если на какой-то отсталой планете сталкивались представители двух могущественных цивилизаций, доставалось всем, в том числе и местному населению. Возможно, это случилось и на Земле и нашло отражение в древнейших сказаниях и эпосах, но достоверно выяснить пока не удалось.

Я поймала себя на том, что, как это и раньше бывало, пялюсь на дракона с глупейшей восторженной улыбкой. По долгу службы мне не раз приходилось общаться с солеранами, пожалуй, даже на порядок больше, чем это выпадает среднему землянину, но такое воздействие на меня оказывает только Хейран-Ши. Ящер слегка изменил позу, горловой резонатор слегка надулся — сейчас опять заговорит.

— Заходи, Маленькая. — Кольца драконьего тела неимоверным образом вывернулись, и мы оказались с Отшельником лицом к лицу. — Я рад, что в это время меня решила посетить именно ты.

— А что, у тебя тоже что-то случилось? — мгновенно встревожилась я.

Уж если что-то смогло досадить нашему почти всемогущему ящеру, то нам, мелким букашкам — точно кранты.

— Чужаки на станции.

— Стесняюсь напомнить, но здесь каждодневно толчется множество чужаков. На то она и пересадочная станция, — очень тихо пробормотал Мика, настолько, что услышать его удалось только благодаря модифицированному кошачьему слуху, даже несмотря на то, что стояли мы рядом. Не сомневаюсь, что дракон тоже его расслышал, но величественно проигнорировал.

— В смысле, чужаки — это инородные для нее сущности, мешающие правильной работе станции? — уточнила я.

С солеранами мало говорить на одном языке: практически каждое их слово нужно подвергать дополнительному толкованию. Многих, знаю, это сильно напрягает, но мне нравится. Мне почему-то почти всегда удается угадывать истинный смысл сказанного.

— Именно. Мешают. Ломают. Отключают. Сейчас прекратили работу уже девять приемных кабин, — принялся растолковывать Хейран-Ши, добиваясь предельной ясности.

— Как это?

На моей памяти ни разу ничего подобного не случалось. Выйти из строя могло что угодно, но кабины работали безупречно. И тут меня осенило: оп-паньки, вот и нештатная ситуация, которой так опасался Мика и с которой неизвестно что делать.

Я едва успела наступить доктору на ногу, чтобы не влез со своим комментарием. Похоже, он действительно имел довольно расплывчатое представление о правилах общения с наблюдателем от солеран.

В это время дракон плавным, но стремительным движением скользнул к одной из стен, вытянул четырехпалую ладонь (два крайних пальца противопоставлены двум средним) — и прямо в воздухе повисли красочные картинки, в которых при некотором напряжении можно было узнать планы нашей станции в разных проекциях. Ярко-красными огоньками замигали обозначения вышедших из строя кабин. Я всмотрелась: действительно, эти кабины в мою смену не функционировали. Большинства не было в расписании, а в две заявленные заранее гости просто не прибыли. Но такое встречалось и раньше, а потому никто особо не встревожился. Так, а теперь предстоит долго и вдумчиво вытягивать из дракона информацию.

Я села прямо на пол, обвернулась хвостом и сделала вид, что готова к долгой светской беседе. Слева и сзади с тихим шорохом опустился Мика.

— Так говоришь, сломали, кабины-то?

— Сломать их невозможно. Отключили. Заблокировали.

— А это возможно? Хотя что это я говорю: раз ты говоришь, значит возможно. А снова запустить их можно? И где находятся включатели?

Опустила взгляд вниз, а передо мной уже стоит на маленьких гнутых ножках подносик с чайными чашками для нас с Миком и крепкой настойкой на семидесяти травах для Хейран-Ши. Ага, вот и реквизит для создания обстановки дружеского общения, похоже, мы с Отшельником друг друга отлично поняли.

— Включить можно. Конечно. Но не тебе, Маленькая, и твой друг тоже не справится.

Это-то понятно: работа, наверняка, для специалиста. Но хорошо уже то, что непоправимого не случилось. Однако где находится заветная кнопочка, Отшельник так и не сказал. Он неподвижным взглядом уставился в свои схемы, будто бы гипнотизируя их. Длинное драконье тело находилось в постоянном движении, оно словно текло, матовая чешуя чуть поблескивала, но голова оставалась в полной неподвижности на одном месте. Наконец дракон снова заговорил:

— Они на изнанке станции. И места включения и ваши диверсанты.

— Что еще за изнанка? Никогда ни о чем таком не слышала!

Дракон замер, подбирая наиболее точное определение. Была у него такая слабость.

— Чаша рекреации, проектированием которой в основном занимались люди, имеет второе дно, — вместо него очень тихо и быстро начал пояснять Мика. — Так называемый технический этаж, на котором находятся все механизмы, обеспечивающие нормальные условия существования на станции.

