Адам Миллард – Ларри (страница 13)
- Мне просто нужно было выбраться оттуда, - сказала Аманда почти шепотом, как будто боялась, что какой-нибудь любопытный бобр может услышать и вернуться в главную хижину, чтобы сдать ее.
- Я знаю, - сказал Фредди. Он тоже шептал, но не понимал почему. - Как и героин, они хороши в небольших дозах.
Не самая лучшая аналогия, но было слишком поздно.
- Терпеть не могу Бейли, - сказала она, опускаясь на корточки и копаясь в грязи, как какой-нибудь дешевый Индиана Джонс. - А эта его подружка ужас же как раздражает.
- Да, они не самые приятные ребята на свете, - сказал Фредди, наблюдая, как Аманда взяла что-то, сдула с него грязь и сунула в рот. Он попытался сдержать рвотный позыв, но вдруг почувствовал, что его миндалины стали в два раза больше, чем минуту назад. - Эрг... Эрг... Эрг...
- Ты в порядке? - oна смотрела на него, неистово жуя, как пасущийся верблюд.
- Я... да, я в полном порядке, - солгал он.
- Потому что они обе материалистичные шлюхи, - улыбнулась Аманда. - В этом есть смысл.
- Но Седрик – он крутой. По-своему, конечно, но крутой.
- Да, он мне нравится, - она еще раз просеяла грязь.
Фредди отвел взгляд и глубоко вздохнул. Если они когда-нибудь будут встречаться, ему придется поговорить с ней о ее диете. Может быть, если бы он брал с собой мешок орехов всякий раз, когда они шли на свидание...
Они замолчали, просто наслаждаясь ручьем, просто два человека, не разговаривая, не глядя друг на друга, не зная, что будет дальше, если вообще что-нибудь случится.
Но Фредди это нравилось. Это было приятно. Не очень весело, но все равно приятно.
Он только надеялся, что не окажется во френдзоне, единственном месте в мире, более скучном, чем Алабамский музей пуговиц.
12
Он натянул через голову накрахмаленный белый фартук. Он не должен был быть хрустящим или белым, но его мать недавно постирала его. Она даже погладила его, убрав некоторые из его любимых складок. Она ко всему подходила основательно. Он почти наверняка был самым хорошо одетым слэшер-маньяком. Она даже начистила его ботинки, которые стали намного теснее, чем в прошлый раз, когда он их надевал. Удивительно, как толстеют ноги за тридцать шесть лет. Он не знал, было ли это задержкой воды или его ногти на ногах странно выросли. После пяти минут прыжков по подвалу, пиная ногами пол и царапая прекрасную работу его матери, ботинки были натянуты ровно настолько, чтобы выдержать.
- Моё бедро в порядке, - сказал Ларри, поворачивая маску так, чтобы глазницы смотрели в другую сторону. - Ишь, - oн уже собирался натянуть маску на голову, когда она сказала:
Ларри вздохнул.
- А что я говорил насчет того, чтобы говорить, когда к тебе обращаются?
Тот факт, что маска вообще не должна была говорить, не ускользнул от него.
Он стянул маску, стараясь не зацепиться бородой за резину. Он все еще ощущал запах гари внутри и на мгновение перенесся в ту ужасную ночь 78-го. Как он мог быть таким тупым? Позволить этой сучке так легко обмануть его? Ну, это больше не повторится, только не сегодня. Он Свинорыл 2.0, на сорок лет старше и на сорок лет мудрее, хотя есть предел тому, насколько мудрым можно стать, живя в полуразрушенной хижине посреди леса.
Поправив маску так, чтобы жесткие усы не закрывали дырки в носу (урок, который он усвоил, только повзрослев), Ларри сел за маленький деревянный ящик и начал писать.
Он не очень хорошо разбирался в словах и буквах, но догадывался, в каком порядке они идут. Почерк у него был ужасный, но мама могла его прочесть.
- С ума, - пробормотал он. - Да, точно.
- Я еще не закончил, - сердито сказал Ларри. - А ты не лезь не в свое дело. Только потому, что твоя мать была шиной.
Он хотел видеть ее счастливой. Просто не такой счастливой, когда она читает перед сном свою странную книгу.
Он перечитал ее, как мог, весьма довольный собой. Орфографических ошибок почти не было. Может быть, хобби кроссвордов не выходило за рамки возможного, или работа по написанию субтитров для Fox News.
