Агата Грин – Котенок 2. Охота на Лигра (страница 19)

— Нет.

— Тогда Скирта останется моим. Он многого от тебя нахватался, и вполне может тебя заменить, — сказала Пива, снова начиная махать ногами. Ее личико приобрело выражение милое, простое, открытое, но глаза… ее стальные глаза не умели лгать. Она сказала неправду: она хотела Локена, как мужчину. Ей нужно было взять над ним верх. Она желала, чтобы и этот свободолюбивый кот оказался в ее свите, чтобы тоже ловил каждое ее слово, чтобы смотрел на нее, как на богиню.

В этом она напоминала мою сестру Нери. Когда Нери нравился мужчина, она не успокаивалась, пока не получила над ним полную власть, и пока не убеждалась, что он всецело ее. Тогда она теряла к нему интерес и искала следующего. Я и сама какое-то время подражала Нери, так же искала объекты для охоты, упражнялась в своих женских чарах. Но, не будучи хищницей по натуре, быстро охладела к таким играм.

— Значит, только так? Либо я, либо Скирта? — уточнил Локен.

— Только так, — кивнула Пива.

— Зря ты это затеяла, Пива. Очень зря.

В голосе Арве по-прежнему не слышалось ни единой нотки злобы, но при этом все понимали, что он уступать не будет и Скирту заберет. Проблема в том, что и Пива не из тех, кто уступает.

Я переводила взгляд с Пивы на Арве, и, чем больше смотрела, тем больше убеждалась, что между ними напряжение сродни тому, какое между нами с Нигаем, напряжение типа «охотник — добыча». И, пока она его не растерзает, в прямом или переносном смысле, не успокоится. Но у меня нет времени на подобные игры, к тому же чужие!

— Поговорим, Пива? — предложила я.

На меня все удивленно воззрились, а Локен немедленно ущипнул за бок, давая понять, что лучше бы мне помалкивать. Я тоже ущипнула Локена, давая понять, чтобы он не лез.

— Поговорить хочешь? — переспросила Пива. — Со мной?

— Да. Я могу предложить тебе за Скирту такое, от чего ты не сможешь отказаться.

— Мика … — начал было Локен, но я вынудила его замолкнуть, прижав палец к губам.

— Ну, так что? Отойдем? — глядя в упор на Пиву, спросила я.

Девушка, наконец, спрыгнула со стола. Перекинув толстую тугую косу на грудь, она пошла к углу, где было возможно какое-никакое уединение. А я последовала за ней, лихорадочно подыскивая выход из ситуации и чувствуя, как нехорошо начинает играть кровь в голове.

Сама понятия не имею, какого цвина я позвала ее на разговор!

Предложить-то мне нечего.

Глава 9

Когда Пива остановилась и повернулась ко мне лицом, на котором было написано любопытство, я все еще не знала, что сказать и зачем вообще совершаю эти самоубийственные действия. Одно лишь я знала точно: хочу стереть самодовольное выражение с ее лица.

— И что ты хочешь предложить? — спросила она, глядя на меня очень внимательно и вместе с тем игриво. Понимаю, что так восхищает в ней мужчин: она профессиональная убийца и профессиональная кокетка. Даже со мной держится так, словно она всего-то красивая милая девочка, и разговор мы будем вести о всяких девичьих штучках.

— Хочу дать хороший совет.

— Интере-е-е-есно. И что же за совет?

— Назначь за Скирту адекватную цену. Скажем, в тысячу п. е. — столько, за сколько ты его выкупила.

Пива поднесла руку к уху; переводящего устройства она не носила.

— Кажется, у меня что-то не так со слухом. Послышалось, ты сказала, будто я должна назначить другую цену.

— Именно так я и сказала.

Она усмехнулась и сложила руки на груди. Считая Пиву опасным объектом, я непроизвольно считывала каждый ее жест, каждое движение. Да и сама орионка, приглядевшись ко мне внимательнее, сбросила маску игривой лапушки и полоснула меня острым, как лезвие, взглядом.

— Девочка, а ты кто такая? Соображаешь, с кем разговариваешь? Или Риган еще не вдолбил в твою тупенькую голову, как себя правильно вести?

— Как вести себя с такими, как ты, я знаю, — насмешливо ответила я и сделала то, чего мой инстинкт самосохранения категорически не одобрил: шагнула вперед, к Пиве. Она — киллер, и могла бы посчитать такое сближение сигналом к нападению. Я осознавала это, и меня замутило от страха. Но все же я осталась на месте и даже смогла продолжить: — А ты, Пива, осознаешь свои действия?

Она сделала то же, что и я — шагнула ко мне. Будучи одного роста, мы имели возможность смотреть друг другу в глаза, как равные. На нас таращились со всех сторон, и разговоры вокруг затихли, но окружающий мир был совсем не важен для нас в этот момент. Мы с Пивой изучали друг друга, как повстречавшиеся впервые хищники разных видов.

— Риган не хочет тебя, — сказала я. — Как бы ты ни исхитрялась, ты его не получишь.

— Получу, — упрямо, как капризное дитя, ответила она.

— Ты просто смешна.

