Агата Лель – Останемся врагами (страница 15)
Глава 12
***
– Да как тебе вообще в голову такое могло прийти! О чем ты думала? – папа меряет нервными шагами мою просторную комнату. Он в бешенстве, того и гляди разнесет тут все к чертям. – Сбежать из дома! На машине! Без водительских прав! Где были твои мозги, скажи?
– Там же где и твои, когда ты предложил мне выйти за Самойлова младшего.
– Не хами. Я задал тебе вопрос!
– Отстань, пап, я спать хочу. Можно? – заворачиваюсь в плед, но отец в два шага преодолевает расстояние и рывком стягивает с меня спасительный кокон.
– Нет, нельзя. Нельзя! Я две ночи из-за тебя не спал, потерпишь и ты теперь!
Отцу почти шестьдесят, но выглядит он гораздо моложе своих лет. Благодаря генетике – обладатель густой практически без седины шевелюры, а благодаря упорству в спортзале – довольно неплохой фигуры.
Когда Лика говорит, что был бы он лет на двадцать моложе, то она бы точно попыталась его заарканить меня передергивает, но в то же время лестно, конечно.
Я люблю своего отца, но не этим паршивым утром.
– Чья это была квартира? – наседает он. – Отвечай, я все равно выясню!
– Ничья!
– Я знаю, что она сдается сейчас.
Сдается?.. То есть как это?
В смысле?
Но вслух свое недоумение не выказываю.
– Вот я ее и сняла. На сутки.
– На сутки? Допустим. А где была первые?
– Ночевала в придорожном мотеле.
– Ты меня точно в могилу сведешь! – психует он, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. – Точно сведешь!
Когда я увидела на пороге квартиры Матвея отца, то в равной степени обалдела и обрадовалась.
Обалдела, потому что не ожидала его там увидеть. Никак. А обрадовалась, потому что… потому что он мой отец. А где он, там пусть всегда нравоучения, но зато тотальная уверенность, что ничего плохого теперь точно не случится.
Он не отчитывал меня, сквозь зубы процедил, что у меня пять минут на сборы, и пока я торопливо собиралась, недоумевала, каким же образом он меня нашел и самое главное – куда подевался Матвей. Он просто исчез, не оставив ни своего номера телефона, ни записки. Ничего.
Испарился, словно и не было его.
Почему? Что я сделала не так?
Если бы я дала ему, было бы понятно, почему испарился. Но я ему НЕ дала, разве не должно это разжечь в нем больший интерес?
По закону жанра и кодексу хищника – должна. Но…
– Между прочим, Глеб волновался за тебя, звонил, интересовался, вернулась ли ты.
– Пап, я не выйду за Глеба, – закатываю глаза. – И если ты продолжишь эту тему, я снова сбегу.
– Уже нет, я больше такого не допущу, уж поверь. И вообще, почему ты все так воспринимаешь?
– И как же?
– В штыки. В моем предложении нет ничего особенного, – отец садится на край моей кровати и строго смотрит в глаза. – Глеб – отличная для тебя партия, и тебе это известно не хуже моего. И то, что династический брак в наших кругах дело обыкновенное, для тебя тоже не новость.
– Да что за чушь ты несешь, блин, па? – взвиваюсь. – Ты сам себе веришь? У меня перед глазами "чудесный" пример династического брака – ты и мама. Вы же тоже поженились, потому что были друг для друга "отличной выгодной партией". И?
– Что – и?
– Вы хоть день были счастливы друг с другом?
Отец силится что-то ответить, но понимает, что любое его слово прозвучит фальшиво.
– Да вы на дух друг друга не переносите! – отвечаю за него. – Нет у вас ни любви, ни уважения, ничего нет. Вы даже развестись как все нормальные люди не можете, потому что в этом случае пострадает ваш общий бизнес. У тебя любовницы одна моложе другой, у нее какой-то хрен во Франции.
– Выбирай выражения, все-таки с отцом говоришь! – хмурится он, но меня уже не остановить. Укол адреналина, который я получила двое суток назад, еще не прекратил свое действие.
– Брось, я же не слепая. Но я не лезу в вашу жизнь, потому что она
– Ты еще ребенок и пока не понимаешь, что для тебя будет лучше.
– Зато ты понимаешь.
– Я – понимаю.
– И где же ты был, когда Макс принял свою первую дозу?
Вопрос – удар ниже пояса. Я это знаю, и с моей стороны это слишком жестоко.
Осознание приходит быстро: подползаю к отцу и кладу голову на его плечо. Глажу ладонью по широкой вдруг вмиг сгорбившейся спине.
– Извини, па, я не хотела. Прости.
– Я знаю. Знаю, – кивает он, вздохнув. – Я действительно чуть с ума не сошел, Лер. Ну кто так делает?
– Ты сразу начал меня искать?
– Нет. Я даже не знал, что ты убежала. Думал, гуляешь где-то с подружкой и не появляешься дома назло мне. Отчитал Германа, конечно, что улизнула от него. Но в первый раз, что ли?
Улыбается. И я улыбаюсь тоже. Не первый.
– Но когда ты не вернулась к утру, начал волноваться, позвонил твоей Лике. А потом позвонили мне и сообщили, что зарегистрированную на меня машину эвакуировали на штрафстоянку. Стоит ли говорить, что я испытал тогда?
– Па-ап, ну прости-и… – действительно дико стыдно. – Но как же ты все-таки узнал где я?
– Так вычислили по геолокации. Ты же телефон соизволила включить.
Резко поднимаю голову с его плеча.
– Я не включала телефон!
Сползаю с кровати и нахожу на полу сумку, достаю смартфон.
Действительно включен. Но Я его не включала!
Кто же тогда? Матвей?
Но зачем?
– Тот парень, что подвозил тебя, кто он? – словно читает мои мысли отец, и темный пристальный взгляд совсем не оставляет шанса съюлить.
Выходит, отец и про Матвея уже знает. Но раз спрашивает, значит, знает не все. Впрочем, как и я.
– Никто. Просто парень.
– Мне стоит беспокоиться?
– Абсолютно нет.
Вкратце пересказываю ему, как какой-то парень вытащил меня из канавы и подвез до мотеля. Об остальном предусмотрительно решаю умолчать.