Аиша Саид – Да, нет, возможно (страница 56)

– Поверить не могу, что мы встретили самого Джордана Россума. – Она отодвигается и смотрит мне в глаза. – Спасибо.

– Это ведь приятнее, чем агитировать сотрудников в офисах?

– Намного!

Глаза у Майи так и горят, а у меня в груди появляется какой-то комок.

– Итак, мы вернулись. – Россум снова выходит из-за фона. Майя немедленно разрывает объятия и хлопает в ладоши.

Но стоит теперь намного ближе, чем раньше. Настолько близко, что я едва соображаю.

– Простите за задержку. У меня плохо получается позировать. Выражение на лице все время странное, – говорит Россум и немедленно иллюстрирует свое утверждение, растянув губы в испуганную улыбку.

Мы с Майей смеемся. Я вижу, что она совершенно очарована, и нисколько ее не осуждаю. Россум странный, но по-хорошему: уверенный в себе, самодостаточный, решительный и спокойный, но при этом немного похожий на школьного ботаника. Я все бы отдал, лишь бы уметь так же.

– Что вам больше всего запомнилось из кампании? – спрашивает Майя. Вид у нее по-прежнему потрясенный, но она явно приходит в себя.

– Хм. Хороший вопрос. Например… – Тут Россум поворачивается ко мне. – Твоя бабушка отвела меня на вечер свиданий для пожилых евреев.

– Чтобы найти вам девушку? – с восторгом уточняет Майя.

Россум улыбается и слегка краснеет.

– Возможно? Не уверен. Она сказала, мы просто познакомимся и поболтаем с пожилыми представителями сообщества, но на деле…

– Кто-то согласился прийти и проголосовать? – спрашиваю я.

– Очень многие. И пара человек оставили мне свои телефоны.

– Ого, – хихикает Майя.

– А как у вас успехи, ребята?

– Оставили ли нам свои телефоны еврейские бабушки? – уточняет Майя.

Россум фыркает.

– Именно это меня и интересовало!

– Пока нет, – подначивает меня Майя. – Джейми, как думаешь, может, твоя бабушка найдет мне кого-нибудь на бат-мицве?

– А разве Джейми не… – начинает Гейб.

– Ладно, – быстро перебиваю его я, поворачиваясь к Россуму. – Я хотел спросить… вы не согласитесь на селфи?

– Конечно! Прямо тут?

– Давайте лучше я сфотографирую вас втроем для Instagram[24], – энергично предлагает Гейб.

И вот мы уже дружно вываливаемся на улицу, потому что он внезапно стал адептом естественного освещения.

– Сюда. К кирпичной стене. Отлично. Большой Джей, ты должен встать в центр.

– Я не… – озадаченно смотрю на него я.

– Не ты. Другой Джей. Тот, что побольше.

– Он и тебя так зовет? – спрашивает, наклонившись ко мне, Россум.

– Ага.

– Хорошо. Отлично. Теперь все посмотрите на меня и… улыбочку!

– Секунду! – Майя срывается с места и бежит к Гейбу. – Можно еще и на мой телефон сразу снять?

– Хорошая мысль! – кивает Россум. – Если будешь выкладывать эту фотографию у себя, не забудь меня отметить. Я подпишусь.

Вид у Майи такой, словно ее сейчас разорвет от радости.

– Да! Конечно!

– Это мило, – хмыкает из-за камеры Гейб. – Жаль, что кое у кого нет своего аккаунта.

– Вот и заведу, – говорю я.

Вслух, судя по реакции остальных.

– Отличная идея, Джейми!

И теперь мне придется сдержать слово, да? Потому что вряд ли можно придумать более удачный первый кадр в ленте, чем наше фото с Майей – и Джорданом-мать-его-Россумом!

Спустя десять минут Гейб возвращается обратно, чтобы сделать важные звонки, а Россум уходит к своей машине. Стоит ему выехать с парковки, Майя закрывает рот ладонью и сдавленно-восторженно пищит.

– Божемойбожемойбожемой. – Она подпрыгивает – почти пританцовывает – на месте. – Это было на самом деле! Смотри, смотри! – Перед моими глазами оказывается телефон. – Смотри, какие мы милые. Так, сейчас скину тебе фото.

Телефон жужжит.

– Прилетело.

Майя обнимает меня.

– Самое время сделать свой аккаунт. Твоя бабушка будет так рада. Она мне сказала, что такое милое личико нельзя прятать от Instagram[25].

– Да, это могла сказать только бабушка.

– Она ведь права, – улыбается Майя.

У меня в животе, где-то в самом низу, появляется странное, едва заметное ощущение. Майя что… флиртует со мной?

Нет. Невозможно. Она так спокойно называет меня милым именно потому, что наши отношения очевидно и удручающе платонические. К тому же в данном случае Майя цитировала бабушку. И скорее всего, имеет в виду ровно то же, что и бабушка.

– Нам нужно тоже сделать совместное селфи, – говорит Майя. – Ты его тогда сможешь выложить у себя. И будешь вспоминать обо мне уже после того, как станешь известным конгрессменом. Я навсегда останусь первой в твоем Instagram*.

– Думаешь, я смогу тебя забыть?

– Не-а, – улыбается она. – Я тебе не позволю.

В следующую секунду она прижимается щекой к моей щеке. Я делаю снимок и поворачиваю экран, чтобы показать результат Майе.

– Это у меня настроение хорошее или перед нами правда лучшее селфи в истории?

– По-моему, на тебя Россум так повлиял, – усмехаюсь я.

– Думаешь?

– Ага. Приподнятое настроение, улыбка до ушей. Все симптомы налицо.

– Кажется, это что-то серьезное.

– Так и есть, – киваю я. – Нужно зафиксировать твое состояние. – Я снова поднимаю телефон на уровень глаз, словно камеру. Майя прислоняется к забору, и, клянусь, в глазах у нее разве что искры не пляшут. Она прижимает ладони к щекам и широко улыбается.

Я быстро смотрю на фотографию, потом снова на Майю.

Она такая красивая. Это просто невероятно.

Майя морщит нос.

– Я глаза таращу?