Он оставил записку на ящике и снял топор.
13
Полночь. Колдовской час, когда ночные твари считаются самыми могущественными, если вы верите в подобную чепуху. Зазвонили часы на каминной полке, их ржавые внутренности едва удерживали ноту дольше, чем Бритни Спирс без фонограммы.
- И именно поэтому, - сказал Седрик, расслабляясь в кресле после своей длинной обличительной речи, - у Супермена и Чудо-Женщины никогда не будет детей.
На мгновение воцарилась тишина; атмосфера была настолько плотной, что ее можно было разрезать пластиковой лопаточкой.
- Ты когда-нибудь целовал девушку? - спросил Бейли, прежде чем разразиться смехом.
Все присоединились, включая Джейсона, который даже не был настоящим членом их группы.
Седрик пожалел, что потрудился. Они не были его целевой аудиторией. Его целевая аудитория в этот час была дома и играла в "Варкрафт" и ела чипсы. Они бы с удовольствием послушали о слишком мощной штуковине Супермена.
- Знаешь что, - сказал Седрик, вставая и пьяно покачиваясь, пока не понял, где его ноги. - Я не должен терпеть такого рода оскорблений, - oн двинулся к двери.
По крайней мере, он так думал. Оказывается, двери и холодильники взаимозаменяемы в состоянии алкогольного опьянения. И только когда его пронзил холод, он понял свою ошибку.
Он закрыл дверцу холодильника и двинулся вдоль стены, пока не нашел то, что искал. Когда он выскользнул в ночь, не обращая внимания на хриплый смех за спиной, у него закружилась голова. Он снял очки и вытер их о футболку, но это не помогло. Он выпил слишком много, вдохнул слишком много вторичного дыма Бейли, и теперь ему казалось, что он видит все через аквариумные очки.
- Долбаные придурки не узнали бы инте... инте... интеллектуальный разговор, даже если бы он укусил их за задницу.
Он медленно спускался с холма, иногда по гравийной дорожке, чаще по травянистой обочине.
Аманда. Вот что он сделает. Он найдет Аманду и Фредди. Они были порядочными ребятами. Если бы они были в хижине, они бы его защитили. Куда они, черт возьми, подевались? Почему он не пошел с ними, когда у него была такая возможность, вместо того, чтобы сидеть в хижине и болтать с кучкой ублюдков и нечаянно накуриться?
На мгновение он перестал шататься и расстегнул ширинку. Прислонившись одной рукой к тому, что он принял за дерево, он начал мочиться.
- Ох-х-х-х-х, - сказал он, улыбаясь.
Это было немного больно, но это была приятная боль, которая напомнила ему, что все это было реально, а не какой-то сон, вызванный его опьянением. Глядя на свой сморщенный член, из которого литр за литром выкачивалась моча, он думал о доме, о полной коллекции фигурок из "Звездных войн", висевших на стене его спальни, и о том, как они его радовали. Ему не нужна была девушка, особенно когда у него была мятная, чесаная, 1977 года принцесса Лея из Кеннера. О, как он мастурбировал на неё.
Вдруг что-то справа от него шевельнулось. К тому времени, как ему удалось повернуть голову, там уже ничего не было. Но он слышал... что-то. Из-за деревьев донеслось хрипение.
- Эй? - сказал он, застегивая молнию, хотя еще не закончил писать. - Аманда? Фредди? Это вы?
Хрипы перешли в кашель. Седрик был уверен, что услышал голос, сказавший:
- Гребаный холм, - прежде чем кашель вернулся.
- Ребята, это не смешно, - сказал он, медленно направляясь к источнику шума. - Теперь у меня моча на ноге из-за вас.
Беда с выпивкой в том, что она портит зрение. Седрик почти ничего не видел, так как было очень темно, но то, что он видел, было в трех экземплярах, что только еще больше дезориентировало его.
Он сошел с тропинки и сумел перелезть через первое дерево, получив лишь незначительные повреждения.
- Скажите что-нибудь, - попросил он. - Я не знаю, где вы.
Теперь хрипы утихли. Его почти невозможно было разглядеть из-за легкого ветра, шелестящего в верхушках деревьев. Где-то вдалеке ухнула сова. Если бы Седрик умел говорить по-совиному, он бы все прекрасно понял и убрался отсюда к чертовой матери. К несчастью, он этого не умел и потому углубился в лес, пытаясь понять, какие из них настоящие, а какие – пьяные миражи.