Адриана Мэзер – Преследуя Ноябрь (страница 2)

– Доктор Коннер явно что-то знал, – продолжает Аш, – но вот Львы в целом… Думаю, они охотятся за твоей семьей по конкретной причине, и, если мы хотим разыскать твоего отца, нам придется выяснить, что это за причина.

При упоминании Львов у меня перед глазами опять встают окровавленные тела из моего сна. Тут же отворачиваюсь – и меня снова с головой захлестывает чувство вины за то, что я втянула во все это Аша. Тру глаза кулаками.

– Хочешь сказать, Львы преследуют меня и моего отца по причине, не связанной с историей любви моих родителей?

– Да, – отвечает он. – Просто подумай. Твоя мать была из Медведей, а отец – из Львов. Двадцать пять лет назад они полюбили друг друга и решили бросить все, покинуть свои Семьи, отказаться от лидерских притязаний и податься в бега. – Он замолкает, с нежностью смотрит на меня. – Но подосланные Львами ассасины убили твою маму, когда тебе было…

– Шесть, – подсказываю я и удобнее усаживаюсь на диване.

– То есть одиннадцать лет назад, – продолжает Аш. – Но скажи, ты вообще подозревала об угрозе со стороны Львов? Еще до того, как убили твою тетю, а отец отправил тебя сюда?

Морщу лоб, перебирая в уме воспоминания детства, пытаясь понять, казался ли папа когда-нибудь встревоженным, напуганным, ища в памяти указания на то, что за нами охотились Львы. И мотаю головой:

– Если честно, нет. Если бы угроза была, мы бы переехали. Ну, то есть после маминой смерти нам, конечно, пришлось нелегко, но в целом мы были счастливы и вели простую, спокойную жизнь. – Я говорю все тише. И замечаю, что сказала «были счастливы» – в прошедшем времени.

Аш кивает с таким видом, будто я подтвердила его догадку.

– Вот видишь, события разнесены во времени. Первоначальное исчезновение твоих родителей, убийство твоей матери, недавнее убийство тети, – поясняет он.

Долго гляжу на него, пытаясь собраться с мыслями.

– Хочешь сказать, Львы не охотились на нас все это время?

– Я не говорю, что этого точно не было, и все-таки вряд ли ресурсы на это выделяли постоянно, на протяжении всех двадцати пяти лет. Скорее Львы наносили очередной удар после какого-то другого события, чего-то, позволявшего получить информацию о перемещениях твоей семьи. Исправь меня, если я ошибаюсь, но, если судить по нашим с тобой разговорам, ты всю жизнь прожила в маленьком городке, где-то в глуши, и совсем не скрывалась, а полноценно участвовала в местной жизни. – Он ждет, что я возражу, но я молчу, и он продолжает: – Вот почему мне не кажется, что вам все время грозила опасность. Наоборот, вы были в безопасности.

Прикусив большой палец, принимаюсь искать в его теории слабые места, но ничего подобного не обнаруживаю.

– Ладно, допустим, ты прав, – отвечаю я. – Но как тогда они отыскали тетю Джо? Что изменилось?

– Вот именно, об этом-то я и говорю, – кивает Аш. – Что-то изменилось. И я считаю, что эти перемены связаны с тем, чем сейчас занят твой отец.

Шумно выдыхаю. Меня снова охватывает страх за отца. «Хорошо хоть, – думаю я, – что доктора Коннера больше нет и я смогу наконец уехать из Академии». Но стоит произнести это про себя, как мне становится тошно. Доктора Коннера нет, потому что он мертв, и его смерть совершенно точно связана со мной.

Аш глядит на меня чуть ли не виновато:

– Я знаю, что ты слишком многое пережила за последнее время, но ты ведь понимаешь, как важно, чтобы завтра все прошло гладко? Мы еще не на свободе.

У меня внутри все обрывается от этого «мы». Аш предложил поехать со мной и помочь отыскать отца. Вполне вероятно, что он заплатит за свою доброту собственной жизнью.

– Никто не должен догадаться, что мы уезжаем, – продолжает он спокойным тоном. – Веди себя как обычно. Пойди с Лейлой на занятия, пообедай в зале, позанимайся в библиотеке, как будто бы все нормально.

Я встречаюсь с ним взглядом. Не думаю, что эту школу вообще можно считать нормальной. Боюсь, у меня это на лице написано.

– Говоришь, я слишком многое пережила? Ну, тут ты здорово преуменьшил, – объявляю я, даже не думая скрывать, насколько мне не по себе. – Мне самой не верится, что буквально месяц назад я понятия не имела, что эта безумная школа вообще существует и что на свете есть всякие Стратеги. – Обвожу рукой гостиную. – Хотя я уже с десяток раз только чудом не погибла и меня лишь по счастливой случайности не обвинили в убийстве, мои мучения только начинаются, потому что за отцом прямо сейчас охотится тайное общество ассасинов – представителей Семей, настолько могущественных, что они на протяжении тысячелетий определяют ход истории во всем мире.

