Адель Хайд – Анастасия. Железная княжна (страница 11)

Но Стася не спешила. «Вот соберутся князья, тогда и попробую принять силу.»

Постояла рядом, посмотрела, как светится оттенками, неба, огня, травы, моря, большой, размером в половину человеческого роста, гладкий, будто бы отполированный камень. Какого он на самом деле цвета трудно было сказать, но Стасе показалось, что он белый.

И да, она видела камни всех родов, ни у одного рода не было такого большого камня.

«Сможет ли она принять силу? Надо ли, чтобы Триада её страховала? Больно было и когда сила шла от небольших камней, а здесь такой огромный. Но, делать нечего, всё равно уже всё предрешено. Она к этому несколько месяцев шла. И примет силу, несмотря ни на что».

В Кремле почти везде было грязно, только в одном крыле, где, видимо, заседали бывшие соратники Дракона, более-менее было чисто. Конечно, картин в длинных коридорах дворца, как и ковровых дорожек не было.

Стася ещё подумала: — «Чем бахам революционерам ковровые дорожки помешали?» А потом сообразила, что, наверное, от грязи стали попахивать, ну и их, скорее всего, утилизировали.

Подошедший Фёдор подтвердил, что Стася сейчас сидит в бывшем кабинете баха Барсука, а вот Стасе пришло воспоминание, что это был малый кабинет Его императорского Величества. Это она и сказала, и сразу же пожалела. Потому как Дракон, с его непрекращающимся чувством вины, сразу потемнел лицом и попросился на улицы столицы, проверить всё ли там «зачистили».

Стася не стала его задерживать, отпустила, оставшись с Кириллом. Вот кто был надёжен как скала. Никаких сомнений ни в своей княжне, ни в своих чувствах. Как же жаль, что как раз его-то Стася и воспринимала как младшего брата, просто возрастом постарше Алёши.

Через одного из Горчаковых Стася передала, что все главы родов должны к вечеру собраться в Кремле.

«Начнём с камня, — сказала княжна Дмитрию Петровичу Горчакову, главе рода, — а дальше будем столицу восстанавливать, пусть князья возвращаются с родовыми камнями. Здесь их место, в центре Россимы, негоже нам более по углам прятаться.»

Но всё снова пошло не так, как планировала. Пока старший князь Горчаков передавал информацию по ментальной сети для князей, младший принёс переговорный артефакт, которым в Россиме ещё пользовались очень немногие, предпочитая проверенный дедами способ.

Потому Стася сразу поняла, то это из Европы.

Так и было, звонил Демидов. Голос у промышленника был странный, но ничего такого странного не сказал. Передал информацию от князя фон Меттерних, что тот готов принять предложение княжны.

«А вот и двенадцатый,» — пришла мысль и по тому, как изменилось звучание зова родового камня, Стася ещё раз поняла, что именно этого камень и хотел.

Стася не стала звать Дракона, пытаться достучаться до Медведя, взяла с собой Демидова, и, активировав «портальный артефакт», они «шагнули» в Лестроссу. Дракона и Медведя попросила предупредить Горчакова. Что она нянька им что ли, бегать носы подтирать. Они выше неё в два раза и старше, ну по крайней мере той Анастасии, пусть приучаются, нянькаться с ними она не будет.

В доме Демидовых Стасе показалось пусто.

Подумала: — «Как там Алёшка, Савва» — и сразу ощутила, что с Алёшей точно всё в порядке, даже как будто бы веселится.

В комнату, куда перешли порталом Стася и Кирилл, вошли Варвара Васильевна и Григорий Никитич. Мрачные и молчаливые. Даже сына не обняли.

— Что произошло? — спросила Стася

— Таня… — попытался сказать Григорий Никитич, но что-то у него будто в горле перехватило, он прокашлялся, — Таня погибла

Стася тут же потянулась к Тане. «Да нет, жива, даже довольная, радостная»

А вслух спросила:

— Откуда сведения?

Демидов рассказал, что им удалось обнаружить по какому маршруту ушла Татьяна, что произошло с поездом и где терялись следы.

