Адити Неруркар – На стрессе. 5 шагов к жизни без выгорания и нервных перегрузок (страница 13)

Когда вы размышляете о стрессе и думаете: «Что со мной не так?» – то вы можете получить только негативные и саморазрушающие ответы на этот вопрос. Скорее всего, вы относитесь к себе гораздо более критично, чем кто-либо другой отнесся бы к вам или вы – к кому-либо другому.

Чтобы избавиться от этой привычки негативного разговора с самим собой, задайте себе вопрос, который поможет заглушить негативное самобичевание и перейти в зону роста. Вместо того чтобы спрашивать: «Да что со мной не так?» – спросите себя: «Что для меня важнее всего?» Это то, о чем доктор Эдвард Филлипс, основатель Института медицины образа жизни и медицинский директор целостного здоровья Бостонской системы здравоохранения штата Вирджиния, призывает своих пациентов спросить самих себя.

Он подчеркивает, что мы можем вносить только те изменения, которые соответствуют тому, что для нас наиболее важно.

Когда Уэс пришел ко мне на прием, он был зациклен на негативных мыслях и был не в состоянии что-то изменить. Он работал на двух работах и был отцом-одиночкой, воспитывающим троих детей с помощью своих родителей. У него было много обязанностей, и ему казалось, что он не продвигается ни в одной сфере жизни, едва поспевая справляться со всем. Он чувствовал, что стресс настигает его и вскоре скажется на здоровье в долгосрочной перспективе.

Врачи Уэса были обеспокоены его увеличением веса, поскольку в анамнезе у него были высокий уровень холестерина и высокое кровяное давление. Пока мы беседовали в моем кабинете, Уэс пришел к выводу: чтобы заботиться о детях, он должен сосредоточиться на своем здоровье.

«Сейчас для меня важнее всего похудеть, – сказал мне Уэс. – Я хочу оставаться здоровым, но двигаюсь в обратном направлении и набираю лишние килограммы».

«Я ем фастфуд дважды в день, – признался он, – хотя и пообещал себе, что перестану. Ругаю себя за отсутствие самоконтроля, а потом словно кидаюсь в омут с головой, объедаясь чипсами и конфетами из торговых автоматов на работе».

«Понимаю, – сказала я Уэсу. – Вы чувствуете себя словно в замкнутом круге».

«Верно, – согласился Уэс. – И, кажется, я не могу из него выбраться».

Днем он работал в офисе, а по вечерам подрабатывал охранником. Его мать и отец забирали детей из школы, помогали им с домашними заданиями, кормили ужином, а затем укладывали спать. Каждый вечер Уэс разговаривал с детьми по телефону, находясь на парковке сети бургерных, которая была ближайшим фастфуд-рестораном между двумя его работами и где он останавливался, чтобы быстро поужинать.

Уэс делал все от него зависящее.

«Я знаю, что бургер и картофель фри – не самые здоровые блюда, которые можно есть на ужин каждый вечер, – сказал он мне, – но это просто и дешево и не мешает мне разговаривать с моими детьми».

До нашей беседы в тот день врачи Уэса рекомендовали ему сбросить вес, но у них не было времени полностью вникнуть в то, как устроена его жизнь. Уэс не страдал от недостатка информации. Он понимал, почему снижение веса должно стать его приоритетом в области здоровья. На самом деле эта информация лавиной накрывала его во время визитов к врачам и в ходе собственных поисков в интернете. Но многие стратегии похудения, про которые он читал онлайн, казались ему чуждыми и к его образу жизни не применимыми. Он не мог часами заниматься в тренажерном зале, каждый день есть салаты или готовить домашние ужины вместо того, чтобы питаться вне дома.

Из-за того, что Уэс испытывал стресс и ощущал на себе огромное бремя работы и семейных обязанностей, его миндалевидное тело было перегружено. Он жил в режиме выживания. У него не было ни малейшей передышки, чтобы спокойно обдумать, как использовать знания, которые он собрал о похудении, в повседневной жизни, полной стрессов.

Уэс был похож на многих моих пациентов. Он точно знал, что ему нужно делать, но ему было трудно претворить это в жизнь из-за множества серьезных препятствий.

Я обнаружила, что для большинства пациентов часто существует пропасть между тем, чтобы что-то знать, и тем, чтобы что-то делать. Моя работа состоит в том, чтобы понять, как устранить эту пропасть. Значительная часть моей работы с пациентами основана на основополагающих принципах мотивационного интервьюирования – методики, используемой в медицинских учреждениях, чтобы помочь пациентам преодолеть барьеры на пути к переменам и закрыть существующие пробелы. Это способ начать работу с пациентами в той точке, в которой они сейчас находятся, и помочь им понять, что для них наиболее важно. Тремя главными элементами мотивационного интервьюирования являются эмпатия, заинтересованность и отсутствие осуждения во время разговора, пока вы совместно с пациентом пытаетесь понять, как сократить разрыв между знанием и действием.

