Адриана Вайс – Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (страница 61)
— Узнали что? — сглатывает Адриан, переводя взгляд с короля на меня и Аскелата, — Я не понимаю… что случилось?
— Случилось то, что я давно усомнился в твоей искренности и честности, что и послужило причиной моего отстранения. А сейчас у меня появились сомнения насчет твоей преданности мне и трону. Можешь не сомневаться, мои дознавали уделят тебе все возможное внимание. И когда это случится, я советую тебе быть с ними предельно откровенным, если не хочешь расстаться не только со свободой, но и с жизнью.
Глаза Адриана моментально распахиваются, лицо бледнеет, на нем проступает гримаса самого настоящего ужаса. Та самая эмоция, которую я никогда прежде не видела у него.
— Ваше Величество, я не знаю что вы имеете в виду, но прошу вас, поверьте! Моя верность вам абсолютна! — срывающимся на жалкий шепот голосом, упрашивает Адриан, хватая Леонарда за сапоги, — Все, что я делал, было из лучших побуждений!
— Лучших побуждений для кого? — угрожающе спрашивает король.
От звуков его голоса Адриан съеживается в комок, будто его избивают, а потом внезапно вскидывает голову и вонзает безумный взгляд прямо в меня.
— Диана! Скажи ему, что это правда! Защити меня! Ведь если что-то случится со мной, ты тоже окажешься под угрозой!
Я смотрю на него, чувствуя нарастающий гнев. Все, что накопилось за эти долгие годы — его ложь, его жадность и предательство — прорывается наружу.
— Правда? — мой голос звучит на удивление ровно, хотя внутри все пылает и ревет, — Правда в том, что я долгие годы наивно считала что действительно нужна тебе. В то время как ты видел во мне лишь источник редкой магии, инструмент для достижения своих непомерных амбиций. Ты предал меня, предал мое доверие, а потом еще и унизил, возложив на меня ответственность за собственные ошибки. Ты про эту правду? Или есть какая-то еще правда, о которой я не знаю?
Адриан вдруг вскакивает на ноги и кидается на меня.
Но я не успеваю даже испугаться, потому что воины короля, которые привели его, тут же опрокидывают его на землю и заламывают руки. Но Адриан будто бы не чувствует этого. Он вскидывает голову и прожигая меня исступленным взглядом, ревет что есть мочи:
— Неблагодарная тварь! Ты все-таки спелась с этим жалким ублюдком! Это он тебя надоумил пойти против меня?! Признавайся!
— Никто… — с трудом контролирую я рвущееся наружу возмущение, — …никто из этих людей не сделал для того, чтобы я возненавидела тебя всей душой больше, чем ты сам. Только ты, Адриан, виноват в случившемся. Поэтому, если тебе обязательно нужно кого-нибудь винить, вини себя.
— Да как ты смеешь, стерва! Ты хоть представляешь…
— Угомоните его, — болезненно морщится Леонард, — От него слишком много шума.
Адриан ревет словно раненый зверь, пытается вырваться из хватки воинов короля, но тем не только удается его удержать, они еще и запечатывают ему рот магией. А тело стягивают магическими путами.
В итоге, все на что хватает Адриана через пару секунд — это жалко мычать и извиваться на земле.
Леонард не сводит долгого презрительного взгляда с Адриана, пока не подает голос Аскелат.
— Может, уже скажешь то, что хотел предложить насчет договора Дианы? — спрашивает он с легкой усмешкой.
— Да, — поднимает на меня взгляд Леонард, — Для начала, я, как законный правитель королевства Сантьер, разрываю брачный союз между Дианой Легро и Адрианом Легро. Поздравляю, теперь ты свободная женщина.
В этот момент Адриан даже с запечатанным ртом умудряется сорваться на визг. Он так сильно беснуется, что на помощь к тем воинам короля, которые его сдерживают, бросаются еще трое.
Но я этого совершенно не замечаю. Весь мир вокруг будто перестает существовать, когда Леонард произносит эти слова.
Единственное, что для меня сейчас имеет значение — это одна-единственная мысль, которая сейчас пульсирует в голове:
“Я свободна!”
Долгие годы я мечтала об этом моменте, и вот он настал.
Больше ничто не связывает меня с Адрианом. Больше нет брачных клятв и обязательств, которые он мог бы использовать как цепи, чтобы держать меня в плену.
Все звуки будто исчезают, а чувства притупляются. Единственное, что я чувствую сейчас, — это бесконечная волна облегчения и восторга, которая захлестывает меня с головой.
Я свободна.
Слезы сами собой наворачиваются на глаза. Я поклялась больше не показывать слабость перед Адрианом, но сейчас я ничего не могу с собой поделать.
Пальцы дрожат, я закрываю лицо руками, пытаясь собрать воедино свои разлетевшиеся эмоции. Наконец-то я могу снова дышать полной грудью.
Аскелат, стоящий рядом, мягко касается моего плеча. Я чувствую его тепло и поддержку, и это лишь усиливает мое воодушевление.
