Адалин Черно – Страсть Лютого (страница 2)

– Победитель. Он увидел тебя. Сказал, что хочет. Понимаешь?

– Я не понимаю, о чем вы. Я ищу подругу, ее зовут…

– Поздно, красавица. Тут так работает: показали на тебя – значит, твоя очередь. Не бойся, тебе даже понравится. На Лютого еще ни одна девка не жаловалась.

Я трясу головой. Пытаюсь отойти и обойти его стороной. Не будет же он меня силой тащить, правда?

Мне почти удается. Пара шагов остается, когда мужик меня подхватывает под локоть.

– Ты не поняла, кажется, красотка. Отказаться нельзя.

Он сжимает мой локоть крепко, как тисками. Я вздрагиваю, пытаюсь выдернуть руку, но ничего не получается. Я начинаю паниковать. В грудной клетке сдавливает.

– Я не понимаю, – говорю почти шепотом, но он не слышит. Или не хочет слышать.

Он тащит меня в боковой коридор – там темнее, меньше людей, и страшнее вдвойне. Я начинаю говорить громче:

– Я не для этого пришла. Мне нужно найти подругу. Я не собираюсь… я никуда не пойду! Отпустите меня!

Он не отвечает и продолжает тянуть меня за собой. Будто не слышит. Словно я – не человек, а вещь, которую передают из рук в руки.

Я оглядываюсь. Никто не реагирует. Все смотрят на ринг. Там, судя по реакции, дерется кто-то очень важный. В нос снова ударяет запах крови.

Мне кажется, я сейчас закричу.

– Все будет хорошо, – бормочет он. – Не бойся, он нормальный. Устрашающе, может, и выглядит… но не тронет, если это… не срастется у вас.

Я чувствую, как по спине пробегает холод.

Уточнять, что именно у нас должно срастись, не спешу. Мне бы сбежать отсюда. Как-то вырваться из стальной хватки и умыкнуть через толпу. С Марьям разберусь потом. В полицию позвоню, пусть они ищут. Точно! Вот так и нужно было сделать, а не переться сюда одной.

Меня заводят в небольшую комнату, оборудованную по типу раздевалки. Скамейки, тусклый свет, запах металла и дешевого дезодоранта. Я сажусь в угол сама, чтобы он лишний раз ко мне не прикасался.

– Зачем вы это делаете? – решаюсь спросить. – Я ведь… мне просто подругу найти и все. Отпустите меня.

– Не могу.

Приваливается к стене рядом с дверью раздевалки и прикрывает глаза, откинув голову на стену. Я прислушиваюсь к любому шороху, к крикам за пределами этой раздевалки, к глухим ударам, доносящимся с ринга.

Как отсюда сбежать, если он стоит у двери? Разве что… он уснет.

Но на это не рассчитываю. Он каждые пару минут открывает глаза и смотрит, сижу я или нет. Вот снова. Замечаю, как смотрит и снова закрывает. Встаю. Тихо-тихо крадусь к двери. Протягиваю руку, бросив последний взгляд на своего похитителя и убедившись, что он не смотрит.

– Далеко собралась?

Вздрагиваю, дергаю ручку, распахивая дверь, но она тут же закрывается с грохотом.

– На место села! – приказывает.

– Отпустите. Я… не подойду вашему клиенту, ясно вам? Я не… не такая.

– Отлично.

– Послушайте.

– Сядь и закрой рот.

У меня и выбора-то не остается. Он прижимает меня к лавкам и стене, я сажусь и только тогда он отходит. А вот потом… потом входит тот, для кого меня, видимо, и похитили.

И если я считала того, кто меня сюда притащил, здоровым и сильным, то я, кажется, ошибалась. Потому как сейчас в раздевалку входит мужчина внушительных размеров.

Мне кажется, даже пространства меньше становится. И воздуха… воздуха тоже меньше. Сразу дышать сложно становится от его присутствия.

– Свободен, – говорит мужчине, который меня сюда привел.

И как только тот уходит, мне хочется закричать и попросить его вернуться. Правду потому что говорят – из двух зол выбираем меньшее. Тот мужчина точно меньшее зло. А этот… пугает меня до чертиков.

– Ну, привет, принцесса. Поиграем?

Глава 3

Это он…

Он был на ринге. Он наносил удары своему оппоненту.

И он… победитель? Так, кажется, сказал тот мужчина, что я понравилась победителю.

Но откуда он? Как он мог знать, кто победит? Или это неважно? Просто притащил рандомную девочку из зала.

Он склоняет голову на бок, рассматривает.

Он выше, чем казался, когда был за канатами. Широкие плечи, рельефная грудь и тяжелые мышцы рук. Взгляд цепляется за футболку в разводах крови и пота.

Я сглатываю. Он проводит огромной лапищей по черным, слегка влажным волосам. Откидывает их назад, и я могу получше рассмотреть его лицо.

Он не красавец, но и не урод. Грубые черты лица, угловатый подбородок, дикий взгляд, резко очерченные скулы и шрам под правым глазом, как от пореза. А глаза… черные. Не карие, а именно черные. Бездонные. Хищные. В такие посмотришь и больше никогда не станешь прежним. Вот и я, кажется, никогда больше не стану.

Мне страшно. Очень страшно, потому что таким, как он, не отказывают. А такие, как я, не могут позволить себе одну ночь с незнакомцем. Я… должна отдать свою девственность мужу. Я и рассматривать так должна только мужа. И меня, меня тоже рассматривать должен только тот, с кем я свяжу свою жизнь, а не он…

Он делает шаг, и у меня перехватывает дыхание.

Я вжимаюсь в стену еще сильнее, он – скалится. Хочу сказать что-то, но язык как будто прилипает к небу.

– Ну, – наконец говорит он, присаживаясь напротив. – Как имя твое, красивая?

Он сидит напротив. Пока что только смотрит, но мне кажется, что сделай я что-то не так, и он тут же приступит к действиям. Правда, понятия не имею, к каким. Что он сделает?

Молчу.

Он нагибается чуть ближе, и я чувствую запах его кожи, крови, табака и чего-то еще… Звериного. Бойцовского. Этот запах не из флакона, он принадлежит ему.

– Немая? – усмехается, но не зло.

Просто изучает. Как будто я – новая порода животного, и он не уверен, кусаюсь я или лащусь. Я качаю головой. Он это замечает.

– Молчаливая, – заключает. – Интересно.

Я хочу сказать, что меня здесь быть не должно. Что это ошибка. Что он выбрал не ту. Что я пришла за подругой, а не к нему. Что я вообще не для… этого. Но не могу. Все внутри застывает, как лед.

Он изучает меня и никуда не спешит. Его взгляд скользит по лицу, волосам, шее, плечам и груди. Я хочу закрыться, потому что смотрит он так, будто имеет право. Словно уже взял меня, только отложил, как дорогую покупку, сделанную в порыве.

– Тебя трогали? – спрашивает неожиданно.

Я моргаю. Не понимаю. Или не хочу понимать.

– Мужчины, – уточняет. – Хоть один? Хоть раз?

Я отвожу взгляд. Щеки горят. Меня не трогали. Ни один. Никогда.

Он усмехается чуть сильнее.

– Я так и думал.

Он будто доволен. Не так, как бывают довольны мужчины, когда что-то получают. Иначе. Как будто что-то понял, нашел и определил для себя. Присвоил.

Он встает. Резко. И мне становится еще страшнее, хотя он не двигается ко мне.

Я сжимаюсь.