Нельзя провести мотивационное интервью самостоятельно, потому что для того, чтобы оно сработало, нужен опытный специалист. Но вы можете найти опору в собственной эмпатии, любопытстве и отсутствии осуждения, которые помогут вам понять, как сократить этот разрыв для себя.

Уэс с самого начала был готов действовать, но он нуждался в помощи, чтобы разработать реалистичный план, который позволил бы ему достичь его цели. Моя работа с Уэсом заключалась в том, чтобы разобраться, как ему сократить разрыв между знанием того, что он должен делать, и тем, чтобы начать действовать в этом направлении.

В рамках «Правила двух» для Уэса мы сосредоточились на его привычках в еде и контроле веса, потому что именно эти потребности вызывали у него наибольший стресс. И они решали ту задачу, которую он хотел решить больше всего, – похудеть.

Первое изменение состояло в том, чтобы побудить Уэса готовить быстрый и полезный ужин дома, чтобы потом брать его с собой на работу. Каким бы простым ни казалось это решение, по утрам Уэс так спешил собрать детей в школу, что не задумывался о собственных потребностях, пока не выходил из дома. Поскольку мозг Уэса каждое утро испытывал стресс, им руководило миндалевидное тело, которое сосредоточивалось на его насущной потребности вовремя вывести детей из дома и выйти самому, а не на задаче планирования и приготовления ужина, до которого было еще целых двенадцать часов. За планирование будущего отвечает префронтальная кора головного мозга, которая в состоянии стресса функционирует не лучшим образом. Это одна из причин, по которой в утренней спешке и в стрессе вы склонны забывать такие простые вещи, как ключи, бумажник или телефон.

Мы с Уэсом разработали план, согласно которому он должен готовить и собирать ужин следующего дня накануне вечером, когда испытывает меньше стресса. Утром он мог просто схватить его и выйти из дома вместе с детьми.

Что касается второго изменения, то мы согласились, что вместо того, чтобы сидеть в припаркованной машине во время звонка, лучшим вариантом для достижения его цели по снижению веса будет объединить разговор с движением. Он мог бы созваниваться с детьми по видеосвязи из парка с прудом, расположенного недалеко от его офисного комплекса. Уэс любил рыбалку, ему нравилось бывать на воде, поэтому, хотя он и не мог ловить рыбу каждый день, чтобы расслабиться, 20-минутная прогулка у пруда была бы прекрасным вариантом замены этого. Он мог бы говорить с детьми о том, как прошел их день, наслаждаясь преимуществами городского водного пейзажа. По выходным он брал детей на рыбалку, поэтому ежедневный видеозвонок рядом с прудом мог стать как бы продолжением этого совместного времяпрепровождения. Затем он ехал на вторую работу и во время первого перерыва съедал бы заранее упакованный ужин.

Казалось бы, это простые изменения, но стресс Уэса был настолько велик, что он жил в режиме самосохранения и не мог обдумать и распланировать следующий день. Им руководило миндалевидное тело, а не префронтальная кора. Эти два ежедневных изменения, а также «Правило двух» помогли Уэсу стабилизировать вес.

Это было большое достижение для него. Оно привело к изменениям в теле и мозге и вызвало волновой эффект в жизни. Стресс снизился, а энергия и мотивация повысились. Его миндалевидное тело медленно выходило из режима самосохранения, а влияние префронтальной коры усиливалось. Уэс начал заранее просматривать рабочий график на месяц, чтобы в определенные дни планировать более длительные тридцатиминутные прогулки. С каждым последующим шагом Уэс приближался к своей цели – похудению.

Что изменилось в мышлении Уэса, что сделало эти перемены возможными? Он выяснил, что имеет для него наибольшее значение в краткосрочной перспективе, и создал то, что я называю его ГЛАВНОЙ целью.

Осознание того, что для вас важнее всего, – необходимый шаг на пути к переменам. Это то, с чего я начинала приемы почти всех пациентов. Вопрос, который я задаю им, когда они начинают путь к снижению стресса и повышению жизнестойкости, звучит так: «Какова ваша конечная цель? Как для вас выглядит “успех”?»

Иногда они отвечают сразу и рефлекторно, а иногда требуется копнуть немного глубже. За годы работы я слышала тысячи ответов на эти вопросы.

• «Я хочу испытывать меньше боли, чтобы этим летом я мог путешествовать по Европе».

• «Я хочу, чтобы мое эмоциональное выгорание прошло, чтобы у меня были силы устроить ужин в честь Дня благодарения в этом году».