Я кидаю на него взгляд, полный благодарности. Ведь если бы не он, не его участие, я бы, возможно, никогда не оказалась здесь и сейчас. Он всегда был рядом, когда я нуждалась в этом, он всегда верил в меня.
— Поздравляю, — тихо говорит Аскелат и его голос словно обволакивает меня, наполняя ощущением покоя, — Ты это заслужила.
— Спасибо, — шепчу я, мои губы дрожат, а голос ломается под грузом эмоций.
— Спасибо и вам, — оборачиваюсь я к Леонарду, который смотрит на меня с неожиданной улыбкой, будто чувствуя значимость этого момента для меня.
Позади нас раздается хриплое мычание Адриана, его тщетные попытки вырваться из пут воинов короля. И сейчас я ловлю себя на странном ощущении, что его истерика для меня не значит ровным счетом ничего. Это все равно что далекое эхо упавшего в лесу дерева — мимолетный отголосок прошлого, который остался далеко позади.
Я вдыхаю свежий воздух, ощущая каждый аромат — цветущие соцветия, влажная почва, кора деревьев. Все это кажется новым, более ярким, более насыщенным. Каждый вздох — это глоток свободы. Теперь я не принадлежу никому, кроме себя. Моя жизнь, как и моя магия, снова принадлежит лишь мне.
— А теперь, что касается твоей дальнейшей судьбы и судьбы всех Мрачных Топей, — приводит меня в чувство серьезный голос Леонарда.
— Моей дальнейшей судьбы? — растерянно переспрашиваю я.
— Ты ведь не забыла, что Адриану вменяется подозрение в измене? — недобро спрашивает Леонард, — В связи с этим, я не могу поступить иначе, кроме как…
Эпилог
Хоть и прошло уже шесть лет, а слова Леонарда, сказанные тогда, на этом самом месте, до сих пор эхом отдаются у меня в голове.
— Ты ведь не забыла, что Адриану вменяется подозрение в измене? В связи с этим, я не могу поступить иначе, кроме как лишить его титула и всех дарованных ему земель. А как только это случится, ты тоже потеряешь этот статус, после чего твое слово в Мрачных Топях не будут значить ничего.
В тот момент мое сердце камнем упало к ногам, а спина покрылась холодным потом. Однако, вместе с охватившей меня тревогой, я чувствовала, что Леонард не так просто завел этот разговор. А потому, я стояла и ждала продолжения. Не сводила с него прямого взгляда до тех пор, пока Леонард не усмехнулся и не опустил голову.
— Однако, мне кажется, что по отношению к тебе такой исход был бы несправедливым. Поэтому, у меня есть следующее предложение, — Леонард выдерживает паузу, а его глаза азартно блестят, — Я дарую тебе единственный во всей Сантьере титул Великой Герцогини и Мрачные Топи в качестве твоих владений. Но взамен ты продолжишь развивать эти земли и укреплять сотрудничество с Винланией.
Леонард бросает быстрый взгляд на Аскелата. И в этот взгляд раскрывает его настоящие мотивы куда больше, чем все сказанные до этого слова.
Он почувствовал, что нас с Аскелатом связывает нечто куда более крепкое, чем просто торговый союз и взаимопомощь. А потому, решил воспользоваться тем, что никто кроме меня не сможет вести с ним дела. Но самое главное, Леонард подстраховался, чтобы не дать мне исчезнуть с моим даром, который он так высоко оценил.
Нет, я больше чем уверена в том, что, в отличие от Адриана, он не планирует использовать его в личных целях. Иначе, ему не было бы смысла даровать мне свободу. Леонард хотел, чтобы мой дар расцветал на благо Сантьеры.
И если по поводу последнего пункта я не имела возражений до тех пор, пока я сама могу распоряжаться своими силами и решать на что их применять, то по поводу первого я не могла ничего сказать.
Не я должна принимать подобные решения.
Поэтому, я обернулась к Аскелату, встретившись с ним глазами. Я даже не успела задать ему никакого вопроса, а уже в его взгляде прочитала неукротимую решимость.
— Это слишком малая цена твоего счастливого будущего и будущего Мрачных Топей, — не задумываясь, ответил он, — Так что, советую как можно быстрее соглашаться.
И я последовала его совету.
Я согласилась…
И вот, теперь, спустя шесть лет, я стою на вершине холма и с гордостью смотрю на то, что мы создали.
Топи, которые когда-то были сожжены и разрушены, отныне — цветущая, сильная земля, гордость королевства Сантьер. Плодородные поля зерновых, могучие леса, просторный речной канал, вырытый после осушения болот, по которому доставляют грузы небольшие баржи. Пастбища, новые мастерские и торговые пути — все это видимое доказательство нашей победы.
Вместо полуразрушенного поселения, на которое было жалко смотреть — теперь возвышается город — Селестинья, который я назвала в честь той, без которой ничего этого не было бы. Я до сих пор с теплом вспоминаю старушку, которая не просто поддержала меня в тот момент, когда мне это было нужно больше всего, а вдохнула в меня новую жизнь.