Адьям Гати – Дети логики: Беглецы (страница 11)

– Лежи и не шевелись, – велел экаттец, укладываясь так, чтобы не загораживать опознавательную метку на крышке контейнера. – Лежи, что бы ни случилось!

Платформа начала замедляться, вошла пазами в страховочные опоры промежуточной станции и с тихим кряканьем остановилась. Разгрузка длилась около семи минут – манипуляторы сновали в метре над их головами.

– Не дёргайся, – прошипел экаттец, сильнее прижимая габбро к крышке; потревоженный грузом воздух холодил им щёки. – Это автоматы, они нас не видят.

Платформа снова пришла в движение и совершила ещё пару промежуточных остановок, когда скорость её в очередной раз упала до минимальной, Ксул глухо скомандовал: «Встаём!». В поле зрения Кодамы попала ремонтная площадка, и девушка сразу поняла, куда экаттец сейчас прикажет прыгать. На этот раз она и слова поперёк не сказала – бесполезно – лишь послушно оттолкнулась от края контейнера и мгновение спустя уже висела на защитном ограждении. Ксул приземлился рядом, помог ей перебраться на площадку и ободряюще хлопнул по спине. На лице его играла улыбка, а в движениях больше не чувствовалось былой резкости. Облизнувшись, точно довольный охотой зверь, экаттец толкнул габбро к скобам лестницы, по которым к ним уже спускался рабочий, и ехидно продекламировал: «Сегодня довесок. За мой счет».

– Ты охренел! – вырвалось у связного. – Я как её по шахте подниму?!

– Чё там поднимать! – махнул рукой Ксул. – В лифт её посади.

– Сам посади, раз такой умный! – осклабился подельник.

– Ладно, – цыкнул мужчина, передёргивая плечами. – Сунь тогда девку в вентиляцию! Сам говорил, у вас система смежная.

Лицо рабочего вытянулось в длину на несколько сантиметров – настолько он был шокирован предложением. О единой системе воздуховодов он высказал идею ещё на этапе планирования их общего дела, но так и не смог её проверить – не пролез.

– Эта пролезет! – успокоил Ксул, передавая подельнику упаковку с товаром. – По запаху дорогу найдёт. Мы ей сейчас только немного поможем.

– Совсем сдурел! – взревел рабочий, но руки его теперь были заняты, и Ксул беспрепятственно отщипнул от одного из брикетов маленькую горошину.

– Да брось, они не взвешивают! – отмахнулся он и вежливо попросил Кодаму открыть рот. – Эгетэ говорила, какая ты умница. Определяешь степень коррозии по запаху… и дорогу найдёшь в два счёта…

– Произфо-димые тобой дейстфия неза-конны.

– Жуй, давай! Будь я законником, ты бы сейчас здесь не стояла! – хохотнул Ксул, придерживая ей челюсть, чтобы не выплюнула. – И раз уж ты оказалась у нас внизу, милая, значит, носик твой не чист. Всё! Бывайте!

Выхватив из-за пояса рабочего причитавшуюся ему награду, Ксул как следует разбежался и спикировал на отправившуюся в обратный путь платформу.

– Что он у тебя забрал? – спросила Кодама.

– Диск с данными, – машинально ответил экаттец.

Габбро подняла голову и внимательно посмотрела на высокорослого рабочего:

– С какими данными?

– Ты тут точно не по поручению Академии? – осторожно спросил тот.

– Нет. Так сложились обстоятельства.

– Ладно! – вздохнул мужчина, характер у него был покладистее, чем у Ксула. – Пусть вы, умники, и живёте там на всём готовом, но удовольствиями вас Академия явно обделила! А нас – информацией! Вот мы и помогаем друг другу…

– Чем?

– Разве ты не ощущаешь?! – голос экаттца предательски дрогнул – неужели партия не удалась. – Прилив бодрости!

Кодама сморщила нос и схватилась ладонью за горло: запахи вдруг стали настолько резкими, что вызвали приступ тошноты.

– Спокойно! – выдохнул рабочий, облегчённо улыбаясь. – Это безобидные травки. Идём!

– Я не полезу в вентиляцию! – воскликнула Кодама неожиданно резко и добавила более спокойным тоном. – Я для неё физически не подготовлена и у меня нет образца нужного запаха.

Подельник Ксула чертыхнулся: что за глупая учёная, всё воспринимает буквально! Мужчина был не настолько эрудирован, чтобы понять какое сокровище свалилось ему в руки: габбро только что в голос возмутилась, да ещё по собственной воле. Наверху бы дорого заплатили за такое зрелище.

– Тебе не нужно искать выход по запаху, – пробурчал он, хватая Кодаму за талию и рывком подбрасывая к люку, – нужно два раза повернуть налево, затем направо, подняться по невысокой вертикальной трубе, снова повернуть налево и спрыгнуть. До технического уровня должна вести лестница. Увидишь. А дальше придумаешь что-нибудь.

– А если там будет тупик?! – эхом разнеслось по помещению.

– Тогда приползёшь обратно! – взревел в ответ мужчина и быстрым шагом направился прочь. – Только снимать тебя буду уже не я… Экши ма, Ксул! Последний раз я имею с тобой дело!

