Акси О. – Девушка, которая упала в море (страница 38)

Туман из прошлого поднялся вновь, на этот раз более темный и угрожающий, и я снова погрузилась в темноту. Это неизбежная пустота. Место, которое лишено времени и смысла, просто боль в моем сердце от того, что я умираю и ничего не в силах сделать, чтобы предотвратить это и спасти себя.

В следующий раз, когда я вернулась, уже наступила ночь; рядом со сидел мной Шин. В комнате темно, а луна скрыта за облаками.

– Я уничтожил того убийцу. – Когда Шин произносил это, его глаза оставались в тени. Я помрачнела от того, как ровно и безэмоционально звучал его голос. – Я протащил его по улицам. Он умолял меня, чтобы я пощадил его. Но так как он причинил тебе страдания, за это ему уже никакой физической боли не было бы достаточно.

Шин замолк. Я подошла ближе, потому что мне нужно было увидеть его глаза сквозь тень.

– Но когда я дошел до реки, то понял, что все это не имеет никакого значения. Шел дождь, а ты… умирала. – Парень медленно протянул руку и взял мое безвольное запястье, нагнувшись и упершись в него своим лбом. – Лиса сказала, что Красная Нить Судьбы разорвется, как только один из нас умрет, и я, как самый настоящий дурак, принял ее слова буквально. – Шин резко втянул воздух. – Я должен радоваться, что ее больше нет, а я все еще жив. Но это так странно, Мина, почему я себя так чувствую? Мне не нужна Красная Нить Судьбы, чтобы предсказать: если умрешь ты, то умру и я.

Нет! Я хотела сказать ему, что Лисица, наверное, ошиблась, но темный туман снова приближался ко мне, место бессознательности настолько глубокое, что казалось, будто это предел отчаяния. Какая-то часть меня знала, что это не то место, где мне следовало быть, – если я заберусь слишком далеко, то я потеряюсь здесь навсегда. Но я понятия не имела, как найти дорогу назад. Здесь нет Красной Нити Судьбы, которая могла бы направить меня.

Я погружалась все глубже в небытие, мои ноги прижаты к груди, а голова склонена над коленями. Я никогда еще не чувствовала себя такой одинокой. Неужели так чувствует себя Бог Моря на протяжении ста лет?

Я услышала голос, доносившийся из темноты. Странно, он звучал так же, как и мой голос, когда я пела.

Под волнами дракон дремлет, Какой он видит сон? Под волнами дракон дремлет, Когда проснется он? Желание твое исполнит он Жемчужиной своей. Желание твое исполнит он Жемчужиной своей.

Только моя бабушка знала эту песню. Ее бабушка научила ее, когда та сама еще была девочкой, очень давно.

Моя бабушка.

Мягкая рука взяла мою руку и сжала ее.

– Мина, ты должна проснуться. Как ты собираешься спасти Бога Моря и при этом не спасти саму себя? – ее голос четко звучал в моей голове, как будто она находилась рядом и шептала мне на ухо.

– Все изменилось, – ответила я ей, – меня ранили, и я потеряла очень много крови.

Она лишь цокнула на это:

– Никаких оправданий, Мина. Просыпайся. Просыпайся сейчас же!

Я открыла глаза.

– Мина! – полдюжины голосов тут же выкрикнули мое имя. Я посмотрела вверх и заметила, что окружена. С одной стороны моего матраса Маск, Дай и Мики, а с другой стороны Намги, Нари и Кирин.

Дай среагировал первым, он наклонился, чтобы обнять меня за талию:

– Ты так напугала нас!

– Осторожнее! – Кирин потянул Дая за рукав. – Я зашил рану, но для полного восстановления потребуется какое-то время.

– Ты проголодалась? – обеспокоенно спросила Нари. – Хочешь, я принесу тебе что-нибудь поесть?

– А как насчет выпивки? – вставил Намги. – Ликер отлично помогает от боли. – Пришла очередь Намги оторваться от кровати из-за того, что Нари сильно схватила его за ухо.

– Рада, что ты вернулась к нам, – сказала Маск, сидящая рядом со мной с Мики на коленях. Протянув руку, она нежно убрала несколько прядей с моего лица.

Я осмотрела комнату и услышала свой голос:

– Где Шин?

В комнате стало тихо, и все переглянулись между собой.

– Был тут, вышел буквально несколько минут назад, – наконец ответил Намги. – Он почти не отходил от тебя.

Я не понимала. Тогда где он сейчас?

– Не переживай на его счет, – обнадежила Маск. – Он скоро вернется, а ты пока отдохни. – Она повернулась и начала отдавать приказы, чтобы принесли еду и подготовили ванну. Все подчинились, при этом они старались не встречаться со мной взглядами.

Я сжала руки на коленях. Мое запястье обнажено там, где когда-то сверкала Красная Нить Судьбы, будто нашей с Шином связи и не было вовсе.