Впервые за разговор Отшельник прямо взглянул на Мику, после чего медленно и важно кивнул.

— Подождите. Ведь перемещающие кабины находятся в корпусе тора, по центральной его оси.

— С изнанки есть доступ к контрольным точкам управления, — на удивление понятно и однозначно ответил дракон. — Кроме того, в торе тоже имеются технические помещения и коридоры, не такие обширные, как в рекреации, но и они дают доступ к множеству объектов.

— То есть, — аккуратно начала подбираться я к тому вопросу, с которым мы пришли, — с изнанки можно получить доступ к кое-каким рабочим помещениям. Например к кабинету начальника станции.

— Можно. — Дракон довольно сощурил свои громадные круглые глазищи, и через мгновение один из фрагментов схемы увеличился, а путь до нужного помещения проложился пунктирной линией. — Вот так примерно. Вход с изнанки не заблокирован, открывается так же, как все двери солеранской конструкции.

Я с деланно безразличным видом отхлебнула чая из чашки. Красота! И где он только умудряется доставать такие сорта?

— Дело за малым. Отправиться на эту изнанку и все восстановить, как было.

— Это будет сложно. Ваши диверсанты сейчас тоже находятся на изнанке, и они заблокировали все известные входы туда.

А вот это уже намного хуже. Шеф, который мог бы организовать быстрое и эффективное решение этой проблемы, заперт в своем кабинете, на изнанку так просто не пробиться, а между тем там действует группа диверсантов, продолжающая выводить кабины из строя. Вот как раз замигал и загорелся красным еще один значок на схеме.

Нет, то, что на изнанку специалисты все же пробьются, я не сомневалась. Но времени на это уйдет и что за это время успеет случиться!.. Судя по тому, как встрепенулся Мика, он считал так же. Я осторожно нащупала его ступню и сжала ее, сигнализируя, чтобы пока не вмешивался.

— Но ведь у тебя же есть твой собственный проход, просто не может не быть, — протянула я, заискивающе глядя дракону в глаза.

— Маленькая, ты же знаешь, я не могу помогать людям решать их проблемы.

— А ты и не помогай, — согласно закивала я. — Просто устрой мне маленькую экскурсию на изнанку. По дружбе. Я там никогда не была, и мне любопытно, как там все устроено. Ну и этого, — кивнула я в сторону Мики, как будто только что вспомнила о его присутствии, — неплохо бы взять с собой.

— Погулять? Что же, это можно.

Одной рукой, не глядя, как будто совершая автоматический, несущественный жест, Отшельник смял голограмму схемы, на которой пунктиром был обозначен маршрут по изнанке тора к входу в кабинет шефа, и кинул его в сторону напульсника Мики. Полупрозрачный комочек, пролетел через полкомнаты и впитался в наручное электронное устройство, словно был чем-то гораздо более материальным, чем оптическая иллюзия. Полезная штука, этот напульсник — себе такой, что ли, завести? А то после того, как полетел имплант, появилась необходимость в каком-нибудь дополнительном носителе информации.

Между тем дракон продолжал:

— Но будьте осторожны — не все пределы доступны моему взору.

Хейран-Ши говорил торжественно и важно, распушив гриву и тем давая понять, что разговор закончен.

То, что нас сейчас отправят погулять на изнанку, это хорошо: появится возможность быстро и безболезненно решить все наши проблемы. А вот то, что у Отшельника нет средств наблюдения и контроля за изнанкой и в случае чего он не сможет прийти к нам на помощь, даже если решится наплевать на правила поведения наблюдателя, уже намного хуже. А именно так я расшифровала его последнюю фразу.

Тем временем поднос с напитками исчез, — куда и как я опять не успела заметить — а Отшельник, гибко скользнув к одной из стен (как ему так удается двигаться? словно на воздух опирается!), открыл очередной проход. На этот раз светлый низковатый полукруг — дракону выскользнуть в самый раз, а человеку придется пригибаться.

Слегка попридержав меня за плечо, Мика выпрыгнул первым. Ну да, как же я могла забыть: в случае опасности мужчина должен идти впереди. Гендерные роли и все такое прочее.

Я развернулась к дракону, собираясь не то попрощаться, не то услышать на прощание какое-нибудь напутствие, но он только опять распушил гриву, а в кармашек моих брюк скользнул какой-то небольшой, продолговатый предмет. Что это за контрабанда такая и чем она может мне помочь, я спросить не решилась. Отшельник и так уже преступил все мыслимые и немыслимые правила поведения с малыми расами (к которым по солеранской классификации относится и человечество). Будем надеяться, что в нужный момент меня осенит.