Аглая Отрада – Внебрачная дочь (страница 26)

Только не это! Надо убедить Машу, что друзей мужа не надо звать. Тем более, я знаю, как Грин относится к искусству, которое без бутылки не поймешь. А связанный обещанием, он припрется и будет скептично кривиться, разглядывая шедевры. К тому же портрет Улиточки ему ни к чему видеть.

Я вздрогнула от мысли, что он мог заметить детскую обувку на полочке и курточку на вешалке. Но к счастью, он так плотно сел на дракона своего праведного гнева, что ни на что не обращал внимания.

Катись к черту, Бельский, чтоб я тебя еще когда-нибудь вспомнила!

Глава 29

Понимая, что та старушка Шапокляк долго не будет думать, прежде чем вызвать полицию, я еще раз в отчаянии стукнул кулаком в дверь и просто стек по стенке. Тупо таращась в захлопнутую перед носом дверь, я никак не мог прийти в себя. Я чувствовал себя щепкой, смытой гигантской волной. Эмоции так захлестнули меня, что я, наверно, впервые в жизни не мог прийти в себя и остановить бешеную карусель в голове.

В это квартиру я мчался, чтоб разделать под орех наглого шантажиста и вытрясти из него, откуда он все знает обо мне. Несколько дней после получения смс-ки я не мог прийти в себя. Мозги, правильно устроенные и всегда работающие, как часы, отказывались служить

Допустим, Ольга рассказала кому-то, назовем его Х, о том, что встречается с неким Виктором. Кому? Старушке – соседке или родственнице? Но она б рассказала тогда только то, что сама знала. А она не задавала никаких вопросов. Виктор и адвокат ее устроили, и это устроило меня. Она не лезла ко мне в карман и не пыталась выяснить размер моих активов. Это сразу подкупило.

Теоретически Маша могла узнать у Черкасова что-то обо мне. Что я не Виктор и что намерен жениться. Но вот как Маша могла оказаться в этом клоповнике, я не понимал. Потом пришел к выводу, что эта Агриппина – часть прошлого Маши. И тогда все становилось на свои места. Ровно до того момента, как я позвонил Ивану. И этот гад больно щелкнул мое самолюбие по носу, заявив, что Маша вообще меня не выделила из гостей, и после того, как они с Ольгой принесли кофе, тут же забыла о посторонних в доме.

И такой самодовольный, как любимый хозяйский кот, которому позволено все. Конечно, для Маши он свет в окошке.

Шерлок, построивший такую идеальную логическую цепочку, осознал, что облажался, посыпал голову пеплом и удалился. Потому что понять, откуда старушка из трущоб могла знать, кто я есть на самом деле, не представлялось возможным.

И вот теперь, так неожиданно получив разгадку, я подумал, что лучше бы и не лез. Правда – она иногда хуже рыбы фугу. Неправильно повар приготовил, и нет тебя.

Как раненый олень, я скакал по этой вонючей лестнице, чтоб заткнуть некого Х и быть с Ольгой. Она мне нравилась. Импульсивная, яркая, девушка-огонь. Сейчас же огонь перегорел, оставив обожженные, дымящиеся головешки.

Теперь же я словно отведал эту фугу. Меня нет. Правда размазала меня по стенке. Алька, которую я считал потерянной для себя, так неожиданно появилась снова, что я повел себя, как идиот. Если б я мог краснеть от стыда, то сейчас был бы красней самого красного помидора. Алька, нежная, чистая, открытая, узнает, что у меня роман с ее подругой. Возможно, она где-то успела меня увидеть с Ольгой или та, козявка, незаметно сфотографировала меня и похвасталась породистым красавчиком. Возможно. Но откуда Алька узнала, что я собираюсь жениться?

Словно кипящей смолой плеснули на мою нежную душу. Единственная девочка, на которой я хотел жениться, находится по ту сторону двери и не желает меня знать. Потому что я настоящий олень. Нет. Не так. А-а-алень!

А еще я понял, что чувства никуда не делись. Я загнал их в дальний угол души и запретил себе вытаскивать. Когда решил, что она меня хочет переупрямить и не стал разыскивать после возвращения домой. Был уверен, что перемелется и забудется, как и говорил Черкасов.

Перемололось, но, как оказалось, не забылось. Я утонул в работе. Ничего не значащие интрижки согревали тело. А те редкие моменты, когда яркие воспоминания о прошлом, прорывались сквозь кордон моей воли, я переживал, стиснув зубы, как приступы хронической болезни. Жизни не угрожает и через время проходит.

Сейчас все запертое и запрещенное хлынуло через край, разматывая меня в хлам. Каким придурком я выгляжу сейчас в ее глазах! Как пацан, представился подруге чужим именем! И каково ей было узнать, что я клинья подбиваю к ее близкому человеку?!

Меня передернуло, как представил, что Черкес встретил бы не свою Машу, а мою Альку. Аж в глазах потемнело. Хотя, может, она и забыла меня уже…

Ну нет! Если б забыла, я не увидел бы той боли, которая отразилась в ее глазах. Не было бы срывающегося голоса и пересохших губ. И меня б не прошибло током от ее сбивающегося дыхания, которое я с жадностью поймал, как глоток воды в пустыне.