27

По приказу Кирина я была заперта в комнате до конца дня, но посетители все же допускались. Все вместе: Маск, Дай и Мики навещали меня утром, а Нари и Намги приходили по отдельности чуть позже днем. Но не Шин. Причин относительного того, почему он не приходил, – бесконечное множество, они преследовали меня в течение всего дня и отвлекали от всех, кто навещал меня, чтобы поинтересоваться, как я себя чувствую. Чувствовал ли он себя виноватым за свои резкие слова, что сказал в ночь шторма? Злился ли на меня за то, что я сбежала, зная, что убийца все еще был где-то там? Я же не только себя подвергла опасности, но и его тоже…

Кто-то слабо постучал в дверь. Я села, а когда она открылась, в комнату вошла Чонг. Я удивленно заморгала.

С момента, когда я видела ее в последний раз, она сменила свое нарядное свадебное платье на обыкновенное – бело-голубое. Ее черные волосы заплетены в косу и зачесаны за голову, как у замужней женщины.

– Мина! – Чонг торопливо прошла по комнате, грациозно устроившись рядом с кушеткой, на которой я сидела. – Я хотела прийти раньше, но меня не пускали внутрь. Как ты? С тобой все хорошо?

– Я в порядке, – внезапно меня охватила застенчивость. Несмотря на то что мы вместе выросли в одной деревне, я никогда не разговаривала с Шим Чонг по душам. Она была старше меня, да и к тому же устрашала своей красотой. По правде говоря, с ней в принципе никто, кроме Джуна, не разговаривал.

Люди рассказывали истории о ней и хвалили ее преданность своему отцу, которого местные жители называли Слепым Шимом. Некоторые даже завидовали Чонг; да что уж там, даже я ей завидовала. Но никто из нас не останавливался, чтобы поинтересоваться у нее, как она себя чувствовала. До сих пор мне никогда не приходило в голову то, насколько ей, должно быть, было одиноко.

Чонг отложила в сторону сверток, завернутый в ткань, и осмотрела комнату. Она рассматривала картины на стенах, блокноты и свитки, аккуратно сложенные стопками на столе. Девушка положила руки на колени и начала разглаживать каждую складку своего платья – так всегда делала моя невестка Суджин, когда нервничала.

Небо за окном было ярким и чистым.

– Прости меня, Мина. Ты позволишь мне поговорить с тобой? Есть кое-что, о чем бы мне хотелось тебе рассказать.

– Да, конечно, – быстро успокоила ее я.

Она кивнула и на мгновение замялась, перед тем как начать говорить:

– В моей жизни есть две женщины, которых я уважаю больше всех на свете. Одна из них – твоя бабушка. Она самый сильный человек из всех, кого я встречала. Она защищала нас с Джуном, когда все остальные осуждали за то, что мы предпочли выбрать любовь вместо долга. Меня выбрали невестой Бога Моря, но она объяснила мне, что моя жизнь принадлежит только мне и никому больше. Она заставила меня поверить в то, что у меня может быть жизнь, отличающаяся от той, которую все от меня ожидали. Жизнь… которую я хотела. – Чонг перестала возиться со своей юбкой и взяла меня за руку. – Вторая женщина, которую я уважаю больше всех в этом мире, – это ты. Когда ты заняла мое место, меня переполняло столько разных эмоций. Облегчение. Благодарность. Вина. И все же в тот момент, когда ты прыгнула с носа лодки, меня переполнило чувство, которое я тогда познала впервые в своей жизни: надежда. Ты заставила меня поверить в чудеса.

Я не знала, что и сказать, сейчас я чувствовала себя одновременно потрясенной и невероятно польщенной.

– У меня никогда не было сестры, – мягко добавила она, – и я рада, что сейчас у меня есть ты.

– А я рада, что у меня есть ты, – прошептала я и тяжело сглотнула.

Она потянулась к свертку, который отложила в сторону, и аккуратно развязала шелковый узел ленты. Ткань упала, обнажив платье цвета персиковых бутонов и желтую куртку, расшитую маленькими розовыми цветами.

У меня дух захватило от такой красоты.

– Это прекрасно.

– Нравится? Это подарок от Леди Хери. Она хотела принести сама, но я спросила, могу ли я передать тебе это лично и поговорить немного. Можно?

Я кивнула, и она взяла меня за руку, чтобы помочь встать. Бережно коснувшись моего плеча, Чонг обернула персиковую юбку вокруг бедер и надежно завязала шнурок на моей груди. Затем она протянула мне желтую куртку, и я просунула руки в рукава. Девушка двигалась позади меня, и я чувствовала легкое прикосновение расчески – она разделяла мои волосы и заплетала их в длинную косу, закрепляя розовой лентой. Наконец Чонг повернула меня к себе лицом. Она взяла две ленты с передней части моего платья и завязала одну ленту петлей, а другую продела через отверстие, регулируя длину до тех пор, пока та изящно не легла на переднюю часть моего платья. Закончив, девушка отступила назад, чтобы полюбоваться своей работой.

– Очень милое платье, Чонг, – сказала я, – но по какому поводу?

– Сегодня вечером в городе пройдет фестиваль по случаю окончания штормов.