Адам Перри – Бунт призраков (страница 34)

– Мы не можем вечно убегать от них, – говорит Джон.

Тени не отступают, упорно следуя за нами. Их слишком много, и они парят под дождём, не касаясь ногами земли.

Сияние движется за нами. Оно переваливает через стену, поглощая камни на своём пути. Прорезает землю, оставляя за собой полоску золотистой травы. Оно всё глубже разрывает тонкое место, и в проходе, всего на мгновение, я вижу летний луг, такой яркий, что у меня перед глазами пляшут искры.

Почему оно преследует нас? Куда нам бежать, чтобы оторваться от него?

Я помогаю Джону опуститься на траву.

– Идти можешь?

– Нет, Лиза.

Тогда я беру его на руки и тащу вверх по холму, чуть не падая под тяжестью его тела.

Мы добираемся до леса. И деревья приветствуют нас, словно высокие, молчаливые стражи, защищая от урагана. Дождь проникает через ветви, но намного слабее. Ветер всё ещё завывает вокруг нас, со свистом проносясь в паутине ветвей.

Я вижу мистера Спенсера впереди. Он продирается через заросли кустов и поваленные деревья, оглядываясь на нас.

– Я не хочу тебя видеть! – кричит он. – Не приближайся!

Я показываю на сияние и тени позади нас, искрящиеся под дождём в призрачном свечении.

– Нам нужна ваша помощь! Они пытаются забрать его!

Тени ждут на холме, наблюдают за нами, и теперь я вижу их лица ещё отчётливее, контур их плеч, изгиб щёк. Это люди самого разного роста и возраста, их очертания проясняются.

Я помогаю Джону взобраться на груду камней, но они мокрые и скользкие, и мы соскальзываем на землю. Надо найти другой путь, знакомую, протоптанную тропинку. Когда я встречалась с Джорджем в лесу, было темно, и я стараюсь вспомнить тот первый раз, когда я шла по нему при свете дня. Кажется, я здесь уже проходила. Вроде бы сюда.

Неподалёку шумит поток, – значит, впереди ручей, пересекающий лес. Сегодня он вышел из берегов, кипит и бушует, слишком широкий, чтобы перепрыгнуть, и слишком быстрый, чтобы перейти вброд.

Иди вдоль широкого ручья до большого валуна, за ним направо, сказал Джордж. Там увидишь узкую тропинку.

– Я знаю, где спрятаться! – кричу я. – Подождите нас!

– Нет никаких нас, – отвечает мистер Спенсер. – Только ты.

Я хотела сбежать от него, но теперь я с радостью приму любую помощь.

– Постойте! Вы погибнете там! Я знаю безопасное место.

Он поворачивается и идёт ко мне между деревьев.

– Беги, Лиза, – говорит Джон, или это голос в моей голове?

Я едва вижу его среди ветвей. Листья и сучья шелестят вокруг нас.

Беги!

Я перевожу взгляд на Джона, и в этот момент мистер Спенсер вдруг набрасывается на меня и хватает за руку, – в его глазах пылает ярость и тьма.

– Где можно спрятаться? – кричит он сквозь дождь.

– В амбаре. В нескольких милях отсюда.

– Как я могу доверять тебе? Ты только и делаешь, что врёшь, с самого первого дня, – шипит он мне в лицо.

– Отпустите меня!

– Я никак не мог понять, ты действительно веришь в то, что говоришь, или это игра.

Джон слишком тяжёлый, мне не удержать. Я выпускаю его, и он падает на землю.

– Джон!

– Думаю, теперь я знаю ответ, – говорит он. – Хочешь, чтобы я снова повторил?

Я пытаюсь освободиться, пытаюсь заткнуть уши руками, но он слишком крепко держит меня.

Не слушай его.

– Я столько раз говорил тебе правду, но ты всегда забываешь её. Словно не можешь смириться.

– Не надо, – умоляю я, оглядываясь. – Не говорите. Он же услышит вас.

Тени скользят между деревьев, но к ручью ещё можно пробраться. Если я вырвусь, то смогу…

– Джона больше нет, Лиза. Он умер ещё до того, как ты попала ко мне.

Прогалина

Ложь, которую мы говорим себе, – самая убедительная.

Выходит, я обманывала себя?

Я смотрю на Джона. Дождь стекает по его лицу, и я глажу его по щеке. Сияние приближается к нам, скользя между деревьями. Нам нельзя здесь оставаться.

– Не слушай его, Джон. Он лжец. Вот он кто.

– Лиза, скажи, что понимаешь меня, – говорит мистер Спенсер.

Сколько раз он повторял это? Не помню. Я всегда стараюсь не слушать, стараюсь не позволять его словам пустить корни в моей голове.

– Это ложь, – говорю я. Я бросаюсь на него и хватаю за пальто, колочу его в грудь кулаками, но он стряхивает меня, словно букашку.

Я вспоминаю все остановки на нашем пути, все тёмные спальни и шкафы, в которых я работала, вырезая бумажных призраков, чтобы обмануть живых. Я прятала его в тени, чтобы никто его не видел, защищала его. Разве не так?

Он умер ещё до того, как ты попала ко мне.

Слова мистера Спенсера звенят в моей голове.

Здесь, в Ордене, всё иначе. Джон был предоставлен сам себе, один среди чужих людей. Кто-нибудь разговаривал с ним с тех пор, как мы приехали?

– Лиза, хватит думать, – говорит Джон.

Нет, этого не может быть. Лиса ходила за ним, как приклеенная, и тёрлась головой об его ноги.

Собаки очень чувствительны к духам, сказала как-то мисс Элдридж. А она хоть раз заговорила с Джоном? Кажется, да. Или она говорила с Лисой?

Джон будто тает на моих глазах, краски меняются. Он превращается в одного из них, в свой собственный негатив. Тень вместо человека.

Хватит думать.

По рукам и шее пробегают мурашки.

– Ты хоть знаешь, что я закапывал той ночью в лесу? – спрашивает мистер Спенсер. – После мерзкой сцены в зале собраний мне надо было спрятать все свидетельства нашего родства. Свидетельства о смерти. Документы. Всё, что выдало бы правду о нас. О твоей семье. Неужели нам снова надо поднимать эту тему?

Я качаю головой.

– Вы лжёте!

– Иди за мной.

Надо остановить его. Я ничего не хочу видеть.

– Может, хоть это убедит тебя.

Мистер Спенсер поворачивается и перебегает по стволу небольшого дерева, свалившегося через бушующий поток.