Агата Грин – Котенок 2. Охота на Лигра (страница 3)
Обычно сдержанная Ксана ахнула. Нери же, приподняв брови, снова усмехнулась:
— Куда же ты направишься? В какую систему? ЦФ — лучшее и самое прогрессивное объединение, состоящее в Союзе людей на данный момент.
— В Республику Земли.
— И куда именно в Республику Земли? На какую планету? В какой город? На какую работу? Ты центаврианка, Кэя, ты с землянами не уживешься. Если бы у тебя хотя бы были там знакомые, друзья …
— Есть друг, — негромко сказала я, еще раз за вечер удивив сестер. — Да, есть. И я знаю, куда лететь.
Глава 2
С помощью председателя студсовета и всесоюзной студенческой программы обмена я перевелась в естественнонаучный университет планеты Земля-3. Сдать экзамены на перевод не составило для меня труда, как не составило труда и разорвать договор аренды с хозяином съемной квартиры и получить уплаченные вперед деньги за квартиру.
Сложность возникла только одна. Как-то вечером я договорилась встретиться с отцом, чтобы попрощаться перед отлетом, но, подходя к месту встречи, увидела не его, а Нигая. Он выступил мне навстречу; в этот раз на нем была одежда в светлых тонах, и это, как ни странно, сделало его в моих глазах еще более зловещим, чем обычно.
— Блага, Котенок, — просто сказал он.
— У вас нет права называть меня так, товарищ ублюдочный капитан.
— Я получу это право.
Вздохнув нетерпеливо, я спросила, надеясь, что голос мой звучит достаточно резко и достаточно холодно:
— Что тебе нужно? Я же дала понять, что не желаю тебя видеть, слышать, что предложение твое мне не интересно совершенно, а сам ты — вызываешь отвращение.
— Я просто решил тебе напомнить кое о чем, Кэя. Например, о том, как устроен мир и насколько несправедлив он может быть, — произнес загадочно Нигай и указал на аллею. Издали я увидела фигуру отца; Хакан торопился. Я двинулась к отцу навстречу, но меня опередили полицейские агенты в черном. Заступив отцу путь, они сказали ему что-то, он сказал что-то, и его увели. Заняло все это от силы полминуты.
— Хакан Унсури не так уж аккуратен в делах, — произнес сочувственно Нигай. — Допустил пару ошибок, которые, в общем-то, не так уж страшны… но и этого хватит, чтобы арестовать его и отправить отбывать наказание в одной из трудовых колоний. Какое пятно на репутации Рода Унсури… — Нигай покачал головой и цокнул языком.
Я сжала руки в кулаки и ненавидяще посмотрела в глаза «ублюдочного капитана».
Он ответил мне взглядом, горящим азартом и удовольствием; он любит такие игры.
— Благополучие отца в твоих руках, Кэя.
— Причем здесь мой отец? Арестовал бы сразу меня, раз я так тебе нужна!
— Зачем тебя арестовывать? — спросил Нигай с удивлением и ласковым укором. — Я не хочу тебе вредить, Котенок, а хочу, чтобы ты приняла правильное решение. И лишь немножко подталкиваю тебя к нему.
— Гнусный шантаж… ожидаемо, — сказала я, продолжая жечь его взглядом и надеясь, что ему от этого станет дурно. Сильные психокинетики способны причинить физическую боль человеку одним только взглядом, даже убить, но я не только не сильный психокинетик, а вообще — нулевой. Жаль… я бы без раздумий убила этого высокородного слизня.
Я отвела взгляд, заряженный одной только бессмысленной ненавистью, и посмотрела в сторону. Злость подогрела давно тлеющее желание отомстить ему, но все эти эмоции бесполезны. Реальной власти и реальной силы у меня нет.
— Ты не оставляешь мне выбора. Я не могу не помочь отцу.
— Так помоги ему. Это в твоей власти.
Я злобно фыркнула. О, Звезды, лишь только злобно фыркать и могу сейчас… никакой иной защиты у меня нет… Нигай подошел ближе и положил обе руки на мои плечи.
— Я не желаю тебе зла, Кэя, — шепнул он, и мягко сжал плечи. — Я просто — тебя желаю. Как женщину и как перспективного работника. Так что не совершай глупостей. Ведь отец не единственный твой близкий человек…
Сказав мне это, Нигай убрал руки с моих плеч, развернулся и ушел неторопливо, зная, что нужный эффект произведен. Как победитель ушел, чтоб его рептилоиды сожрали! Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду, и скрипела зубами от бессилия. «Нери была права — он не оставит тебе выбора», — напомнил внутренний голос. Что же делать?
Бежать! Сейчас же! Бежать туда, где у него нет власти. Мои вещи все практически собраны, документы готовы, виза получена. Остается только билеты поменять, и скорее мчать в космопорт, чтобы как можно быстрее покинуть Ланмар.
А отец… Я не могу сейчас помочь ему — прежде мне нужно помочь самой себе. К тому же у него есть Род, а у меня есть только я.