Глава 1.6

Кнолти понуро семенил домой, прокручивая в голове события минувшего дня. Как можно было так легко поверить в то, что Астон Кантон привёл в свой модуль незнакомку с улицы, и она сходу согласилась участвовать в странном времязатратном эксперименте? Это противоречило законам логики! Оправдать коллегу учёный ещё как-то мог: он всё же порядком досаждал габбро своими дискуссиями на тему либидо. Но девушка!.. Она ведь упомянула, что прилетела сюда ради Астона, а он, хвалёный специалист по социальным взаимодействиям, даже не догадался её расспросить. Повёл себя сегодня утром, как наивный дурак. Как трус!

Кнолти охватило чувство полнейшего отчаяния: мало того, что он потерял толкового коллегу, с которым мог ставить не только правительственные, но и личные эксперименты, так ещё и случай получился таким резонансным, что мужчину вообще могли уволить. Годы исследований грозили обернуться крахом. Но больше всего Кнолти опасался за психику Астона: вдруг его самонадеянные эксперименты свели габбро с ума? Ведь тот точно пропал, в противном случае учёному бы пришло уведомление о расторжении контракта: так поступили двое предыдущих помощников. Вместо этого к Кнолти прямо посреди рабочего дня ворвались вооружённые сотрудники безопасности и учинили обыск кабинета.

Мужчина с содроганием вспоминал те жуткие пятнадцать минут, за которые сотрудники сиггу-контроля беспардонно раскидали по полу мебель и оборудование и изъяли все предметы, на которых могли присутствовать отпечатки габбро. Учёный боялся себе представить, что должен был совершить коллега, чтобы довести их до такого состояния.

Спустя полчаса Кнолти постигло новое потрясение: в кабинет зашла куратор его научного отдела и сообщила, что вынуждена приостановить все исследования учёного до выяснения обстоятельств. Видя, в каком тот находится состоянии, женщина бегло обмолвилась, что причиной шумихи стало расследование случая подмены личности, и Кнолти пока ни в чём не подозревают. Наложенные на него санкции – вынужденная мера, так что пусть не теряет присутствия духа.

Слова эти никак не шли у учёного из головы: как тут сохранять самообладание, когда можешь лишиться всего?! Кнолти громко вздохнул и прижался к стене чьего-то модуля, утирая со лба крупный пот. Губы его искривились в ироничной улыбке: не первый раз оказывается в подобной ситуации, но так ничему и не научился. Мужчина несколько ослабил высокий воротник и привёл в норму дыхание. Раз его ни в чём не обвиняли, то и вести себя следовало подобающе: пойти лечь спать и отправиться завтра на работу, как ни в чём не бывало. Пусть исследования его и заморозили, но никто не запрещал Кнолти думать. А это иногда бывает весьма полезно.

Учёный выпрямился, поправил растрепавшиеся волосы и неторопливой походкой направился в сторону своего модуля. Цветки сайи особенно сильно благоухали в преддверии дождя, и их пронзительно сладкий запах вкупе с глухими раскатами приближающейся грозы подействовали на Кнолти ободряюще. Мужчина решительно раздвинул руками плотное сплетение ветвей, намереваясь сполна насладиться любимым ароматом, и чуть не сбил с ног какую-то девушку в грязном платье.

– Ко-к… Ко-о-дама?..

– Нтуи Кнолти, – тихо произнесла она, падая мужчине на руки, – специалист по социальным взаимодействиям.

Едва ли он представлялся столь официально ещё одной габбро, но учёный всё же счёл должным проверить, настоящая ли это Кодама, поэтому потребовал озвучить, что она ела сегодня на завтрак. Лоб девушки задумчиво сморщился, и после непродолжительной паузы она смогла воспроизвести по памяти не только блюда, но и их краткий диалог.

Кнолти подхватил габбро на руки и скорее направился к своему модулю: кажется, судьба давала ему второй шанс разобраться в происходящем.

– Я йе-ё знаю! – воскликнул учёный, видя реакцию прохожих. – Сейчас с-сообщу сотрудникам п-правопорядка.

– Их поймали? – спросила девушка, безвольно откидываясь ему на плечо. Выглядела она неважно.

– Кого?

– Астона Кантона, – уточнила габбро шёпотом, – и нелегала, завладевшего моим телом.

Кнолти громко кашлянул и огляделся взглядом затравленного зверя – не услышал ли кто.

– К-как это – за-авладевшего? – встревоженно переспросил он. – И н-нельзя нелегально п-попасть на эту п-планету.

– Я попала, – возразила габбро, поёжившись. – Вчера.

Кнолти остановился перед дверью своего модуля, поставил Кодаму на ноги и нервно хихикнул. Выдержав пятисекундную паузу, он расхохотался уже во весь голос, до икоты.

– Прсти-те, а… сегодня вы-к… где были? – поинтересовался он, пытаясь попасть ключом в щель.

– В Нижнем городе, – честно призналась девушка, чем вызвала у учёного новый приступ смеха. – Отведите меня в модуль Астона. Мне нужна чистая одежда и болеутоляющие, иначе я не смогу вести продуктивный диалог с представителями Академии.