Адель Огнева – Его Каприз или замуж за Дьявола (страница 41)
— За что?
— За то, что ты рисковал собой напрасно. Если бы я послушалась тебя, и мы сразу уехали в город, тебе бы не пришлось драться с людьми Виктора.
— Ну, вообще-то, тогда мы бы не узнали адрес, где держат Нину и Артема.
А об этом я как-то не подумала.
— Значит, вам будет помогать кто-то из полиции? — спросила я, когда Паша включил дворники.
Дождь усилился, из-за чего было плохо видно дорогу.
— У Глеба есть там друзья? — я иногда посматривала на Пашу, с ним что-то не так.
Он выглядит слишком бледным.
— Да, из оперов, они готовятся к задержанию Виктора, но сначала нужно тебя отвезти в Маше. Там и придумаем план.
А еще я заметила, что на его футболке появилось больше алых пятен. Задрав рукав, я вздохнула, заметив неглубокий, но все же порез, чуть ниже плеча.
— Ты же сказал, что это не твоя кровь. — иногда он меня нервировал.
— Это просто царапина.
Смотря на его состояние, я молилась, чтобы мы успели доехать до города, до того, как он отключится.
Глава 31
К счастью, доехали мы без приключений. Кровь остановилась, и как сказал мне Паша, его ранили складным ножом. Случайно зацепили, поэтому рана не глубокая.
— Ты как? — спросила я, когда Паша остановил машину у подъезда Глеба.
— Нормально.
Едва я вышла из машины, как меня обдало холодом. Температура заметно упала в Москве за те несколько дней, что нас не было, даже не смотря на разгар лета. На Паше лица не было, я видела, как он волновался за сестру и маленького племянника.
По ступеням он не поднимался, а перепрыгивал через одну, но все переживания канули к лету, когда Глеб открыл дверь квартиры, и на нас вихрем налетела Нинель. Целая и невредимая.
— Паша! — она бросилась в объятия брата, и судорожно принялась рассказывать нам все, что с ней произошло.
В дверном проеме комнаты стояла Маша, которая держала на руках маленького Тёму, и Глеб. Он практически не слушал разговор, видимо уже и так был в курсе всех событий.
— Мы с Тёмой прилетели к вам, решили разрядить обстановку, отдохнуть от Питера, но в аэропорту меня ограбили, украли телефон и деньги. Конечно, мы сумели добраться до вас, и каково было мое удивление, когда ни тебя, ни Глеба, я не застала в городе. — говорила Нина, постоянно поправляя волосы. — Первым делом я подумала, что вы уехали куда-то, и решила все же не возвращаться домой. Разместилась у тебя, прислуга помогла освоиться, а не прошло и двух часов, как в дом вломился Глеб, и рассказал мне все, что у вас здесь творится!
Она была на взводе, это было видно по её встревоженному лицу.
Пока Нина и Глеб помогали Паше перевязать руку, я сидела в комнате с Машей и малышом. Меня не покидало чувство тревоги. Как-то все странно получается. У Нины крадут телефон, и сразу же нам звонит Виктор, рассказывая о том, что Нина у него в заложниках. В загородный дом Паши вламываются люди, и как позже мы узнаем: их целью было привезти Павла к Виктору. Сейчас мы возвращаемся в город, а Нина, невредима и в безопасности.
Здесь что-то не так, и пока я не пойму — не успокоюсь.
— Ты чего такая хмурая? — спросила Маша, укачивая Тёму на руках.
Я не ответила, только помахала головой. Хотя заметила, что Маша сама не своя. Она показалась мне нервной, и уставшей, хотя раньше я за ней подобного не замечала. Подруга могла сутками веселиться, и никогда не уставала.
Те дилетанты, что вломились в дом, явно не слишком заботились о том, чтобы убрать меня и Пашу, потому что, как только мы уехали, они не подались за нами в погоне, они распивали алкоголь, сидя в гостиной.
А что, если их задачей было выманить нас в город? Остается два вопроса: как Виктор узнал, где мы находимся, и почему не приехал за нами сам. Тогда ведь у нас было бы меньше шансов на спасение. Разве что, он придумал что-то более ужасное, чем простая расправа, собрав всех нас вместе.
Резко поднявшись с кресла, я побежала на кухню, где как раз разговаривали ребята. Конечно, в своей теории я не была уверенна на все сто процентов, но поделиться ей следовало. Я рассказала обо всех своих подозрениях, и мои слова заставили их задуматься. Первым нарушил тишину Паша:
— У Виктора не хватило бы на это мозгов. Это может быть хорошее стечение обстоятельств, которое сейчас играет ему на руку, не более.