Решив так, я быстро пошла по аллее; вдруг появилось колкое чувство, что я упустила что-то важное. Остановившись, я медленно провела руками по плечам в тех местах, где меня касался Нигай. Пальцы наткнулись на крошечное устройство слежения. Аккуратно поддев устройство пальцем, я свернула на улицу с плотным людским потоком и, улучив момент, прицепила устройство одной женщине на руку.
Сделав это, я направилась в съемную квартиру за вещами.
Долгие перелеты — то еще развлечение. Чтобы сократить полет, корабли ведут через «кротовые норы» в пространстве, а для этого пассажиров требуется ввести в состояние, близкое к смерти. Так что, умерев пару-тройку раз и пару-тройку раз воскреснув, я оказалась в другой системе, на чудн
Первый день на планете Земля-3 я провела в номере гостиницы при космопорте; хоть мне и вкололи облегающий адаптацию к условиям планеты препарат, я весьма скверно себя чувствовала и могла лишь лежать на кровати в состоянии полусна.
На второй день я немного окрепла и вышла в город, чтобы ускорить адаптацию. Город меня поразил. Я долго, с потрясением, разглядывала нагромождение чрезмерно высоких безликих строений, яркие огни вывесок, низкие аэро-трассы, перегруженные аэрокарами и аэробусами самых разных видов и размеров. Вверху, над аэро-трассами, то и дело мелькали весьма ненадежного вида космолеты, доставляющие пассажиров с орбитальной станции на планету. Техника, устройства и транспорт, что попадались мне на глаза, казались какими-то «не такими»: старыми, не эргономичными, даже опасными. Привыкшая к тому, что технические навороты, системы связи и транспорта производят хорошо знакомые мне центаврианские корпорации, я испытывала чувство, что попала не просто в другую систему на другую планету, а в прошлое, где все еще не совершенно и не отработано.
Улицы, по которым я прошлась, можно было назвать чистыми с большой натяжкой. Я видела, конечно, компактную уборочную технику, но вид она имела такой жалкий, что вряд ли хорошо работала.
Воздух показался мне тяжелым и вонючим; блюда, которые я с опаской попробовала в одном из заведений, вызвали легкую тошноту — но скорее видом, чем вкусом. Вода и та имела совсем другой вкус, и мне не понравилась.
Дома, на Ланмаре, всюду просторно, свежо, тихо, зелено — все сделано для того, чтобы люди чувствовали себя прекрасно в любом уголке планеты. Город же, в который я попала, оглушал звуками и удушал запахами, а также вызывал приступы клаустрофобии, ибо казалось, эти огромные здания, стены и перегородки наступают на меня, чужачку, притесняют, чтобы раздавить… Люди в этом шумном и непостижимом параллельном мире оказались под стать. Быстрые, суетливые, торопящиеся куда-то, они разительно отличались от моих сограждан.
Привыкшая к светлокожим черноволосым центаврианам, я «зависла», разглядывая многообразных местных. Высокие, низкие; полные, худые; с волосами различных цветов, включая вульгарно-яркие и неестественные, лысые, бородатые; с палитрой тона кожа от изысканного белого до практически черного, в татуировках; одетые строго или кричаще, а то и вовсе практические раздетые; молодые, старые… В ЦФ можно увидеть детей, но стариков у нас нет, поэтому, впервые увидев пожилого землянина на улице, я испытала шок.
Конечно, в учебниках и фильмах я видывала постаревших людей младших рас, но вживую впечатление производило совершенно иное. Запавшие выцветшие глаза. Искусственные волосы. Птоз лица. Морщины… Пожилой мужчина лет, наверное, под триста, глянул на меня вопросительно, после чего, усмехнувшись чему-то, прошел дальше. Я же осталась на месте, ошарашенно анализируя увиденное.
Я видела землян раньше — на той же станции «Найрив», но в таком количестве они пугают, эти существа из иного мира, иного измерения! Перегруженная впечатлениями, я вернулась в свой номер в гостинице, где в прострации долго раздумывала, смогу ли привыкнуть к такому воздуху, воде, к таким городам, к таким землянам… Помимо этого, в голову упрямо лезли мысли о том, какая я ужасная дочь и сестра. Ведь улетела я спешно, оставив сестрам по короткому сообщению о том, что улетаю раньше времени. Ксана и Нери, конечно, поймут причины моего поспешного бегства, но такой мой поступок еще дальше отдалит меня от сестер. Хотя итак мы уже не так близки, как прежде…
Ночь я провела без сна, отчасти от того, что световой день здесь длился меньше, чем у нас. Заставив себя не думать о плохом, я купила в Сети (слава Звездам, Сеть здесь была всесоюзная!) билеты до города, где находится мой новый университет.
На третий день ко мне вернулись хорошее самочувствие и уверенность в себе, и я уже без паники и растерянности вышла на улицы земного города. Перед поездкой я прошлась по местным магазинам и купила кое-какую одежду, чтобы не слишком выделяться. Центавриане любят строгость в одежде, лаконичные аксессуары, четкие линии и сдержанные, либо, наоборот, глубокие богатые цвета — все это выгодно подчеркивает нашу внешность, оттеняет правильные черты лица на белых лицах, обрамленных черными, без единого намека на теплый тон, волосами.