Аида Ньюман – Сновидцы. Озеро звездных слез (страница 7)

По мере моего рассказа Видисса – так, кажется, звали принцессу – все сильнее мрачнела, и нервно теребила в руках кинжал.

– Я ничего подобного никогда не слышала.

– Это и не удивительно. Об этом знают не многие, ведьмы очень ревностно хранили свои секреты, так что где именно оно находится, тебе могу сказать только я. За соответственную плату, разумеется.

– Допустим. – Нарочито медленно произнесла девушка, шагая от одной стены до другой, не выпуская из рук оружия. – Выходит, я должна поверить тебе, вору и лжецу и, рискуя собственной жизнью, отправиться исследовать, возможно, не существующее озеро?

Я вскипел. Эта самодовольная девчонка своей высокомерностью раздражала не хуже занозы в пальце.

– Вором, исходя из увиденного, ты меня назвать можешь. – Медленно, сквозь зубы пропуская каждое слово, произнес я. – Но лжецом не смей.

Принцесса удивленно вскинула бровь, а встретившись с моим взглядом, опустила плечи и прикусила губу. Не думаю, что ее гложила совесть, скорее она просто не нашла, что ответить.

– Знаешь, что. Мое дело было предложить, ты сделала свой выбор. Всего доброго, Ваше Сиятельство. – Я двинулся в сторону балкона и уже схватился за ручку двери, когда из-за спины послышался неуверенный голос девушки.

– Подожди. – Я остановился, но не обернулся, ожидая, что она скажет дальше. – Ладно, я согласна. Только ты пойдешь со мной.

– Нет.

– Да. Иначе денег ты не получишь.

Я втянул воздух через нос и громко выдохнул, мирясь с мыслью, что придется потерпеть.

– Отлично. Значит, завтра же и отправимся в путь. Половину суммы получишь при встрече, вторую – после того, как я сумею убедиться в правдивости твоих слов.

Я молчал, обдумывая условия сделки. Как не крути, это было лучшее решение. Но факт того, что придется тащиться в горы с заносчивой принцессой, совсем не радовал.

– Завтра в полночь. Встретимся у северного горного моста. И оденься во что-нибудь более подходящее для похода.

С этими словами я вышел на балкон, а затем исчез в тени деревьев.

Всю дорогу назад я думал. Думал, о завтрашнем дне, о походе, о принятом решении, раз за разом прокручивая в голове разговор с принцессой.

Дойдя до места, я заметил горящие окна нашей заброшки. Подойдя ближе, я замер и обратился в слух. Было тихо. Слишком тихо для ребят, которые и пяти минут не могли просидеть без дела. Подобравшись вплотную к двери, я вытащил револьвер, что всегда носил с собой, и, приоткрыв ее, решительно вошел внутрь.

От увиденной картины рука, что держала оружие, сжалась так, что костяшки побелели. Малец, Норт, Рон и даже Ян сидели, перевязанные веревками и с кляпами во рту. Рядом с ними стояли двое громил и еще один персонаж по кличке Лезвие – правая рука Барона.

– О, ну наконец. – Произнес последний, вставая со стула и демонстративно разминаясь. – Некрасиво заставлять себя ждать, Ирдис.

– Что вам нужно?

– Ты же не забыл, что Барон ждет взноса? Я пришел с целью лично убедиться, что ты делаешь все возможное, чтобы уложиться в срок.

– Зачем ребят связали? – Палец автоматически приблизился к курку.

– Спокойно парень. – Произнес Лезвие надломленным голосом. – Ты же не хочешь, чтобы ребята пострадали? – По команде старшего двое громил достали ножи и приложили их к горлам Норта и Мальца.

– Нет… – Я опустил оружие, гневно глядя на изуродованное шрамами лицо Лезвия. Поговаривали, что эти шрамы он получил во время боя с Бароном. Тот полоснул его кинжалом, но Лезвие не сдавался. Он тоже нанес несколько серьезных ран главарю, и тот едва не проиграл бой. В итоге эти двое сошлись на перемирии, а позже Барон предложил Лезвию стать его правой рукой.

– Вот и славно. Так что насчет денег?

– Деньги будут через два дня.

– Ох, парень, долго. Барон будет недоволен. А ты знаешь, что бывает, когда он недоволен.

– Два дня – это крайний срок.

Мафиози задумался, вертя в руках перочинный нож. Он вполне мог порешить здесь всех разом, то, как он владел ножами и прочими колющими и режущими предметами, полностью оправдывало данное ему прозвище.

– Ладно, парень, дам тебе еще два дня. Но твои ребята пойдут с нами.

– Это еще зачем? – Я мгновенно напрягся.

– Это гарантия, что ты не решишь удрать или еще чего в этом роде. Я-то не сомневаюсь в твоей благоразумности, – Лезвие нарочито добро улыбнулся, но из-за шрамов, его улыбка была больше похожа на оскал, – но Барон потребует гарантий, которые я ему и предоставлю в лице твоей банды.

Сделав знак рукой, Лезвие приказал охране поднять парней и потащить к выходу.

– Два дня, Ирдис. Два дня. – Произнес он, напоследок оголив лезвие ножа и скрывшись за дверями вместе с ребятами.