Гляжу на Аша в надежде, что он прочтет в моих глазах просьбу «Помоги мне во всем разобраться», предчувствуя, что меня всю жизнь будут мучить немыслимые, жуткие кошмары.

– Я не могу обещать, что станет проще, – говорит Аш; я со стоном откидываюсь на спинку дивана. – На самом деле все только усложнится.

– Спасибо за утешение.

Лицо Аша освещает легкая улыбка:

– Утешать тебя я буду, когда мы умудримся остаться в живых.

Сама того не желая, усмехаюсь:

– Да уж, ничего лучше ты не… Ты когда-нибудь слышал про ложь во благо? Ну, к примеру, когда человек не очень-то здорово одет, а ты все равно говоришь ему, что он хорошо выглядит.

– Ты хорошо выглядишь, – заявляет он, и в глазах у него скачут игривые искорки.

Оглядываю свой измятый наряд: белую рубашку на пуговицах, узкие черные штаны и ботинки со шнуровкой.

– Да, не поспоришь, – отвечаю я. – Идеальный костюм пирата.

Аш расплывается в улыбке, но выражение лица у него не просто довольное. Он глядит на меня с таким видом, словно я самое необычное, самое интересное существо из всех, с кем ему доводилось сталкиваться.

– И кстати, когда это ты стал переживать из-за грозящей нам опасности? Разве не ты всегда и все воспринимаешь не всерьез? Ты подзабыл свою роль, – говорю я, чуть краснея под его восхищенным взглядом.

– Я стал переживать из-за опасности, когда начал испытывать чувства к той, кому она грозит, – произносит он.

Его ответ застает меня врасплох. Какое-то время мы просто молча сидим рядом. Воздух, прогретый пламенем, горящим в камине, кажется густым и горячим. Я пытаюсь подобрать слова, но искренность Аша всякий раз ставит меня в тупик.

– Брендан, – произносит Аш, отвлекая меня от этих мыслей.

– М-м? – Не сразу понимаю, к чему это он.

– Приглядывай завтра за Бренданом, – говорит Аш тихо и убедительно. – Никс временно выбыла из строя, Шарль и доктор Коннер мертвы. Не знаю, что еще для тебя готовят Львы, и все же Брендан – их последнее оружие в стенах Академии. Не стоит его провоцировать. Он не должен узнать, что мы завтра уезжаем.

Вздыхаю. Голова идет кругом, когда я вспоминаю все события последней недели. Шарль погиб, потому что пытался меня убить. Никс заперли в карцере, потому что она хотела проткнуть меня рапирой. А теперь Аш говорит, что Брендан может продолжить начатое ими дело.

– Разве у вас нет какого-нибудь универсального правила вроде того, что нельзя нападать на того, кто тебя уже перехитрил?

Аш откидывается на спинку дивана.

– Только не у Стратегов. По их представлениям, это делает тебя еще более ценной добычей.

Его ответ напоминает мне переиначенный вариант пословицы «За одного битого двух небитых дают». Беру с дивана серую бархатную подушку и прижимаю к груди. Когда я смотрю на Аша, в голове снова и снова всплывают образы из моего ночного кошмара. Хмурю брови. Аш пережил отравление. Коннер его только чудом не погубил. Что будет дальше? Разве я смогу жить в мире и покое, зная, что Аш пострадал или даже погиб из-за меня? Вначале его предложение – бросить все и отправиться со мной на поиски моего отца – показалось мне смелым и романтичным, но теперь от мыслей об этом у меня внутри все свивается в тугой узел.

Смотрю на пляшущие в камине язычки пламени.

– В том-то и дело. Добыча здесь я. Ты не должен быть добычей.

– Что ты имеешь в виду? – неуверенно спрашивает Аш.

Еще какое-то время он ждет ответа – но меня с головой поглотила тревога. Тогда он окидывает меня взглядом.

– Новембер, ты отодвинулась от меня, а это означает, что ты отгораживаешься. Еще ты трешь пальцем ладонь – значит, пытаешься себя успокоить, – продолжает он. – Я могу и дальше расшифровывать язык твоего тела, но будет легче, если ты со мной просто поговоришь.

Перевожу взгляд с пламени в камине на дверь в спальню Лейлы, выходящую в нашу общую гостиную. Лейла нарочно ушла к себе пораньше и предоставила мне возможность поговорить со своим братом-близнецом.

– Пойми, я бесконечно благодарна тебе за то, что ты хочешь поехать со мной на поиски отца. Но подумай, чего это может тебе стоить, Аш. Во-первых, придется оставить Лейлу одну. Если с твоей сестрой что-то случится в твое отсутствие, ты никогда не простишь себя – и меня. И точно так же отреагирует Лейла, если что-то случится с тобой.

– Значит, нам обоим нужно вернуться назад, причем желательно вместе, – отвечает Аш и пытливо глядит на меня.

– Во-вторых, – продолжаю я, пропустив мимо ушей его беззаботный ответ, – что скажет твоя Семья? – Зная, какой властью обладают Брендан и Львы, я боюсь даже подумать о том, что ждет семью Аша, если Львы на них ополчатся. – Разве ты не поставишь и себя, и всю свою Семью в уязвимое положение?