Агата Грин – Наложница особых кровей (страница 42)

— Ладно. А он точно тебя не колотит?

— Нет. Но если попробует, вы ведь за меня заступитесь?

— Я ему так врежу, что у него голова отлетит! — пообещал Эвен.

— У меня лучший заступник во всей вселенной, — улыбнулась я, подавляя желание потрепать мальчика по коротким светлым волосам. Он почти того же возраста, что и моя сестренка Ксю, только вот Ксю комок энергии, а Эвен – вещь в себе. Царя-отца он не любит, из братьев признает только кроху-Эйла, но много ли радости возиться с таким малышом? — А приходите к нам с Регнаном поужинать, Ваше Высочество, — предложила я.

— Подлизываешься?

— Нет, просто мне очень интересно узнать, когда вы научились так хорошо управлять спасательной капсулой.

— Подлизываешься, — решил мальчик. — Ладно, я приду, но по своим причинам.

— Конечно, — уважительно проговорила я.

Я пригласила на ужин Эвена, а Регнан – Вейлина, причем с ним пришла и его избранница Рия. Они явились одновременно с Эвеном, компанию которому составила Нелла. Как эмпат я сразу считала, насколько неудобно всем присутствующим. Компания и впрямь странная: Экзекутор, врач и танцовщица из Союза, развратник, маленький царевич и бывшая повариха…

Из присутствующих интереснее всех мне был царевич Вейлин. Дерзкий бабник, любитель покутить – репутация у него та еще, и он ее оправдал, когда уставился на меня оценивающе и протянул:

— Красивая. Правда, в одежде я вас сразу не признал, Дэрия.

В сотый раз я вспомнила тот унизительный момент на острове Красоты с оголением и ответила:

— А я вас сразу узнала. Вы точно такой, каким вас описывают.

— Невероятно привлекательный?

— Невероятно наглый.

Напряжение повисло в воздухе: очень не по себе было Нелле, она просто заморозилась, оказавшись рядом с Вейлином; заморозился и Эвен. Заморозилась и Рия, которая, как мне казалось раньше, вообще не может быть скованной… Мы расселись, принялись за еду, и Регнан стал расспрашивать Вейлина об Отборе.

— Отец приказал подыскать жену, но те высушенные рыбины, оставшиеся на острове, мне не нравятся, — протянул царевич, водя тонким пальцем по краю бокала с и-рьёном.

— Зато выбрал наложницу, — сказал Регнан, стрельнув взглядом в необычно тихую Рию. — Добился-таки своего.

— Естественно, — усмехнулся Вейлин.

Он, как и почти все дети царя Эйла, рыжеволос, причем оттенок рыжего удачный – темная медь. И это, пожалуй, единственное удачное в его внешности: ростом не вышел, плечи узкие, худой, черты лица острые, глаза невыразительные. В общем, вовсе не красавец, зато уверен в себе, внимателен, умен и остер на язык. Увы, Рия с такой болью и тоской на него поглядывает, что не только я, но даже и любой человек без способностей поймет, что она по нему страдает.

«Нашла по кому», — расстроилась я.

— Тебя отправили на Отбор не наложниц выбирать, — продолжил Регнан. — Отец недоволен.

— Ничего страшного, потерпит. Вижу, ты не оценил мою Рию! Эй, Рия, покажи, на что способна! Станцуй нам!

Девушка побледнела и выдавила:

— Я не танцую больше. У меня травма.

— Разве на Отбор берут с травмами? — удивилась Нелла; это были ее первые сказанные слова.

— Не берут, — кивнул Вейлин, — так же, как в гарем царя обычно не берут поварих, но всякое бывает, правда?

Настала очередь Неллы бледнеть; молодая женщина опустила взгляд и плечи. Эвен, решивший, что ее обидели, тут же сказал:

— Нелла – эллиди царя Эйла! Побольше уважения!

— С каких пор мы приглашаем за стол детей? — обратился к Регнану Вейлин.

— С этих самых, — спокойно ответил Регнан. — А ты что-то имеешь против?