Я еще долго стоял, не двигаясь. Теперь все зависело только от меня. И сейчас я уже точно знал, что не зря все это затеял. Нет. Я получу эти деньги, чего бы мне это не стоило.

Глава 7 

Видисса

Я еще долго ворочалась в кровати, не в состоянии уснуть. Из головы никак не выходил разговор с Ирдисом. Я не верила, что согласилась на сделку с вором. Это, же какое отчаяние должно постигнуть человека, чтобы доверить свою жизнь непонятно кому? Но решение было принято, и менять его я не собиралась. Если это действительно может быть моим шансом, упускать его я не стану.

Уснуть удалось ближе к рассвету, потому проснулась я часам к десяти. Прежде чем спуститься на завтрак, я заглянула к матери. Она все еще лежала, но состояние ее заметно улучшилось. Это не могло не радовать, потому в хорошем расположении духа я спустилась в столовую, где меня встретила мадам Люси.

– Нынче поздно Вы стали просыпаться, миледи. – Подметила женщина, подавая знак поварам, чтобы те несли завтрак.

– В последнее время слишком много событий свалилось на меня. Таковы последствия.

– Понимаю, если Вам нужна настойка…

– Нет, мадам. – Отрезала я. – Я больше не употребляю настоек. Слишком много побочных эффектов.

– Как знаете, я лишь хочу помочь. Я прекрасно помню, сколько ночей просидела у Вашей кровати, дабы по пробуждению Вы видели знакомое лицо.

Старшая по хозяйству тяжело вздохнула, по-видимому, погружаясь в воспоминания. Она действительно в детстве заменяла мне няню, а иногда даже мать, когда та подолгу не могла участвовать в моем воспитании, в том числе и из-за болезни, что скосила Правящую на два года.

С раннего детства мой дар сновидца проявил себя как сильный и независимый. С каждым годом он рос и развивался, пробуждая во мне все больше возможностей. Но вскоре он начал выходить из-под контроля.

Мне было десять, когда начались приступы. Я боялась засыпать, потому что знала, что неминуемо провалюсь в бездну снов, что утягивала меня, пугая обилием информации, из-за которой позже родились страхи, также неотступно преследовавшие меня. С каждым днем бороться за право управлять снами становилось все сложнее. Я просыпалась в рыданиях, с испариной на лбу, с ужасом осознавая, что сегодня ночью придется пережить это вновь. Родители были в смятении, не зная, как обуздать мою силу. Они обращались к магам с разных концов империи, но все, что им удавалось – дать мне передышку на одну ночь, потом же дар атаковал с новой силой.

Спустя год нескончаемых битв за собственные сны, дар отступил. Я смогла вздохнуть полной грудью, осознав, что больше не придется рыдать и бояться. Но это было затишье перед бурей. Не прошло и месяца, когда приступы возобновились. Только если в прошлом мне приходилось бороться за право управлять снами, теперь приходилось биться за право проснуться.

Ночь за ночью дар, что стал на тот момент моим проклятьем, утягивал мою душу все дальше от тела. Любой другой сновидец в моем возрасте уже на второй раз потерял бы связь с телом и сгинул на просторах вселенной, но сила моего дара с болью подарила мне и силы бороться, мое сознание уже тогда было на уровне взрослых.

Удаляясь от тела, а затем снова пробираясь к нему сквозь туннели видений, я просыпалась в пустоте. Каждую ночь я теряла связь с реальностью, мне было сложно уцепиться за мир живых, это грозило снова выбросить мою душу из тела. Тогда же ко мне приставили мадам Люси. К моменту моего пробуждения она была рядом, и это служило мне ориентиром, своего рода маяком в этом мире.

Женщина прониклась ко мне чувствами и искренне хотела мне помочь. Тогда-то она и предложила родителям дать мне некую настойку, рецепт которой передавался из рук в руки из поколения в поколения в их роду. В ее состав, как позже мне поведала мадам, входили песок лунного камня, настоянный на воде из аквамариновых родников, что были большой редкостью. Особенность этой воды была в ее химическом составе: вода, прокладывая себе путь прямиком через аквамариновые месторождения, впитывала в себя частицы природного кристалла и приобретала лечебные свойства. Месторождений таких родников было катастрофически мало, но для приготовления такой настойки у мадам Люси были некие запасы. Родители, угасающие на глазах из-за безысходности, с мольбой в душе согласились. А уже через два применения мне стало легче, с каждой последующей ночью дар ослабевал, он больше не утаскивал меня, а если и так, то я уже вполне способна была ему противиться и спокойно находить путь назад.

Но и у этой медали была обратная сторона. У настойки был один побочный эффект: после каждого применения из моей памяти стирались картины прошлого и даже будущего. Я обрела сон, но потеряла возможность быть полноценным сновидцем, потому как не могла запомнить видений. Для меня это было сравнимо потере слуха для музыканта. Но Высшие Силы смилостивились надо мной, и вскоре, в возрасте четырнадцати лет, я смогла полностью взять свой дар под контроль. Я чередовала употребление настойки и в итоге сумела побороть зависимость от нее. Спустя время, вернулась и способность запоминать ведения. С тех пор, я больше не прикасалась к настойке, сказав себе, что прибегну к ней лишь в крайнем случае, который, к счастью, не настал.