Адриана Мун – Тень Короны (страница 24)

– Посол Франции и её муж. Графиня Люпин Жаклин Валуа и граф Люпин Хонор Валуа.

Ничего не сказав, пара вернулась на свои места. Поженились они недавно, и муж посла взял её фамилию. Таковы были местные традиции.

– Посол Англии, Шотландии и Ирландии. Графиня Верест Маргарет Льюис и лорд Питер Льюис.

Подошла высокая статная женщина в шёлковом платье жемчужного цвета. У неё были каштановые волосы, собранные на затылке гребешком. Рядом стоял её сын, на вид ему было столько же, сколько и девушкам. Кудрявые короткие чёрные волосы гармонично смотрелись со светлым личиком и голубыми глазами. Молодой парень был одним из самых желанных женихов среди девушек. Одет он был в чёрный фрак и белые перчатки.

– Спасибо за чудесный вечер, – сказала Графиня.

– Спасибо, что пришли. Питер, как тебе каникулы в Америке?

– Прекрасно, как всегда, Ваше Величество, – его речь была чёткой и сдержанной.

Он не одарил девушек и взглядом, глядя только на Короля.

– У меня для вас хорошая новость. кронпринцесса Равенна теперь ваш федерат. – Король сказал это так громко, как смог.

Было заметно, что на лицах гостей отразилась смесь ненависти и зависти. А вот графиня была этому несказанно рада. Лицо её засияло от радости, она сразу же опустилась в реверансе и поблагодарила короля, а молодой лорд, взяв руку Равенны, поцеловал её перстень и затем поднял на неё свой взгляд. В нём читалась отрешённость, словно ему претила даже мысль находиться здесь. Его челюсть явно напряглась от неприязни. С этим человеком ей придётся трудиться на благо двух стран! Она ещё даже не приступила к обязанностям, но уже чувствовала, как ей будет тяжело иметь с ним дело.

– Благодарю за оказанную честь, – сказал он.

Его мать не собиралась сейчас отказываться от титула и работы, но она уже вмешивала своего сына во все дела, оправдываясь тем, что её мальчик слишком амбициозен для простого просиживания за видеоиграми и подобной чепухой. Может быть, так оно и было.

Далее подошёл высокий мужчина. Голубые глаза, кудрявые волосы и тёмная щетина. Питер был копией отца.

– Посол Соединённых Штатов Америки. Граф Монард Говард Томпсон и леди Лилибет Томпсон.

С ним шла девочка лет пяти в розовом платье. Разведённые послы двух стран взяли опеку над наследниками, не имея скандального суда, но шуму от развода было много. Сам же он признавался графом лишь на территории королевских стран, в Америке он – просто посол. Летом они меняются детьми, чтобы те не чувствовали себя обделёнными любовью родителей, а в остальное время года они привозят друг другу детей на выходные. Грязные скандалы были не в духе английской аристократки в четырнадцатом поколении, как и не в духе американского политика.

– Маленькая леди выросла за лето, – обратился монарх к девочке.

– Папа сказал, что это солнышко, – сказала девочка нежным голоском, чем вызвала искренний смех отца и матери, которая стояла рядом.

– И он прав, – поддержала королева.

– Мне приятно знать, что наше будущее будет расти вместе, – сказал граф, обратив свой взгляд на сына.

– Как и мне, – сказал король, и они удалились.

– Посол Японии и его жена. Граф Нерин Мизуки Сакураи и Минеко Сакураи, а также лорд Ясо и лорд Рэн.

Теперь к ним подошла пожилая пара. Они были старше даже короля. На посту старик уже лет пятьдесят и не собирался отдавать пост сейчас. Оба ходили с тростью и поклонились тоже вместе, под руку.

– Надеюсь, поездка на родину пошла вам на пользу? – спросила королева.

– О, да. Встреча с родными лечит лучше, чем сотня лекарств. Наш Император просил вам передать наилучшие пожелания и хотел бы видеть вас у себя в гостях, – церемонно сказал посол.

– Я обязательно сделаю так, чтобы наша встреча состоялась как можно раньше, – сказал король.

– Прекрасно. Думаю, теперь он хотел бы видеть и юных принцесс.

– С большим удовольствием, – сказала Рав, и старики с сыновьями медленными шагами направились к своему месту.

– Посол Нидерландов графиня Саппоро Кларк Ван де Бёрг.

Женщина средних лет в сиреневом пышном платье сделала реверанс и также поздравила девушек с возвращением, а затем удалилась.

– Посол Княжества Монако и её муж. Графиня Иберис Наоми Ротол и граф Иберис Этан Ротол, а также лорд Мартин.

Упитанный мужчина с худенькой женщиной и маленьким мальчиком семи лет отдали дань уважения и поздравили девушек. После них последовали ещё некоторые члены Палаты, и на этом церемония закончилась.

