Адиом Тимур – Крой по душе (страница 12)

– Вы хотите, чтобы вас приняли.

– Да. Глупо, да?

– Нет. Совсем не глупо.

Она шила до трёх ночи.

Изумрудный шёлк лежал на столе – тот же, что выбрала Алёна. Но теперь Соня смотрела на него иначе. Не холодный. Глубокий. Цвет, в котором можно спрятаться – и одновременно быть увиденной.

Крой изменился. Не приталенный до удушья – мягкий, летящий. Лиф с запахом, драпировка на талии. Юбка – не миди, а чуть ниже колена, с разрезом сбоку. Небольшим, целомудренным. Рукав три четверти, открывающий запястья.

Соня кроила и думала об Алёне.

О том, как она входит в ресторан. Сорок человек – родственники мужа, друзья семьи, люди, которые смотрят и ждут ошибки. И она идёт через этот зал в платье цвета тёмного изумруда, и ткань струится вокруг неё как вода, и она – не прячется. Не нападает. Просто – есть.

Достойная. Вот какое слово.

Не «чтобы подавились». Не «чтобы завидовали». Достойная.

Соня шила и вкладывала это слово в каждый стежок. В драпировку, которая смягчает силуэт. В разрез, который позволяет двигаться свободно. В вырез, который открывает ключицы – красиво, не вызывающе.

За окнами темнело, потом светлело. Кофемашина работала трижды. Обогреватель гудел, замолкал, гудел снова.

В три ночи платье было готово.

Соня повесила его на манекен. Отошла. Посмотрела.

Изумрудный шёлк поймал свет от лампы и засиял – глубоко, тихо. Драпировка легла мягкими складками. Рукава струились.

Красивое платье. Но не кричащее. Не «смотрите на меня». Скорее – «я здесь, и мне не нужно ничего доказывать».

Соня выключила свет.

В темноте – ничего. Никакого свечения.

Она не знала, хороший это знак или плохой. Свитшот светился – один раз, в ту первую ночь. Блузка Тамары не светилась. Юбка Марины – тоже. Но они работали.

Может, свечение – не главное. Может, главное – другое.

Она включила свет и легла на диван. Не снимая свитшота. Привычка.

Четверг. Шесть дней до налоговой.

Утром пришла Катя – забрать пиджак. Соня закончила его вчера, между стежками на платье Алёны. Пуговицы костяные, цвета слоновой кости. Подкладка – вискоза, оттенок дымчатой розы.

Катя надела пиджак и замерла перед зеркалом.

– Ого.

– Нравится?

– Это… – Катя повернулась боком. – Это я?

Соня улыбнулась. Катя в зеркале выглядела старше, увереннее. Не «девочка с картинкой из Pinterest». Женщина, которая знает, чего хочет.

– Вы сделали не то, что я просила, – сказала Катя.

– Нет?

– Нет. Вы сделали лучше.

Она расплатилась – остаток, восемь тысяч. Ушла в новом пиджаке, старый – в пакете под мышкой.

Соня пересчитала деньги. Двадцать тысяч на счёте. Осталось найти три с половиной.

И Алёна заплатит вторую половину в субботу.

Может, получится.

В два часа Соня вышла за кофе.

Зёрна закончились вчера, она забыла купить. Ближайший магазин – на проспекте Мира, пять минут пешком. Октябрьский воздух был холодным, но свежим, и Соня шла медленно, разглядывая витрины.

Аптека с зелёным крестом. Парикмахерская – в окне женщина с ножницами, быстрые точные движения. Табачка с латинскими буквами.

И – угловое помещение с тремя окнами.

Соня остановилась.

Раньше здесь была сантехника. Унитазы в витрине, раковины, смесители. Теперь окна были заклеены бумагой, но дверь – открыта. На ступеньках стояли картонные коробки.

Внутри кто-то двигался.

Соня не знала, зачем подошла. Любопытство. Или что-то другое – то самое чувство, которое иногда подталкивало её к людям и вещам без видимой причины.

Она заглянула в дверь.

Внутри – пустое помещение, залитое светом из высоких окон. Стены – голые, штукатурка местами облупилась. На полу – коробки, инструменты, банки с краской. Посреди всего этого стояла женщина.

Высокая. Тёмные волосы, собранные в небрежный узел. Джинсы в пятнах краски, свитер oversize цвета овсянки. В руках – рулетка.

Она измеряла стену и что-то бормотала себе под нос.

– Здравствуйте, – сказала Соня.

Женщина обернулась. Лицо – открытое, с широкими скулами и тёмными глазами. На вид – около тридцати.

– О. Привет. Вы ко мне?

– Нет. Просто… увидела открытую дверь. Вы здесь открываетесь?

Женщина улыбнулась – широко, искренне.

– Пытаюсь. Магазин. «Тысяча мелочей» – это название, не описание, хотя… – она обвела взглядом коробки. – Может, и описание тоже. Я Лида.

– Соня. У меня студия в переулке. Шью одежду.

– О! – Лида просияла. – Соседка! Подождите, я про вас слышала. Катя говорила – она заказывала пиджак?

– Да, сегодня забрала.

– Она в восторге. Написала мне утром – «нашла волшебницу». Я думала, преувеличивает.

Соня не знала, что ответить. «Волшебница» – слишком близко к правде, которую она сама ещё не понимала.

– Преувеличивает, – сказала она. – Просто шью.

Лида смотрела на неё внимательно. Не оценивающе – с интересом.

– «Просто шью», – повторила она. – Ага. А я «просто открываю магазин». Без опыта, без бизнес-плана, без понимания, во что ввязалась.

– Знакомо.

– Да?

– У меня третья попытка. Первая закрылась через восемь месяцев. Вторая – через год.

Лида присвистнула.