Адель Огнева – Его Каприз или замуж за Дьявола (страница 42)

— Тише ты! — шикнула она. — Нет, и не узнает. Я не могу оставить ребенка.

Глава 32

— Но… почему? — в моей голове никак не укладывались слова Маши.

Она взрослая девочка, и прекрасно знает, что от подобной связи появляются дети. И если уже наделала дел, так умей отвечать за свои ошибки.

— Ты не понимаешь. — голос Маши дрожал, как и вся она, из-за чего тест на беременность едва не выпал из её рук. — Это слишком рано. Да и вдруг Глебу не нужен этот ребенок?

— Ты просто боишься.

В какой-то момент мне захотелось рассказать ей о том, что у меня с Пашей вообще никогда не будет детей. Но, это его тайна, которую я не могу выдать даже лучшей подруге.

Признаться, я не один раз думала об этом, хоть старалась и не вникать, но, мне бы очень хотелось детей. В будущей, конечно, но, хотелось бы. Как и каждая вторая девочка, я так же мечтала о большой любви, и семье.

Когда-то, еще совсем недавно, я была уверена, что Богдан и есть моя семья. Но сейчас, я отчетливо понимаю, насколько сильно ошибалась. Еще я поняла, что никогда его не любила, потому что то, что я испытываю к Паше, не сравнится ни с чем.

Сейчас я была настолько уставшая, что в прямом смысле валилась с ног. Поэтому, решила поговорить с Машей на эту тему завтра.

Да и ребята уже вернулись с кухни. На Паше не было лица, видимо говорили они о чем-то серьезном. Хотя, это я и так знала.

Глеб рассказал, что утром он с Пашей должен встретиться со своим старым знакомым из полиции, он им и поможет, а сейчас, все единогласно решили отдохнуть от навалившихся проблем, да и вечерело уже за окном.

Иногда приключения сваливаются на твою голову в тот момент, когда ты их вовсе не ждешь. Так случилось и со мной. Ровно следующим утром.

Сквозь сон я услышала какие-то крики и ругательства, доносящиеся где-то недалеко от той комнаты, где мы с Пашей ночевали. Но, не придав этому значения, я лишь сильнее укуталась в одеяло и прижалась к горячему телу Паши.

Его близость успокаивала, но уже в следующий момент я подорвалась, поняв, что слышны голоса незнакомых людей. Они что-то кричали и ругались, кажется с Глебом.

В спальню, едва не срывая дверь с петель, ворвались незнакомые мужчины в формах, а следом, напуганная Нинель.

— Какого черта?! — Паша подорвался с кровати, а я только плотнее натянула одеяло, почти до подбородка.

Мельком рассмотрев людей, я поняла, что это не простые полицейские, а какой-то наряд, и вряд ли они прибыли в одиночку. И оказалась права, примерно через минуту в комнате появился Глеб и еще один незнакомый мне мужчина. На нем не было формы полицейского, вместо неё он был в простой, гражданской одежде.

Он бросил на Глеба раздраженный взгляд, и прошипел:

— Не мешай мне выполнять свою работу!

— Какую к чертям работу?! Ты обещал помочь засадить подонка Павленкова за решетку, а не этот цирк разыгрывать!

Из их короткого разговора я поняла, что это тот самый «друг из полиции» о котором так много рассказывал Глеб. Но, я отчаянно не понимала, что происходит.

Паша, терпение которого было на грани, уже громче повторил:

— Еще раз спрашиваю, какого черта здесь происходит?!

Вместо ответа, мужчина в гражданском отдал приказ людям в форме, и те, в два счета покрутили Павла, заломив ему руки за спину. И только после этого, он проговорил:

— Командир Титов, следственный комитет. — с самым невозмутимым лицом представился он. — Гражданин Павел Огарёв, вы подозреваетесь в убийстве троих мужчин и одной девушки. В вашем доме будет проведен обыск, а сейчас, я имею полное право задержать вас.

В комнате повисло молчание, и я смутно начинала понимать суть происходящего.

Искать поддержки во взгляде Глеба или Нины я не стала. Они ошарашены не меньше моего.

Мужчина тем временем достал из папки лист бумаги:

— Вот постановление на обыск.

Паша попытался вырваться из захвата, но безуспешно.