Дворецкий, вновь опустив жезл, объявил о начале трапезы. Между бальным залом и обеденным размещался узкий холл, через который прошли сначала король с королевой, Равенна, Сьюзен и принц. Их встретил большой зал с тремя столами на значительном расстоянии друг от друга, чтобы лакеям было легко передвигаться. Главный, четвёртый стол, за которым разместились главы королевской династии, находился выше остальных. Сам зал был похож на бальный, но в мелочах отличия всё же были. Красный ковёр с узорами, потолок был белоснежным, а стены украшены картинами, в углу разместился маленький оркестр, играя тихую и слегка утомительную композицию. Стол украшали бутоны красных роз, белых лилий и свечи, блистали позолоченные столовые приборы, гравированные тарелки и бокалы.

Как только все заняли свои места, множество лакеев с подносами встали рядом с гостями, чтобы предложить им салаты и горячие стейки из утки или мясо лобстеров, соусы разных видов и гарниры. Из напитков также предлагали соки, воду и более крепкие напитки. Первым, по правилам, к трапезе приступил король, а уже после – все остальные. Нередко король на его праздниках позволял начать трапезу своей жене или сыну, но сегодня он поступил в точности так, как требует протокол. Королева позвала к себе дворецкого, что-то нашептала ему, и тот, кивнув, отошёл и приостановил действие новым стуком. Бабушка встала, и все обратили своё внимание на неё.

– Мне радостно видеть вас всех. Я так долго ждала этого момента, что даже сейчас мне кажется, что это один из моих снов, но ущипнуть себя я не позволю! – сказала королева, и все начали смеяться.

После этого она обернулась к девушкам, что сидели рядом с ней и продолжила:

– Сегодня день страны, но только не для меня. Для меня это день возвращения моих внучек, которыми я очень горжусь. И я хочу надеяться, что это продлится настолько долго, насколько это возможно. Видеть вас, ваши достижения, ваши семьи – моя самая большая мечта. А ещё увидеть, как ты станешь одной из самых великих королев наших земель, Равенна.

Девушка взяла руку бабушки и благодарно сжала её, подарив тёплую улыбку.

– Не в обиду тебе, Руперт, – обратилась королева к мужу, и весь зал залился смехом.

– Ну что ты, дорогая. Я уже привык, – ответил он, и смех возобновился.

А как только утих, она продолжила:

– Но этого не случится без твоей поддержки, моя Сьюзен. Вы были друг с другом с самого начала, вы – самая главная поддержка друг друга. Никогда не забывайте об этом. За возвращение!

Королева подняла бокал, и все встали.

– За возвращение!

Пока все пили и разговаривали, девушки поглядывали на тётю и дядю, что сидели неподалёку, и им было непривычно видеть их, сидящими так далеко от них. Но они улыбались и разговаривали с родителями подруг. Алекс и Бонни что-то бурно обсуждали, бросая взгляд на английского лорда.

Сью не могла просто сидеть, также как и Рав. Им хотелось подойти к подругам и узнать тему разговоров, спросить тётю, хорошо ли они выглядят и всё ли прошло как надо? Равенна позвала дворецкого, чтобы узнать, когда начнётся бал, на что тот ответил, что ещё нескоро.

– Они все так смотрят, как будто мы – новый вид лошади, – прошептала сестре Рав.

– Отчасти так оно и есть. Только настоящей лошади всё равно. Она просто ест, а мне вот кусок в горло не лезет, – высказалась Сью, сделав маленький глоток вина.

– Одно хорошо: что здесь нет камер, – проговорила Равенна и заметила, как граф Монард наговорил своему сыну каких-то явно неприятных вещей, так как тот сжимал нож в руках настолько, что побелели костяшки на его пальцах, а голубые глаза его метались от тарелки к девушке. Она видела его ненависть к ней. Как странно: она только появилась, и уже нажила неприятеля.

– Рав, ты в норме? – спросила Сью, увидев, как сестра нервно теребит перстень,

– Пока не уверена, – отчеканила та.

Вскоре принесли десерт. Это были круглые пирожные из шоколадного бисквита со сливочным и мятным кремом, окружённым рисунками листьев с россыпью золота. Он непременно станет фаворитом у Сью. Нежнейшие кремы хорошо сочетались друг с другом, а бисквит с лёгкой горчинкой кофе придавал вкусу оригинальность.

К большому счастью девушек, начался бал. Оркестр в зале уже заиграл главную золотую мелодию для первого танца короля и будущей королевы. Музыка была нежной и лёгкой, но при этом волнующей. Старик, хоть и прихрамывал, вёл партнершу в танце весьма плавно и явно был доволен.

– Ты молодец, – сказал он, и девушка вопросительно посмотрела на него.

Она не ожидала прямой похвалы в её строну.

– Ты молодец, Равенна. Для каждого дедушки радость видеть, как его потомки становятся полноценными членами общества.

– Вы гордитесь нами? – задала она вопрос, пребывая в недоумении.

– Да. Горжусь и не для показухи. Страх – нормальное чувство, и ты боишься. Только у тебя, как сказала Диана, есть Сьюзен, а так же Ньют, который, я уверен, дал тебе обещание сделать всё, чтобы трон стал твоим. Но не забывай и обо мне.