Адам Хлебов – Вне закона (страница 57)

Теперь ухал мой ТТ. Я вскочил, перебежал вправо метров на десять и снова упал.

Похоже, что я попал в одного из них. Или даже обоих. Теперь тел не было видно, зато я слышал стоны и ругательства, раздававшиеся сквозь хрип и стоны.

— С-с-с-у-к-а-а-а, угмммм! У нег-о-о-о ствол. Слышишь, Жорик? Жорик? Ммм. Жорик!

Но Жорик молчал. Видимо, Жорика с нами больше не было, а второй ранен.

— Саша, мы здесь! — послышался голос Алисы.

— Заткнись, дура! — узнал я голос седого.

Противно заскрипела пружина. А потом хлопнула деревянная дверь.

Я двинулся в направлении звуков и через двадцать секунд увидел здание с множеством бункеров для хранения сыпучих продуктов.

В бункере удобно прятать трупы — если столкнуть внутрь даже живого и невредимого человека, то ему ни за что не выбраться.

Брр. Я представил, как страшно утонуть и задохнуться в колонне с зерном или цементом.

А белая пыль — это, скорее всего, и есть цемент. Я ошибочно полагал, что на территории ведутся строительные работы. Определённо предприятие могло быть базой хранения стройматериалов.

Подбежав к зданию, я остановился. Оперевшись двумя руками о бёдра, тяжело дышал.

— Спокойно! — приказал себе я. — Надо осмотреться.

Получается, что теперь нас два на два, не считая девушки. Седой остался с единственным телохранителем, вышедшим с ним встречать «Волгу» в самом начале.

Пожалуй, убивать внизу они не решатся. Тащить пешком тела наверх, чтобы закинуть в бункер, никто не станет. Даже вдвоём это непосильная задача. Рашпиль с Алисой должны дойти туда своим ходом. А скорее всего, скоро на шум съедутся менты.

Им надо всё сделать так, чтобы замести следы. Я подумал — что предпринял бы на их месте? Я бы затаился и постарался меня обезоружить. Они наверняка где-то сразу за дверью.

Нужен второй вход.

Я снова двинулся. Мне требовалось оббежать всё складское здание. В какой-то момент я даже засомневался в правильности своего решения, потому что строение имело огромный периметр, но, к счастью, я быстро нашёл второй вход.

Беззвучно приоткрыв дверь, я вошёл на нижний этаж.

Моя интуиция меня не подвела — внутри просторного общего помещения располагались лестничные площадки, ведущие наверх к приёмно-сервисным залам каждого отдельного бункера.

В таких залах находилось оборудование, отводящее влагу и предотвращающее скопление конденсата, образовывающегося из-за колебаний температуры и влажности окружающего воздуха.

Всего шесть площадок со сварными металлическими лестницами и шесть огромных бункеров.

У самого первого стояли Матвей Костромской с подельником со стволами в руках. Рядом прямо на полу сидели Рашпиль и Алиса со связанными за спиной руками. Во рту у пленников я увидел что-то типа кляпов, сделанных на скорую руку из носовых платков.

Никто из четверых находящихся в складском здании меня не видел. Их взоры были обращены к ближайшей к ним двери. Они ждали меня оттуда.

Отлично. Я смогу подойти незамеченным. Слабое освещение поможет мне скрыто передвигаться.

Путь до засады занял примерно минуту. Когда я подошёл, то услышал раздражённый шёпот седого:

— Ну где же эта ёлочка зелёная?

Я стоял в трёх шагах у них за спиной, выглядывая из-за железного укрытия.

— Медленно. Оба медленно положили стволы на землю. Или стреляю.

Но никто не внял голосу разума. Седой развернулся и выстрелил в мою сторону наугад.

Рашпиль, вскакивая, толкнул плечом второго бандита, так что тот отлетел. Он с гулким звуком ударился головой о металлическую бочку и, кажется, потерял сознание.

Матвей поворачивался к нему, но Рашпиль уже бежал на него и боднул того в солнечное сплетение. Он тяжело дышал и пытался сообразить, как поднять на ноги перепуганную Алису.

— Алиса, беги…

Девушка опомнилась, встала враскачку и побежала в мою сторону.

Было бы лучше, если бы они выбежали на улицу и там освободились от пут, но что-то менять было поздно. Я лишь сумел выкрикнуть обоим:

— Пригнитесь!

За их спинами из-за металлических переборок на секунду показалась рожа седого. Я отправил поверх голов урки и девушки две пули в том направлении.

Прицельно стрелять я не мог, но моих выстрелов оказалось достаточно, чтобы голова убралась обратно.

Телохранитель Матвея зашевелился. Он постепенно приходил в себя, озираясь по сторонам и ничего не понимая.

— Стреляй в них, чего дохаешь как Жучка! — кричал своему «бойцу» Матвей Костромской.

Но было поздно.

Рашпиль и Алиса забежали мне за спину. Я успел на ходу сорвать кляпы. В нашу сторону загрохотали гулкие выстрелы.

— Бух! Бух! Бух!

Пули, попадая в металл, рикошетили с оглушительным визгом.

— Давайте, тратьте патроны.

Я оглянулся на своих знакомых.

— Нож, нужен нож, — Рашпиль нервничал, дёргал плечами и пытался освободиться от верёвки.

— У меня есть ножницы! — выпалила Алиса.

— Где? — спросил зэк.

— В сумочке на плече, — девушка мотнула подбородком.

— Сантей, глянешь? Я никак… — Рашпиль с надеждой посмотрел на меня, — зубами не развяжешь, верёвка слишком тонкая.

— Ты мне можешь объяснить, какого хрена тут происходит? — я отложил ствол и копался в сумочке в поисках ножниц правой рукой.

Первая волна адреналина схлынула, и я почувствовал, что левая рука онемела.

— Я сам офигел, сука буду! Давай сначала меня, потом её, — когда он увидел в моей ладони маленькие маникюрные ножницы.

Логично. Рашпиль хоть может отстреливаться. А от девушки толку нет.

— Что с рукой? Зацепило? — он видел, что я режу только правой.

— Нет, на входе на кувалду наткнулся.

Резать такими ножницами туго стянутую верёвку — тот ещё цирк.

Противник притих. Они что-то замышляли.

— «Браунинг»?

— Вот он, — я достал пистолет из-за ремня.

— Сколько у тебя пчёлок?

Увидев моё недоумение, поправился:

— Ну, патронов.

— Три или четыре — я не считал, не до того было.