Агата Чернышова – Твоя (не)верность. Семья вопреки (страница 6)

И всё же этот родной запах пока не выветрился, но я должен научиться жить без него.

Я тихо выхожу из номера, не оглядываясь.

Если бы Алина проснулась, я бы сказал как есть: «Ты мне больше не нужна. Деньги на твоей карте. Ты же хотела от меня денег? Так получи!»

Но она не просыпается.

Тем проще для нас обоих.

Лифт везёт меня в гулкой, безжизненной тишине.

В голове – каша.

Обрывки мыслей, образов. Но никакой сентиментальности. Я готов.

В кармане куртки нащупываю конверт. В нём паспорт, водительское, банковские карты. Всё, что успел схватить, уходя из дома.

Из того, что когда-то было домом.

Я вспоминаю её лицо. Моей Вики.

Когда она застала нас.

Не крик, не истерика. Шок.

Молчание. И взгляд.

Пустой, выжженный. Будто в неё выстрелили в упор, в сердце, а она не поняла, что уже мертва.

Тогда я ощутил нечто подобное. Торжество сменилось разделённой с ней болью, но я понимал: этот момент неизбежен.

Не подстраивал специально, но знал: однажды это случится.

И я поставлю точку. Не ту, какую хочет поставить она, а другую, похожую на многоточие.

Мы начнём заново. Вполне возможно, даже вероятно, но на моих условиях.

Я подготовился.

У центрального входа стоит чёрный внедорожник. Я нанял его на первое время, на днях заберу свою машину и обговорю с бывшей, теперь я могу так её называть, условия развода.

Рядом с машиной – молодой мужчина в тёмной куртке.

Он долго рассматривает фото в моём паспорте, будто не может поверить, что оно и я – одно лицо. Наверное, я тоже постарел за последние часы.

–– Григорий Александрович, – он протягивает мне папку. – Это то, что вы просили забрать из банковской ячейки. Машина заправлена, полный бак. Ваша аренда продлится три дня. Счастливого пути!

Я рассеянно киваю, забираю ключу и сажусь за руль.

Руки пахнут чужим местом. Гостиницей, где ничего не бывает по-настоящему.

Руль, салон – чужие.

И это именно то, что мне сейчас нужно. Оказаться как можно дальше от запаха своего дома. От его уюта, за которым скрывается вежливая холодность.

Я еду. Без цели, просто еду вперёд, почти не узнавая дома и вывески. Не обращая на них внимания, как не обращают на белый шум.

Просто еду по ночному городу, который вдруг начал казаться незнакомым. Лабиринтом Минотавра, где за каждым поворотом может ожидать зверь – неприятность, способная сбить с ног.

Огни рекламных вывесок, витрин, окон сливаются в одно сплошное пятно. Пятно успешной жизни, за которым скрывается пластиковое нутро. Дежурная улыбка женщины, которая когда-то была для меня центром мироздания!

Я гоню воспоминания о том времени прочь. Они не смогут мне помочь, не смогут её вернуть.

Я не вижу дороги. Я вижу лицо Вики.

Родное – чужое, забытое и то, каким я его буду помнить всегда.

Сворачиваю в какой-то переулок, глушу двигатель.

Вскрываю конверт из банковской ячейки.

Внутри – ключи от сейфа на работе, запасные, ругая связка – от новой, снятой мной недавно квартиры.

Смешно, что я снял её безо всякой задней мысли, не для блуда, а для работы, чтобы никто не нашёл меня, когда мне это не нужно. Накануне принятия важного решения или заключения контракта.

Пачка наличных, новая симка, несколько фотографий из «старой» жизни. Как напоминание.

Старые фотографии – моменты счастливой жизни, которые никогда не кончаются.

Наверное, я старею – становлюсь сентиментальным.

Наша свадьба – Вика смеётся. Молодая, задорная, искренняя.

Запрокинув голову, она кружится в белом платье.

Я стою у входа в комнату, фотограф запечатлел моё дурацкое выражение лица глупо-счастливого мужчины.

А вот спустя пять месяцев – мы только что купили просторную квартиру.

Стоим на пустом бетонном полу, обнявшись, делаем селфи. Строим планы.

Рождение сына.

Она, уставшая, бледная, но сияющая, держит кричащий свёрток.

Я и сейчас, смотря на них обоих, чувствую, как у меня перехватывает дыхание. От счастья и страха.

За них. За то, что теперь нас трое, и ответственность на моих плечах ещё больше.

Но я сильный. Я выдерживаю.

Но всему есть предел.

Отшвыриваю фотографии, они веером рассыпаются на переднем пассажирском сиденье.

Одна улетает в салон, будто говорит: «Прошлое не вернёшь».

И от этого грустно, яростно-больно до сжатых в судороге пальцев.

Слишком больно смотреть на осколки своей жизни.

И тут я решаюсь: нет, дорогая, ты так просто от «нас» не отделаешься! Потому что я этого не хочу!

Смотрю на телефон и тянет позвонить. Хотя это глупо и будет расценено как насмешка.

Да и что я скажу?

И всё же придумываю повод. Это несложно. Когда по-настоящему чего-то желаешь, повод находится.

Знаю – не поймёт. Не сейчас.

И всё же хочу убедиться, что не наделала глупостей.

Вика у меня умная. И слишком холодная для той женщины, кто по-прежнему смотрит на меня с одной из фотографий.

Смотри, улыбается, любит.

И я звоню домой. С другой симки, незнакомой.