— Повтори, — вскинула она подбородок.

Я охотно повторила.

— Ты смешна. Ведешь грязную игру, прибегаешь к шантажу. И зачем? Чтобы получить одного-единственного Драного кота со смазливой физиономией! Думаешь, вынуждая его стать своим рабом, показываешь силу, Пива? О, нет, ты показываешь слабость. Даешь понять всем, как он тебе небезразличен, — мой голос перешел в шепот, и я склонилась к ее ушку. — Где же твое достоинство, орионка? Где же твое женское самоуважение? А нет их! Ты в себе это вытравила, обменяла на мужское бахвальство и напор. Так не удивляйся, что Риган не видит в тебе женщину.

Уже по одному тому, как она слушает меня, замерев, я поняла, что попала в точку, задела больное место. Движение ее я предугадала, и отскочила — ее кулак не попал в цель, а целилась она мне в солнечное сплетение. Хотела вышибить из меня дух и заставить упасть, ловя ртом воздух. Я мельком вспомнила отца и его увещевания насчет того, что никому еще не помешало в жизни знание основ боевых искусств.

Лицо Пивы под загаром медленно, красиво краснело, а глаза светлели, выгорая до белой яростной мути. Я вывела ее из себя, осталось теперь суметь пережить ее ярость. Окружающие, наблюдающие за нами, стали подбираться ближе.

— Ты хотела, чтобы я назначила новую цену за Скирту. Ладно, назначу. Одолеешь меня — и можешь забирать мальчишку. Не одолеешь — он останется моим. Как тебе такая цена? Потянешь? — проговорила Пива, растягивая губы в улыбке, которая очень напомнила мне клыкастую улыбку тхайна.

Локен оказался рядом, причем встал как раз между нами. Он знал уже, наверняка, что ничего хорошего такое вот выражение лица Пивы не сулит. И, зная, что от нее можно ждать, посмотрел на меня. За все время нашего знакомства Локен смотрел на меня по-разному, но ни разу — так. Я недавно про себя отмечала, что он всегда держит себя в руках. Так вот, теперь смотрел он на меня так, как смотрит человек, который вот-вот начнет убивать.

«Если Пива тебя не прикончит, я сам это сделаю, идиотка!» — кричал его взгляд.

«Спокойно, милый, дай девочкам разобраться», — ответила я, тоже взглядом.

— Риган, твоя девка попросила назначить новую цену за Скирту, — объяснила ему Пива, и по ее голосу я заметила, что она уже справилась с собой. — Я назвала эту цену. Схватка. Не на смерть, конечно — мы цивилизованные — но кровь пустить можно. Та, которая свалится первой и не сможет сама подняться, будет считаться проигравшей.

— Никакой схватки не будет, — отрезал Локен.

— Да ла-а-адно, а че нет? — протянул кто-то из мужчин за его спиной. — Давненько мы не видели, как махаются девочки. Кто хочет на это посмотреть, ребята?

Помещение заполнилось множеством одобрительных голосов, а кто-то еще и по столу застучал.

— Схватки не будет! — рявкнул Локен.

— А это не тебе решать, котик, — мурлыкнула Пива, демонстративно разминая плечи, и посмотрела на меня. — Что молчим, ягненочек? Ты мне многое наговорила, но у нас на Тайли слова ничего не значат. Мы знаем только один язык — язык оружия, язык крови. Умеешь на таком общаться?

Пока она говорила, я мысленно проводила самый быстрый анализ в своей жизни.

Итак, я сама спровоцировала киллера на драку, во время которой меня, скорее всего, сильно ранят или даже убьют. Вопрос первый: я дура? Конечно, да! Вопрос второй: есть ли у меня хотя бы минимальный шанс победить? Ответ: есть, но именно что минимальный. Она профессионал, но я — старшей расы, и реакция у меня получше, да и кости крепче. К тому же, я не полный профан, и в памяти сохранились еще уроки самообороны и боевого центаврианского искусства.

— Ау, детка! Ты там не заснула? — поддела меня Пива, пританцовывая на месте от нетерпения.

Локен подошел и взял за руку, чтобы увести. Я вырвала из его хватки руку.

— Тебе жить надоело, Мика? — процедил он.

— Нет, не надоело.

Он попытался взять меня за другую руку, но я увернулась, отошла, и скользнула ставшим рассеянным, мутным взглядом по толпе ожидавших зрелища орионцев. Я очень хорошо осознавала, что натворила, и сама от себя была в шоке, но в то же время… в то же время, я хотела всего этого. Я хотела, чтобы меня, наконец, увидели, и не как сексуальный объект с большой грудью и длинными ногами, не как рабыню, а как личность, как человека, с которым нужно считаться. Я всю жизнь соглашалась, терпела, слушалась сестер, отца, Главу Рода… а потом, когда меня вызволил Арве, я слушалась его во всем… И как же мне надоело это! Я не слабая, не никчемная, не неуклюжая — я здоровая сильная центаврианка. И я могу отвечать за свои слова.

— Согласна, — объявила я громко. — Схватка на руках, без оружия. Кто первая упадет и не сможет сама подняться — проиграла. Победившая получает Скирту.