— Сегодня привезут … трупы на опознание, но там говорят по … кускам собирали, — Демидов больше всего боялся это говорить, но сейчас глядя на невозмутимую княжну, и недоумевал, и радовался одновременно, что правительница не впадает в истерику или ярость, потому как неизвестно, что она с силой Триады натворить может.

— А что князь Лестросский? — спросила Стася, и Демидову на мгновенье показалось, что она просто не расслышала, что он ей сказал про Таню.

— Анастасия Николаевна, — решил уточнить Демидов, бросая встревоженные взгляды то на сына, стоявшего рядом княжной, то на саму княжну, — вы услышали, что я сказал?

— Я-то услышала, Григорий Никитич, а вот ты, похоже нет, — голос княжны был спокоен, и Демидов вконец перестал понимать, что происходит. Вроде сестру княжна любила и переживала о ней.

— Вы, Анастасия Николаевна, спросили про князя Лестроссы, — насупившись ответил Демидов.

— Да, спросила, жду ответа, — несколько раздражённо произнесла Стася

— Так он сказал, что готов у него для вас ответ, просил вам передать, — наконец-то сказал Демидов.

Так зовите его сюда, Григорий Никитич, времени у меня мало, — жёстко произнесла Стася

— А вы разве не пойдёте… на опознание? — Демидов всё-таки выговорил страшное слово

Но княжна улыбнулась и сказала:

— Не пойду, нечего мне там делать, жива Таня, Григорий Никитич.

Потом улыбка сползла с её лица, и она уже серьёзно, почти зло спросила:

— А вот к вам у меня вопрос — как вы так искали её, что не нашли?

Глава 8

Демидов сжал челюсти так, что Стася испугалась, что у Григория Никитича раскрошатся зубы.

Сын отца защищать не спешил, хотя было видно, что лицо Кирилла тоже потемнело, на себя часть вины принял.

— Разбирайтесь со своими агентами, Григорий Никитич, а что же князь Лестроссы, тоже никаких следов не смог найти?

Стася была безжалостна.

— А вы говорили, что у них с Таней вроде как отношения

— Так не знает князь, что Таня ваша сестра, она же под артефактом изменения личины здесь жила, как и Алёша

В голосе Демидова звучала обида:

— И только вчера узнали-то.

Стася взглянула на главу рода. У Кирилла сжались кулаки

— Княжна, дай нам несколько часов, — попросил молодой князь, — мы найдём Татьяну.

— Даю, — коротко сказала Стася. Но когда оба Демидова, старший и младший двинулись на выход из гостиной, остановила старшего.

— Григорий Никитич, останьтесь, пусть глава рода разбирается, а вы позовите сюда князя лестросского.

Кирилл ушёл. Старший Демидов достал переговорник и вызвал князя Константина.

«Силён, — с уважением подумала Стася, правителя страны напрямую по переговорнику дёргает. Ой непрост ты Демидов, и, выходит, не зря от меня взбучку получил. Можешь больше, значит делай.»

— Князь Константин сейчас подъедет, княжна, — поклонившись произнёс Демидов.

Стася пригляделась, но не заметила в том поклоне ёрничанья, всё было сделано от сердца с уважением.

Князь Константин подъехал через полчаса.

Быстро он, — подумала Стася, приготовившаяся ждать пару часов не меньше

— Поздравляю с взятием столицы, — с достоинством поклонившись поздравил князь Лестроссы россимскую княжну

Стася внимательно взглянула на князя.

Подумала, что слишком уж красив, нужен ли Танюшке такой?

Ну да ладно, это ей решать. А вслух сказала:

— Спасибо, князь, ты через Григория Никитича, — Стася взглянула на молчаливо замершего Демидова, — передал, что подумал над моим предложением. Я здесь.

Константин фон Меттерних упрямо сжал губы и, как показалось Стасе, зло посмотрел на неё, перевёл взгляд на Демидова.

— Я согласен на ваше предложение, Анастасия Николаевна, — с кривой усмешкой на лице сообщил он

— На все условия согласны, князь? Помните, что это только ваш выбор, даже, если вам кажется, что выбор без выбора.

Да, Стася поставила князя перед таким выбором, или княжество входит в состав россимской империи со своим князем, или… тоже входит, но без него.