— Ищите что хотите, все равно ничего не найдете.

Первым в голову пришло то, что Пашу подставили. И не трудно догадаться, кто именно.

Глеб собирался что-то сказать, как вдруг телефон командира завибрировал.

— Да! — ответил Титов, — Что нашли? Кровь в машине? Есть свидетельница? Скоро буду выезжать! — он сбросил вызов, и повернулся к Глебу. — Что ж ты друг, меня так подставляешь? Хотел повесить чужие преступления на Павленкова?

— Дмитрий, ты же знаешь, что это подстава!

— Все улики указывают на то, что господин Огарёв причастен к убийствам. Я верю не словам, а уликам.

Он повернулся к Паше, и прошипел, прищурив глаза:

— Вам лучше нанять себе хорошего адвоката. А сейчас я задам вам несколько вопросом, и советую не глупить! — Титов достал из папки снимок, от которого у меня мурашки по коже прошлись.

Прикрывшись одеялом, я буквально слетела с кровати, всматриваясь в снимок.

— Вам знакома эта девушка? — спросил Титов, и я не сразу поняла, к кому именно он обращается.

Ко мне или к Паше?

Затаив дыхание, я прикрыла глаза, ведь на снимке была Катя. Та самая горничная, которая в первый день моего пребывания в доме Огарёва приносила мне чай. Она еще тогда хотела что-то мне рассказать про Пашу, но не успела. А потом, таинственным образом исчезла. Мне сказали, что она уволилась, пусть я и не сильно в это верила.

На фото она была не просто мертва, а убита с особой жестокостью.

— Это моя бывшая горничная. Уволилась чуть более месяца назад. С тех пор я её не видел. — проговорил Паша, еще раз дернувшись, чтобы освободиться, но это также не помогло, как и в прошлый раз.

— Вот как интересно получается. Тело нашли вчера, но как удалось установить, пролежало оно в лесу, как минимум неделю. Именно в день её убийства вас видели с жертвой. Есть свидетель, который видел, как она садилась к вам в машину. Как вы это объясните?

— Что за бред?! Где доказательства?! — Паша начинал выходить из себя.

— Они будут, уж вы не волнуйтесь.

Титов дал сигнал мужчинам в форме, и те в два счета надели на Пашу наручники, защёлкнув их.

— Для задержания у вас должны быть весомые улики! — выкрикнул Паша, еще раз дернувшись.

Титов усмехнулся, доставая еще один лист бумаги из папки.

— Как вы объясните кровь в машине?

— Это моя кровь!

Я вспомнила, что, когда мы уезжали из загородного дома, у Паши была ранена рука. Титов пропустил мимо ушей его ответ, но не спешил показывать второй листок:

— Где вы были вчера?

— В своем загородном доме. — холодно ответил Паша, и Титов наконец показал листок, который до этого держал в руках.

— Вам знакомы эти мужчины?

Я всматривалась в лист, и не смогла сдержать испуганный возглас. На фотографии были изображены те самые мужчины, что напали на нас вчера. У всех троих была перерезана глотка. Они лежали на полу в гостиной, где мы их и оставили, но в другом месте, ближе к выходу.

Титов вновь заговорил, уже более рассерженным голосом:

— Рядом с ними лежал нож, на котором твои отпечатки. — прошипел командир, бросая на Пашу яростный взгляд. — В твоей машине кровь одного из тех мужчин!

И тут я поняла, что это конец. Виктор просто играл с нами. Те мужчины даже не должны были похищать Пашу. Всего лишь надо было, чтобы он оставил на них свои отпечатки, чтобы завязалась драка. Кровь одного из дилетантов попала в машину именно с одежды Паши. Когда они дрались, у одного из них пошла кровь из носа, вот она и попала в авто.

А нож, Паша же сказал, что его ранили ним, конечно на рукояти остались его отпечатки.

В комнату вошел еще один мужчина, также в гражданской одежде. Он взглянул на Титова, и произнес:

— Я нашел огнестрельное оружие в куртке подозреваемого. — он покрутил прозрачным пакетом, в котором лежал тот самый пистолет, который я вчера забрала из машины дилетантов.

— О как, интересно. — усмехнулся Титов. — Ко всему прочему еще и незарегистрированное оружие. Все вместе тянет на приличный срок.