Аиша Саид – Да, нет, возможно (страница 57)

– Что?

Она широко раскрывает глаза.

– Вот так, как лягушка-бык? Мне кажется, я всегда так делаю, когда стараюсь не моргать.

– Ты выглядишь превосходно.

– Ну ладно, – говорит она, покосившись на меня.

Между нами чувствуется какое-то напряжение.

Майя откашливается.

– Ладно. Думаю, тебе пора домой – создавать свой аккаунт.

– Аккаунт… – Я потираю шею. – Стоит ли мне подписываться на Софи? Меня пугает эта мысль, если честно.

– Обязательно подпишись на нее. – Майя пристраивается рядом, и мы идем в ногу. – Но сначала подпишись на меня. Боже мой! Ты же теперь сможешь видеть мои фотографии!

Я быстро набираю в легкие воздуха.

– Так, я должен тебе кое-что сказать.

– Ну-ка?

Я смотрю на свои ботинки. С чего же начать?

– В общем… Это было очень глупо, но помнишь, как бабушка подписалась на тебя в Instagram?[26]

Майя медленно кивает.

– Это была не она. Это был я. С ее аккаунта.

– Ага. – Майя останавливается. – Хм.

– Я хотел сказать тебе, но ты так радовалась тому, что она на тебя подписалась, что я не смог отнять у тебя эту радость. Мне, конечно, все равно следовало предупредить сразу. Или вообще этого не делать. Прости, Майя. – Голос у меня едва заметно срывается. – Ты должна знать, кто на тебя подписан.

– Это правда. – Она хмурится. – Я, конечно, знала, что иногда ты заходишь в ее аккаунт…

– Но все же.

Майя смотрит на меня, явно решая, как поступить. Проходит несколько секунд, и она ловит мой взгляд.

– Не переживай из-за этого.

– Ты не…

– Все нормально. Не делай так больше, но…

– Не буду. Обещаю. Отныне торжественно клянусь пользоваться только своим аккаунтом.

Майя едва заметно улыбается мне.

– Жду не дождусь.

Глава двадцать восьмая. Майя

Джейми стоит у главного входа в Шварц-Голдстейн-холл, где будет проходить праздничный киддуш, благодарственная субботняя молитва. Он разговаривает с мамой, Софи и рабби Левинсоном.

Церемония бат-мицвы только что закончилась, и сейчас все собираются сюда на фуршет. Огромный стол по левую руку уставлен тарелками с фруктами, салатами с курицей, бейглами и кусочками лосося.

Утром, когда папа отвозил меня на церемонию, я очень волновалась, но у боковой двери храма меня уже ждал Джейми. Мы прошли к группе особо важных гостей – мое место оказалось рядом с его бабушкой. В итоге я наблюдала за происходящим с первого ряда. Софи читала отрывки из Торы под мягкое мерцание ламп, Джейми и его мама стояли на биме, небольшой платформе, и смотрели на нее, а я чувствовала, как комнату заполняет радость, и ее было столько, что, казалось, можно потрогать.

– Я заняла тебе очередь, – говорю я Джейми, когда он подходит ко мне.

– Спасибо. Ох уж этот галстук, – бормочет он, скорчив рожицу. – Ужасно неудобно.

– Тебе идет.

– Но украшения для шеи нужно запретить.

Мне непривычно видеть его в официальной одежде. Отглаженная белая рубашка, красный галстук… Джейми очень красивый. Почти как мистер Дарси. Я вспоминаю Нолана и краснею. Этими размышлениями с ним делиться не стоит.

– Листовки… – Мне приходится откашляться. – Я принесла листовки.

– Точно. – Джейми поднимает на меня глаза. – Мама запретила их раздавать. Говорит, они отвлекут внимание от Софи, а это ее праздник, хотя момент-то самый подходящий и очень многое поставлено на кон. Я позже еще раз с ней поговорю. Она должна передумать.

– Твоя мама права, – возражаю я. – Помнишь, как ты говорил мне, что агитация в ид – плохая идея? Иногда надо просто праздновать.

– Но нельзя же их не раздать. Представляешь, сколько звонков поступит в кабинет Ньютона, если мы вручим листовку каждому в этом зале?

– Кто сказал, что мы не будем их раздавать? Твоя мама права, и напрямую в руки их совать не стоит, но мы же можем оставить листовки там, где люди сами смогут их найти, верно? Если, конечно, в храме такое разрешено…

– Можно оставить их у стола с напитками. – Джейми медленно расползается в улыбке. – И в туалетах, там очень широкие подоконники, идеально для листовок. Майя, ты гений.

– Не просто же так я твой политический сообщник.

Джейми обнимает меня. Мое тело словно током пронзает.

И когда он отстраняется, я вглядываюсь в его лицо, пытаясь понять…

Он тоже это почувствовал?

Но тут нас прерывают две девочки.

– Джейми! – кричит одна из них. На ней сарафан с цветочным узором. – Ты выглядишь очаровательно.

– Спасибо, Мэдди, – бормочет Джейми.

– Нет, серьезно. Я с трудом тебя узнала, – добавляет вторая.

– Андреа права. Тебе стоит сменить стиль, – кивает Мэдди. – Ходи везде и всегда в костюмах.

– Жаль только, никто не носит костюмы в повседневной жизни, – замечает Андреа.

– А ты начни! – советует Мэдди. – Если ты будешь носить костюм в школу и в торговый центр, как будто так и надо, возможно, остальные подтянутся тоже.

– Ладно… Это моя подруга Майя. – Джейми кивает в мою сторону.

– Привет! – улыбаюсь я.

Девочки оглядывают меня с головы до ног.

– Слушай, Джейми, – невозмутимо продолжает Мэдди, поворачиваясь к нему. – Ты видел, что надето на Элси? Красный с желтым! Но эти цвета не сочетаются.

– И белые колготки! Ужасно. Нужно сказать ей, – добавляет Андреа. – Именно так и поступают настоящие друзья. Нужно честно говорить, что мы думаем.

– Точно, – кивает Мэдди. – В такой ситуации я предпочла бы знать.

– Но даже если ей не идет ее платье, она ведь уже в нем пришла, – вмешиваюсь я. – Вы только расстроите ее.

– Иногда нужно быть жестоким во имя доброты, – поясняет Андреа.

– Верно подмечено, – торжественно подтверждает Мэдди.

Девочки прощаются и спешат прочь.

– Жесть, – говорю я, глядя им вслед. – Я только что в красках вспомнила, насколько эпически паршиво было в средней школе.