Адель Хайд – Хозяйка Северных гор (страница 56)

Между тем, корабль начал трещать, разваливаясь, и к нам начала прибывать вода.

— Да идите же вы сюда! — не выдержала я, но очередной удар разломал какую-то балку, которая упала сверху на лежащую на полу аббатису.

Вода прибывала всё быстрее, я решила закрыть крышку, отчего-то уверенная в том, что это единственно верное решение.

Я не думала, о том, что крышку сундука тоже может придавить какой-то сверху упавшей реей, о том, что остатки корабля утащат меня на дно. Я словно маленькая мышь, закрылась в сундуке, словно в норке, и вот уже здесь я и начала молиться.

Я обещала мирозданию всё: и то, что жизнь, дарованная мне, не пройдёт даром, что я обязательно принесу в этот мир новую жизнь, что я помогу всем нуждающимся и изменю всё, что успею.

В какой-то момент я ощутила, что сундук, в котором я находилась, взлетел, словно на «американских горках», отчего у меня захватило дух, и потом рухнул вниз, в щель между крышкой стала попадать вода, и я вцепилась в кожаный ремень, который проходил по центральной части внутренней стороны крышки, стараясь прижать крышку сундука, как можно плотнее.

Ещё какое-то время меня болтало, но я чувствовала, что море «наигралось», болтание не было жёстким, скорее всего меня «выбросило» в какое-то течение, которое либо очень далеко от берега, либо наоборот уже настолько близко, что не закручивает волны вокруг рифов.

Проболтавшись так около часа, я, наконец-то, рискнула открыть крышку. Какого же было моё удивление, когда всего в паре десятков метрах я увидела землю. Мне показалось, что я даже различаю кусты и деревья. Хотя было ещё темно, но облака на небе уходили куда-то вместе с затихающим штормом.

Сундук оказался на редкость прочным, мне повезло, что, скорее всего он был сделан из северного дуба. Я огляделась и поняла, что повезло не всем.

Корабля не было видно, возможно, что какие-то остатки его отнесло в открытое море или куда-то ещё течением, я вытянулась, встав во весь рост и даже на цыпочки в своём сундуке, чтобы получше рассмотреть, нет ли кого поблизости. Но никого не заметила. Кричать не стала, и так со страху, видимо, так кричала молитвы, что сама того не замечая сорвала голос. Связки саднило.

«Так, Маргарита Павловна, в такую историю вы ещё не попадали», — с каким-то радостным отчаяньем подумала я.

Мне было хорошо, несмотря даже на то, что я ещё не на берегу, и как туда добраться, не прыгая в ледяную воду, пока не придумала.

И мне ещё было очень жалко бросать сундук. Я с ним «свыклась», у меня к нему целый «стокгольмский синдром» образовался.

Я вдруг поймала себя на мысли, что мне «море по колено». Умом понимала, что это физиология, что организм от ужаса получил ударную порцию адреналина, и пока я в таком «весёлом» состоянии, надо это использовать и выбираться на берег, потому что потом, когда всё пойдет на спад, сил станет меньше, и будет гораздо тяжелее.

К сожалению, поняла, что в воду всё равно придётся прыгать, но понадеялась, что мне хватит времени, чтобы не окоченеть и дотянуть сундук до того места, где я смогу его вытащить.

В месте, куда меня занесло с моим сундуком, вода была совершенно спокойной, что было удивительно, после того, что я ощущала во время страшной тряски. В сундуке же были и тёплые пледы, и одежда.

Перед тем, как прыгнуть, я сняла с себя одежду, оставшись в короткой мужской камизе. Связала между собой две тряпки, получившиеся после того, как я порвала нижнее платье. Привязала этот импровизированный канат к ремню на крышке сундука, вторым концом обязала пояс. И прыгнула, сразу уйдя под воду с головой.

Ноги до дна не доставали, это было плохо, но плавала я хорошо, поэтому лихорадочно, но ритмично работая руками и ногами, начала потихоньку двигаться к берегу.

И вскоре мои усилия были вознаграждены. Сложно представить, какое облегчение я испытала, когда мои стопы коснулись дна.

Всё ещё на адреналине я вытянула сундук на берег, да ещё нашла в себе силы оттащить его подальше от воды, а то вдруг прилив. Заодно и согрелась.

Переодевшись, я замоталась во всё, что было в сундуке и, прикрыв крышку, подперев её найденной здесь же на берегу палкой, чтобы оставить небольшой просвет, я уснула.

Хотя было ощущение, что ни за что не смогу уснуть, но силы кончились, причём внезапно, вот они были, а вот, раз, словно выключатель переключили в режим «стоп», и сил не стало.

Последнее, что я помнила, это то, что произнесла: — Спасибо, спасибо, что жива.

Замок Кардиф. День похищения Маргарет

— Леди Маргарет не могла так поступить, — в который раз повторяла леди Ярон.