— Ну что ты, это даже забавно. Как дела, Эвен? Чем живешь?

— У меня все нормально, — пробурчал мальчик.

— Вот и отлично. — Вейлин снова повернулся к Регнану. — Забавно, что мы оба выбрали союзных женщин. Последовал моему примеру?

— Нет.

— Но ты любишь Дэрию? — уточнил Эвен. — Учти, ее нельзя обижать.

— Эвен, малыш, — протянул Вейлин, — Арисы не обижают женщин, а осчастливливают. Нелла подтвердит, да, Нелла? Каково после грязного Рула оказаться на Неррианских островах?

— Это просто потрясающе, — тихо проговорила она; судя по всему, ей часто достается от Вейлина.

— Да, с этим понятно. А вот каково оказаться у нас после Союза? Что скажете, девочки? — Вейлин поочередно посмотрел на нас с Рией.

— Просто потрясающе, — повторила за Неллой Рия.

— Интересно, — ответила и я, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. — К тому же я попала сюда как раз к Отбору. Это все очень увлекательно.

— О да, жизнь у нас интересная… И лично мне тоже интересно, чем все кончится.

— Дэрия вернется домой, — заявил Эвен.

— Пра-а-авда? — Вейлин посмотрел на Регнана. — Дэрия вернется домой?

Регнан в свою очередь посмотрел на меня, и я не смогла почему-то самой себе ответить, вернусь ли домой.

Черт.

Ужин прошел ужасно, и после того, как гости разошлись, Регнан спросил у меня:

— Что это было, Даша? Зачем ты пригласила Эвена?

— У меня к тебе тот же вопрос! Зачем ты пригласил Вейлина?

— Хотел, чтобы ты его послушала.

— Послушала, не сомневайся. А Эвена я позвала, потому что из взрослых он общается только с Неллой, а из детей – только с Эйлом, которому и года нет. Ненормально, что мальчик так замкнут.

Регнан спорить не стал.

— Да, ненормально, — кивнул он.

— Ты бы наладил с ним контакт, — предложила я и машинально коснулась руки царевича, провела по ней. — Ему важно иметь положительный мужской пример перед глазами.

— Вряд ли Экзекутор может стать положительным мужским примером.

— Если Экзекутор – это человек, следящий за порядком и справедливостью закона, то еще как может стать. Царю выгодно, чтобы ты выглядел в глазах людей злым всемогуществом, но ты не такой.

— Злое всемогущество? — улыбнулся Регнан и, перехватив мою руку, нежно ее сжал. — Звучит интересно.

— В тебе столько силы, — продолжила я, разглядывая царевича, — и я имею в виду не только твой уровень эо. Ты и сам по себе силен: умен, собран, всегда начеку, для тебя нет секретов – ты читаешь чужие мысли, и это для тебя естественно. Ты не должен быть страхом Аэла, ты должен стать его защитником, надеждой. Чтобы люди не боялись прийти к тебе. Идеальный судья – беспристрастный судья. Добрый, но справедливый.

Он шагнул ко мне, взял другую мою руку и прижал их обе к своей груди; я достаточно сильный психокинетик, чтобы почувствовать приблизительно уровень его силы, но затрепетала не от этого. Меня уже давно не волнует, на что он способен, меня волнует, какой он, и чем больше я его узнаю, тем больше что-то во мне откликается. Да я вся на него откликаюсь…

— Хочешь повлиять на меня? Изменить? — шепнул он, глядя на меня сверху вниз; какой это взгляд, о, Звезды… — Или хочешь, чтобы я стал новым царем, а ты – царицей при мне?

— При тебе? — повторила я насмешливо. — Вот уж нет. Быть «при ком-то» я не собираюсь.

— То есть если я сделаю тебе предложение, то получу отрицательный ответ?

— Сначала сделай предложение.

— Выходи за меня.

И все. Никакой помпезности, особенной обстановки, просто «выходи за меня»… Все случилось не так, как я представляла, да и мужчина не тот, которого я представляла в мечтах. А ощущение почему-то такое, что все идет как надо, правильно.