Я сидел на лестничной площадке и не знал, что делать. Не знал, что думать. Откуда она узнала, что в моих планах была женитьба?

Судя по тому, что она живет с Ольгой, она сама не замужем. Снова горячий комок подкатил к горлу, только я представил мою девочку и какого-нибудь козла, лапающего ее.

Ничего никуда не делось. Меня по-прежнему ведет от ее взгляда, запаха, от дикого желания схватить в объятия, зацеловать до звезд в глазах. Сейчас она вышла в старом халате, запахнутом на голое тело, в этом уверен. Потому что я вынудил ее вылезть из ванны. Об этом говорил и растрепанный пучок волос на макушке с мокрыми кончиками, остаток пены на шее, порозовевшая кожа с манящим запахом. Я закрыл глаза, чтоб еще раз представить Альку. Такую домашнюю, родную. Да, и босые ножки с аккуратными пальчиками, которые я так любил щекотать.

Накатила настоящая звериная тоска. Хотелось завыть, как воет волчара холодной зимней ночью от одиночества и тоски. На кой черт мне сдалась та поездка?! Почему не стал искать потом, чтоб встряхнуть, как следует, и забрать к себе. Пусть бы брыкалась, верещала, сколько угодно, что она меня не простит и что я последний подлец. Пусть!

А я, как девочка, включил обиженку, думая, что включил мужика. Мужик не оправдывается и ни за кем не бегает по пятам. Клинический идиот!

Стоп! А что она говорила про папу и кухаркину дочь. То, что он на самом деле так думает, я не сомневаюсь. И зная это, я никогда не оставлял Альку наедине с ним ни на минуту. Или он сам ее нашел и наговорил гадостей, и поэтому она не отвечала на мои звонки?

Вопросы навалились на меня, как обрушившийся снежный карниз, раздавив, разрушив мою устоявшуюся размеренную жизнь успешного бизнесмена.

А что, если и, правда, за меня тогда решили, с кем не стоит спать? Ломиться в дверь и требовать ответа сейчас – дело тухлое. Алька не та девочка с влюбленным взглядом. Как она меня отбрила! Надо искать другие пути. И для начала, что не выглядеть подлецом, объясниться с Ольгой.

Я сжал руками виски. Да черт побери! Под чем я был, когда решил устроить тот дурацкий тест?! Выкручивайся теперь! Почувствовал себя идиотом, который просунул голову в стеклянную банку и теперь тупо таращится на мир, не зная, что предпринять…

Глава 30

Не думаю, что кто-то любит неприятные разговоры. А мне их предстояло аж два. И третий, где предстоит выступать истцом. Это с папенькой. Правда, ума не приложу, как можно вытрясти правду из человека, который сколотил состояние в девяностых. Здесь мне только Алька может помочь, чтобы я имел на руках факты, а не свои подозрения.

Ну да. Математик фигов. Неприятные разговоры – это с Ольгой и Лизой. А вот как поговорить с Алькой? Настоящий трындец для хозяина гарема.

Можно засунуть голову в песок и на время от всех отморозиться. Но это ничего не даст. Здесь, как с беременностью, не рассосется само. Значит, надо поднимать свой зад и разматывать клубок, который сам сделал. По ниточке. Аккуратно. Хотя, как ни крути, на конце каждой ниточки оказывается, что я подлец.

Решил начать с Лизы. С ней нас хоть эмоции не связывают. Чисто деловые отношения. Правда, от этого я не буду в ее глазах выглядеть пушистей и белей. И надо же было мне согласиться?! Потянул бы еще время, и хоть этой проблемы бы не было. Но и девчонку жалко. Если не сумеет постоять за себя, выдадут, как овечку за Бельчонка. Придется тогда приглядывать за ним.

Хотя это не вариант. Надо найти ей подруг, чтоб она чувствовала поддержку, ну и самому взять шефство. Папеньку, конечно, мой отказ расстроит, но это его проблемы.

Кстати о папеньке. Если с Ольгой мне удастся найти общий язык, то тогда я наверняка узнаю, что значили слова «кухаркина дочь»!

Черт! Открытый диалог с любой из девушек требует напряжения душевных сил. А их сейчас просто не было.

Я буквально сгреб себя в кучу и поплелся к машине, ругая собственное раздолбайство почем зря.

Очутившись в привычной ауре любимой тачки, порадовав нос привычным запахом кожаных сидений и ненавязчивого ароматизатора, пахнущего дорогими сигарами, я словно стряхнул с себя морок заплеванного подъезда. Вновь почувствовал, что я на своем месте.

Все, что я делал до этого момента, подталкивало меня к краю пропасти. И чтоб туда не свалиться окончательно, надо быстрей шевелиться. Я набрал Лизу. В рамках нашей договоренности, мы нечасто встречались, заменяя общение ничего не значащими звонками. Спасибо, что еще не объявили во всеуслышание о помолвке.