Адам Хлебов – Скорость. Дарьяльский дрифт (страница 24)

Про то, как на месте выгрузки мы обнаружили пустырь.

Ковалёв был встревожен.

— Вы сказаги геогогоческий буй? Показывайте ваше обогудование!

Мы встали вчетвером и направились к нашей «шишиге».

Лёня распахнул свой большой ящик для инструментов и замер.

— Оно пропало…

— Как пропало? — я тоже заглянул внутрь, но ниша оказалась пуста.

— Когда видел оборудование?

— Утром, — ответил Лёня, почесывая затылок.

Тут послышался голос Марины:

— Ну всё, приехали. Не хватало того, что мы недосчитались ящика с дневниками, так ещё и это…

— Как это не досчитагись? — Ковалёв заглядывал в глаза Лёни.

Тот зло зыркнул в сторону Марины.

— С дневниками всё в порядке, они у меня в надёжном месте в кабине…

В его голосе почувствовалось беспокойство. Если у нас из-под носа увели огромный ящик с оборудованием, то мы вполне могли бы лишиться и дневников.

— Ах, так! — теперь психовала Марина, — я требую объяснений!

Но Лёня уже бежал к кабине. Марина была оскорблена недоверием и переводила взгляд с профессора на Лёню. Тот нервничал и кусал губы на бегу.

Похоже, я был единственным, кто сохранял спокойствие и хладнокровие.

— А что тут требовать? — вернулся с торжествующим видом Лёня, — профессор приказал беречь и никому не отдавать. Я просто выполнял приказ начальства. Вот они, родненькие.

Он снял с плеча холщовый мешок, раскрыл горловину и показал пачки тетрадей, связанных ленточками.

— Ну хоть одна хогошая новость за сегодня! — облегченно произнес профессор.

Моё же внимание привлекли следы волочения, ведущие от шишиги к небольшому участку, покрытому травой.

Видимо, они остались после того, как из Лёниного запасного багажника для инструментов вытащили оборудование. Тот, кто вывез буй, въехал в лагерь незамеченным.

Об этом говорила примятая трава. Наверняка они следили издалека и подъехали, улучив момент. А может кто-то видел подъезжавшую машину? Надо опрсить археологов.

— Баба с возу — кобыле легче! Забрали и хрен с ним! — порадовался Лёня имея ввиду пропавшее оборудование, — чего-то не могу найти накладную, ту самую на эти буи. Ты не брал?

— А где она была? — уточнил я.

— В кабине, видать её тоже забрали.

— Нет, не трогал.

— В моих дневниках кто-то рылся!

— Быть того не может, — Лёня сделал вид, что обижается, — как сдали, так я и привёз.

— За пгошлый год не хватает одной тетгади!..

Глава 10

— Как не может быть? Я сам вязал стопки с тетгадями. Это не мой узег! Деонид, ты трогал дневники?

— Нет! Может, в другой стопке, по ошибке положили?

— У меня всегда полный погядок!

— Тогда не знаю, я не трогал, как дали, так и привёз.

Профессор распсиховался, ему казалось, и возможно небезосновательно, что за нами следят из-за ситуации с кинжалом.

— Мы догжны немедгенно свегнуть гагерь и переехать на дгугое место!

Он считал, что нам передали буи для того, чтобы узнать местонахождение археологического лагеря.

Предположение сомнительное — при желании нас можно было найти по-другому. Следя за нами по пути.

Только если…

Только если у них были веские поводы не въезжать в пределы Дарьяльского ущелья.

Люди, которые чего-то опасаются? Иностранцы?

— Профессор, мы можем сделать так, как вы пожелаете. Но сейчас в такую тьму собираться? Давайте сделаем это утром.

Марина уговаривала профессора не предпринимать никаких поспешных решений.

— И так много сложностей. Не хватало ещё что-нибудь ценное потерять в темноте. Утро вечера мудрёнее.

После долгих уговоров профессор согласился. Но остался расстроенным.

— А вдруг они снова явятся, ничего нельзя исключить.

— Не переживайте, профессор, на ночь мы организуем дежурство. Спросим, кто из ребят готов подежурить.

— Готов подежурить, — ответил я, но не потому что чувствовал себя выспавшимся. Я боялся, что в процессе движения людей в лагере и переезда затопчут следы от ящика.

— Я тоже, — подключился Лёня.

Марина облегчённо вздохнула — ей вовсе не хотелось поднимать на уши весь лагерь и начинать переезд.

Она быстро удалилась к себе в палатку, пока Ковалёв не передумал и не выкинул какой-нибудь новый фортель.

Когда рассветёт, можно по следам определить, на какой машине приехали те, кто вытащил геологические буи, и, возможно, похитил тетрадь с дневниками Ковалёва.

— Ну, хорошо! Решим утром, нужно поднять ребят, которые могли бы ещё подежурить.

— Не стоит никого сейчас дёргать. Нас двоих вполне достаточно.

— Если что, сразу будите!

Мы с Лёней натаскали дров к очагу, разожгли огонь и устроили подобие кресла.

После недолгих препирательств мой напарник пошёл спать, пообещав сменить меня утром.

Профессор ушёл, пожелав спокойной ночи.

Я прекрасно понимал, что сейчас не время и не место говорить об отгулах и предстоящих ралли, но от своих планов я отказываться не собирался.

Поэтому я вооружился фонариком, ручкой, тетрадью, одеялом и устроился у костра.

Мне хотелось хорошенько обдумать план с получением кинофильмов для председателя в Архонке.

А заодно и проанализировать всю полученную информацию о Чёрном Всаднике и его кинжале.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что за артефактом охотятся не только учёные, местные общины и студенты, но и кто-то посерьёзнее.