— И тем не менее, нужно что-то делать. — выкрикнула я, не ожидая от себя такой реакции. — К тому же, я придерживаюсь версии, что ему кто-то помогает.
— В любом случае делать будем только мы с Глебом. А вы, девочки, будете сидеть здесь!
— Почему я должна сидеть здесь, когда всем нам, возможно, угрожает опасность?
Я не собиралась сидеть сложа руки, я привыкла действовать, особенно, если сама нахожусь в опасности. Зная вспыльчивый нрав Паши, сам он не справится, а я не смогу без него.
Глеб, который до этого молчал, решил разрядить накалившеюся между нами обстановку:
— Никому, ничего не угрожает. Я уже созвонился со своим другом из органов, мы обдумываем план действий.
Он начал спорить с Ниной, как раз в тот момент, когда я собиралась ответить, поэтому, не выдержав, я вновь выкрикнула:
— Тихо! А теперь, можно я скажу? — я дождалась, когда все направили свои взгляды на меня и продолжила. — Соколов смог вывезти меня из дома Паши, и ему помог охранник, в тот момент, когда Юля с кем-то другим обсуждала мое похищение, а после, сбежала. Идем дальше, о загородном доме никто не знал, и также, там была охрана, которая не сильно нам помогла. И после всего этого вы серьезно полагаете, что им можно доверять?
Выговорившись, я перевела дыхание, и прошла по кухне к столу. Взяла графин с водой, и налила себе целый стакан. Между ними вновь начались обсуждения, и сейчас говорила Нина:
— Знаете, а Марго права. Что у вас за охрана-то такая? Что у вас вообще здесь творится?
Она плюхнулась на стул, подперев голову руками. Сейчас все выглядели уставшими, но также понимали, что не время для отдыха. Я выпила полстакана за раз, и спросила:
— Получается, на данный момент у нас нет предлога для задержания Виктора?
— Получается, что так. — ответил Паша, забирая у меня полупустой стакан с водой.
— Но Виктор не сдастся, он будет и дальше манипулировать нами, будет угрожать.
Я пыталась донести до присутствующих смысл своих слов, что нам нельзя сидеть сложа руки, нужно действовать. Но никто не отвечал, в прочем и не воспринимал мои слова в серьез, я уверена.
Виктор — человек без принципов, он может нанести удар в любую минуту, а мы даже не знаем, куда и почему сбежала Юля. Возможно, она работала на него, а вдруг нет? Вдруг Виктор прикрывается за спиной более влиятельного человека? Кто-то же внес за него залог, и не просто так.
Сейчас все выглядит как затишье перед бурей, и от этого у меня очень плохое предчувствие.
Глеб поднялся из-за стола, потер рукой шею, и проговорил:
— Марго, ты все правильно говоришь, но мы не гангстеры, и лучше сейчас передать дело полиции. Признаю, у меня у самого руки чешутся ему морду набить, но, как бы мы хуже не сделали.
— Думаешь, что полиция поможет? Он может подкупить любого!
— Это мой давний знакомый, и нет, его не подкупишь. Нам остается только ждать.
Я решила больше не спорить, и оставить их вновь наедине. Поэтому, поднявшись из-за стола, я ушла в комнату к Маше.
Мне нравилась холостяцкая берлога Глеба. Весь интерьер выполнен в минималистическом стиле, и, будь я меньше на взводе, обязательно бы рассмотрела все поближе.
Закрыв за собой дверь комнаты, я села на диван возле неё. Тёма лежал у подруги на руках, и мирно спал, пока сама Маша его убаюкивала, и… плакала?
Нахмурив брови, я взяла её за подбородок, разворачивая лицом к себе, и оказалась права, слезы медленно стекали по её щекам.
Чтобы не разбудить Тёму, я очень тихо проговорила:
— Что случилось?
Маша не ответила, только закрыла глаза, сдерживая себя, чтобы не разрыдаться.
Я терялась в догадках, что же могло произойти. С Глебом она кажется не ругалась, иначе я бы сразу узнала.
Маша аккуратно переложила малыша на диван, укрыв пледом, и подошла к углу комнаты. Там, в куче дорожных чемоданов, лежал её маленький портфель. Она открыла его, достав на первый вид фломастер, но подойдя ко мне с ним ближе, я поняла, что это тест на беременность, и не простой, а с двумя красными полосками.
— Я очень сильно вляпалась, Рита, и мне нужна твоя помощь. — дрожащим голосом прошептала Маша.
— Помощь в чем? — недоуменно прошептала я. — Глеб знает?
Честно, я не вижу в этом проблемы, и не понимаю реакцию Маши.