Aelah – ДИКАЯ ОХОТА. ПОЛОТНО ДОРОГ (страница 44)

— Как крысы в норах! — прошипела Шедавар, и Аллэивар невольно отшатнулась, — Даже когда беда была уже на самом пороге, мы продолжали сидеть в своих домах в твердой уверенности, что нас это не касается. Так, Аллэи? Нас не касался Аэль-Роадан, когда туда пришли дикие. Нас не касался общий враг, когда еще задолго до того началась война в племени. Теперь нас не касаются дети, пропавшие без вести. Наши же дети.

— Я говорю не о том, Шеда… — начала было Ищущая, но королева снова перебила ее.

— Ну конечно, мы все говорим не о том. И смотрим не туда. Ты уж разреши мне немножко глаза тебе раскрыть. Мы — одно племя. И разделение на кланы не должно делать нас сторонними наблюдателями, когда речь идет о нашем будущем. Воины, конечно, пойдут против диких — как только появятся доказательства. Все мужчины старше двадцати лет покинут города, и под землей останутся одни мальчишки Ниир и Веон. И пока их отцы будут перебираться через горы, в подземелья проникнут дикие. Они выпьют все живое, до чего дотянутся, а через пару дней мертвые поднимутся. Все города соединены ходами — и как думаешь, где новообращенным духам будет проще всего полакомиться?

— А разве ты не предлагаешь то же самое? — Аллэи вновь принялась расхаживать перед королевой, лихорадочно ища хоть какой-нибудь аргумент, который смог бы вразумить Шеду, — Вывести женщин из подземелий, чтобы они шли в бой вместе с Птицами? Прекрасно! А как же дети? Девочки, которые останутся здесь, Шедавар? Самая легкая добыча. Ушедшие на поверхность, быть может, и выживут в бою — но тех, кто останется здесь, ждет тот самый кошмар, о котором ты говоришь. Мы погибнем, Шедавар. Подземные эльфы исчезнут так же, как исчезли наши морские братья и сестры, — голос почему-то затих. Внутри Аллэи болезненно билась тревога, и эльфийка морщилась, словно боль была настоящей.

— Ты так и не поняла, — Шедавар покачала головой, вздыхая и странно улыбаясь, — Здесь никого не останется.

Некоторое время смысл ее слов доходил до Аллэивар, а затем эльфийка замерла, с изумлением глядя на королеву.

— Что?..

— Здесь никого не останется, — твердо повторила королева, и у Аллэи мороз по коже пробежал, — Мы уведем эльфов на поверхность. В Аэль-Роадан. Там под защитой Знающих останутся дети — и та часть Защитниц, которая не захочет идти в открытый бой, но будет стоять на подступах к городу, чтоб оборонять его. А все, кто может держать оружие, выйдут против диких вместе с Небесными Дочерьми.

Воцарилось молчание. Аллэивар оторопело уставилась на королеву, которая была спокойна, словно скала. Спустя несколько мгновений к Ищущей все же вернулся дар речи.

— Ты с ума сошла? — слабым голосом поинтересовалась Аллэи, — Как ты это представляешь? Кто за тобой пойдет? Кто решится оставить все это?.. — она обвела взглядом стены пещер, — Мы слишком долго жили во тьме. Здесь — наша история, наша память, наше все… Ты предложишь им покинуть все ради неизвестного будущего? Ради чего они пойдут за тобой, Шедавар? Твое величество простит себе, если из-за тебя племя погибнет в самой кровопролитной войне за всю историю нашего народа? Да и то, погибнет в чужой войне…

— Это и наша война, Аллэи, — тихо заметила Шедавар, поднимаясь с кресла, — Нет того, что нас не касается. И мое величество, как ты выразилась, простит себе, если погибнет за детей своего племени — но никогда не простит себе бездействия.

Она стояла в центре зала, у белокаменного трона, крохотная фигурка в громаде камня. Златоглазая женщина, чей взгляд был полон решимости. Аллэи вполне понимала, почему ее выбрали королевой.

— Шеда, я… я понимаю тебя. Понимаю, что ты хочешь сохранить наш народ, — Аллэивар снова подошла к ней ближе, старательно подбирая слова, — Но никто из Жриц не поддержит тебя, ты же понимаешь это? Ты итак действуешь слишком… претенциозно…

— И создаю прецеденты, да-да, — отмахнулась королева, хмуря тонкие, с изломом, брови, — Мне плевать, что по поводу моих действий думают Жрицы. Как только Небесные Дочери найдут след диких, у меня будет еще один аргумент. Племя боится за свое будущее, а потому слово Жриц слабее моего слова.

— Нет, Шедавар. Не слабее — а то и сильнее. Ты — королева, а королевы приходят и уходят. Жрицы же несут волю Ниэннавар, вечную и непреложную. Кто ты против нее?

— Эльфийка из плоти и крови, которая хочет защитить свое племя, бес тебя забери! — рявкнула Шедавар. Впрочем, Аллэи и бровью не повела — королева никогда не отличалась спокойствием и терпеливостью, когда общалась с кем-то наедине, — Ниэннавар давным-давно прогуливается в небесных чертогах, а если совсем уж начистоту, гниет в земле. Вернее, уже прогнила, и теперь из ее тела растут цветы и трава, которых наши дети годами не видят!