Но письмо, оставленное от имени леди Маргарет, прямо говорило о том, что она в последнюю минуту решила бросить всё и ехать за своей любовью. Для соблюдения приличий с ней поехала мать Агнесса, которая будет с ней, пока леди Маргарет не обретёт должный статус.

Капитану Сэлу и самому не нравилось, как написано. Туманно, непонятно, за какой любовью, что за должный статус. Словно предполагалось, что все сами додумают.

Вот и леди Ярон, которая лучше всех знала леди Маргарет, утверждает, что та не могла так поступить.

Но также капитан Сэл знал, что женская душа, штука сложная, и вполне может так случиться, что леди Маргарет действительно доброй воле покинула Кардиф.

Когда он, оставшись наедине с леди Ярон, высказал это предположение, он почувствовал неуверенность со стороны фрейлины. Значит всё возможно.

Но как проверить? Перевал ещё до конца не открылся, а на корабле без опытного капитана делать было нечего, а капитана обещал привезти граф Честер.

Поэтому капитан Сэл принял решение дождаться открытия перевала и отправить гонца в Шотландию, чтобы узнать точно, где находится их леди.

Глава 42

Кардиф

А вечером к капитану пришла его невеста, горничная леди, Мэри и попросила пройти вместе с ней в кабинет. Там уже находилась леди Ярон и мейстер Умло.

— Леди Маргарет не собиралась уезжать, — громко заявила она, поднимаясь из-за рабочего стола, — вот посмотрите сами, капитан.

На столе лежала стопка сшитых в книгу листов. Капитан вопросительно взглянул на Мейстера и леди Ярон.

— Это план работы, — объяснил мейстер Умло и добавил, — леди обычно составляет план на неделю.

Капитан взял в руки один из листов, там неровным почерком, сильно отличающимся от того, каким было написано письмо об отъезде леди, было указано, что леди Маргарет собиралась делать в течение нескольких недель, ставя во главу угла подготовку к открытию перевала и начала торговли. А также отправку товара по королевским заказам.

Ни о каком отъезде написано не было.

— Надо бы допросить монахинь, — кровожадно блеснула глазами леди Ярон.

Ситуация была чрезвычайной, поэтому капитан Сэл не стал возражать, а наоборот, взялся за дело с энтузиазмом.

Монахини сначала молчали, но после того, как капитан стал допрашивать каждую отдельно, выяснилось, что был целый сговор между аббатисой и ганзейцами. И леди Маргарет должны были доставить вместе с аббатисой до Уитернси, чтобы оттуда добраться до Семпрингема.

— На что рассчитывала ваша аббатиса? — с возмущением спросила леди Ярон.

Монахиня, потупившись, ответила, что аббатиса видела склонность леди Маргарет к принятию пострига.

Леди Ярон только покачала головой. Похоже, что аббатиса видела то, что хотела видеть. Но как ганзейские купцы могли пойти на такое преступление?

— Только, если они видели свою выгоду, — вдруг сказал мейстер Умло, — ганзейцы никогда и ничего не делают просто так.

— Но у аббатисы не было денег, — возразил капитан Сэл, — они же пришли к нам через перевал почти что раздетые.

— А я разве сказал что-то о деньгах? — мейстер нахмурился, — я уверен, что ганзейцы и не собирались отдавать леди Маргарет монастырю.

Капитан схватился за голову. Это была его вина, он снова потерял своего сюзерена, впору бросаться на меч!

— Что делать? — капитан смотрел на тех, кому леди Маргарет доверяла и на кого рассчитывала.

— Корабль мы не догоним, но идти до берегов Шотландии он будет даже при благоприятной погоде не меньше десяти дней. Если мы рискнём перейти через перевал, то мы вполне выйдем к Абердину, где они собирались высаживать Алана примерно в те же дни.

Мейстер замолчал, будто что-то высчитывая в уме, и добавил:

— Или даже раньше.

— Может сработать, — задумчиво произнёс капитан и резко направился к выходу.

— Куда вы, капитан Сэл, — спросила леди Ярон.

— Собирать людей, — ответил капитан Сэл, у которого теперь снова появилась цель, — завтра выступаем.

Где-то у берегов Шотландии

Я проснулась оттого, что замёрзла, и хотелось есть. Но сначала надо было разобраться, где я очутилась. Я, радуясь тому, что хоть ещё влажные, но целые, сохранились мои сапоги, решила пройтись вдоль береговой линии, осмотреть, где и что, а заодно и поискать, может что-нибудь или кого-нибудь найду.

Но я так и не смогла обнаружить ни людей, ни вещей.

«Неужели я попала на необитаемый остров?» — с ужасом подумала я, — но потом, когда немного успокоилась, то поняла, что да, острова вокруг Шотландии имеются, но капитан говорил, что пойдёт вдоль берега, поэтому, скорее всего, я нахожусь недалеко от людей, мне только и надо, что найти проход вглубь континента.

Но сперва надо было решить вопрос с едой. Вот я никогда не любила всякие раковины с моллюсками и совершенно не хотела начинать, но, больше ничего съедобного я не так и не нашла.