— Не богохульствуй, Шедавар, — Аллэивар взглянула на свою королеву исподлобья, внимательно следя за каждым взмахом ее ресниц. Та ухмыльнулась, и на этот раз Ищущую передернуло — Шеда могла одним лишь жестом заставить впасть в оцепенение, если хотела.

— А Ниэннавар не богиня, Аллэи, так что богохульства в моих словах нет. Скажешь, не так? Я хочу, чтобы однажды моя дочь увидела солнце. Не просто на один миг, не мельком сквозь просвет — а по-настоящему. Чтоб она дышала ветрами, чтоб ее умывали дожди, чтоб она собирала цветы в предгорьях.

— У тебя нет дочери, — устало заметила Аллэи.

— У меня сотни дочерей, Аллэивар. И я хочу, чтоб они жили. Не существовали — жили.

— Шеда, им придется бросить все. Они вросли уже в эти пещеры — а сейчас ты предложишь им уйти? Бросить всю память, оставить привычный мир?.. — Аллэивар покачала головой, все еще не до конца понимая. Не до конца веря в сказанное ее королевой.

— Когда-то привычным для них было совсем иное, Аллэивар. К тому же, — она смотрела куда-то сквозь камень, вглубь гор, и глаза у нее были древними, — Тот, кто хочет родиться, должен разрушить былое. Дитя выходит из чрева матери, когда приходит срок. Если оно останется в утробе, то умрет, а вместе с ним погибнет и его мать. Наш срок пришел, Аллэи.

Пустота древних залов, пустота пещер и всех подземных ходов внезапно навалилась на Аллэивар. А вместе с ней — усталость и странное понимание того, что Шедавар права. И что все внутри Аллэи согласно с королевой. Последние ниточки обрывались, и все, чего она держалась всю свою жизнь, медленно осыпалось мелким крошевом со стен, по которым уже пробежали первые тонкие-тонкие трещины.

— А как же Лореотт, Шеда? — последняя попытка, даже не ее — крохотной части ее души зацепиться за что-то. Хотя бы за что-то. Шедавар покачала головой.

— Лореотт останется в нашей памяти и будет жить в ней до скончания времен. Но мы не должны остаться здесь и умереть вместе с ним. Ты держишься за стены, Аллэивар, которые рушатся от землетрясения. И тебя погребет под завалом, если ты не поймешь, что Дом — это вовсе не камни и кирпичи.

Ищущая потерла лоб. Пальцы прошлись по грубой ткани повязки, и Аллэи в который раз усмехнулась про себя. Видеть мир лишь наполовину… Она приспособилась давным-давно, так же, как ушедшие в пещеры эльфы приспособились к жизни в темноте. Но это ведь совсем не означало, что когда-то они не знали иного.

— Хорошо, — каменные стены запомнили слово, сорвавшееся с губ Ищущей, — Расскажи еще раз, чтоб я все уложила в голову. Мне нужно понимать, что делать.

— Небесные Дочери направятся по следу диких. Мэгавар говорила, что где-то там должно быть логово — они все ближе подходят к Мертволесью. Ледяная Звезда все еще поднимается, а значит, время пока не пришло. Но им нужно быть ближе к хозяйке, когда та позовет. Птицы найдут диких — а я убеждена в этом — и вернутся сюда с доказательствами. Как только это произойдет, я отправлю гонцов в подземные города и в Аэль-Роадан. Туда поедешь ты, Аллэи — мне нужна твоя помощь. Донеси до королевы клана Эсс мою волю, — Шедавар подошла к ней ближе, внимательно глядя на нее, — С кланом Даар проблем быть не должно, Айэдаар — женщина умная, и взгляды у нас во многом сходятся. Кланы мужчин, по идее, тоже должны стать на мою сторону. Проблемы могут возникнуть с Иан и Рель, они и знать не хотят ничего о том, чтоб встать с насиженных мест. Поэтому мне нужно, чтоб Жрицы Лореотта были за меня. Если и они, и Знающие пойдут за мной, племя объединится, и мы сможем выступить вместе против Дикой Охоты. Выйдем из подземелий, оставим детей под защитой ведьм в Аэль-Роадан — и будем сражаться за право жить под этим небом.

— Это звучит совершенно безумно, — Аллэивар затрясла головой, потирая пальцами висок, — Совершенно безумно. Ты понимаешь, что все это держится на волоске? Дальше пропасть — или мы спасемся и начнем новую жизнь, или навсегда канем в лету. И в обоих случаях нас поведешь за собой ты, Шедавар.

— Так помоги мне не упасть, сестра, — теплая тяжелая ладонь Шеды легла на плечо Аллэи. Несколько секунд они глядели друг другу в глаза, а затем Аллэивар кивнула.

— Сделаю все что смогу. Когда отправляться в Аэль-Роадан?

— Повремени пока. Как только Небесные Дочери вернутся, выслушаем их. И только тогда, не раньше. Запомни, Аллэи — любой ценой убеди Реанэсс.

Аллэи поморщилась: королева клана Эсс уделяла ей слишком много внимания, прозрачно и не очень намекая на возможность близкого общения. Даже очень близкого. От Шедавар не укрылось выражение ее лица — королева понимающе ухмыльнулась, чуть сжав пальцы на ее плече.