Адалин Черно – Развод на годовщину свадьбы (страница 37)

 — Надеюсь, вы не будете нас разочаровывать, Елена Анатольевна, — бросает кто-то, и это звучит почти вежливо.

 — А я надеюсь, что вы не передумаете давать мне шанс, — парирую спокойно. — Чтобы потом не было поздно.

 Инга, проходя мимо, чуть задерживается рядом. Наклоняется ко мне:

 — Не переживай. Они уважают силу. Особенно такую, которой не ожидали. Дерзай, твой муженек изрядно всем поднадоел, так что у тебя должно получиться. Утри ему нос.

 Я едва заметно улыбаюсь. И только когда за ними всеми закрывается дверь, я внезапно понимаю, что выдержала первый раунд. Получила рассрочку. Пока не могу понять, хорошо это или плохо, но радуюсь только тому, что могу продолжить работу. Сейчас еще рано говорить о чем-то, нужно сделать анализ, привлечь лучших специалистов, потому что Гордей, судя по всему, вообще не был настроен на работу. Его радар работал только на Лизу.

 — Ты справилась на ура, — хвалит меня Никита, как только остаемся наедине.

 — Ты тоже был на высоте. Я видела, как они испугались, когда ты сказал, что хочешь всех заменить.

 — Я правда это сделаю, Лена. Если в какой-то момент они передумают — ты можешь на меня рассчитывать.

 Я как раз собираюсь ответить, когда слышу растерянный голос секретарши, а потом дверь переговорной резко открывается, отлетая к стене, и в кабинет фурией влетает Лиза собственной персоной.

 Глава 47

 Лиза врывается с такой скоростью, будто ее кто-то гнал по коридору. Щеки пылают, глаза сверкают от ярости. Она буквально хлопает каблуками, приближаясь к столу, из-за которого мы с Никитой даже не успели встать.

 — Это что за цирк?! — взвизгивает она, не обращая внимания ни на Никиту, ни на незакрытую за собой дверь.

 Я вижу, как тут же подбегает секретарша и прикрывает ее, предварительно убедившись, что я не планирую выставлять Лизу. А я не планирую. Я прекрасно знаю, почему она пришла. Узнала, что я уволила ее с проекта, поставив другого руководителя.

 О том, что Гордей выдал ей отдельный проект, еще и назначил руководителем, я узнала случайно. У нас в компании работает очень много людей и отделом дизайна я не интересовалась. Хорошо, о ее трудоустройстве мне рассказал Антон из IT-отдела. Полезная, в общем, информация вылезла. И я решила, что змею греть на груди точно не буду.

 К тому же, насколько я знаю, знаний в дизайне у Лизы — кот наплакал. Она училась, правда, поступала, об этом мне рассказывала Марина, но вот я совсем не уверена, что она смогла получить диплом. Потому что о том, что дочь не хочет учиться, Марина тоже рассказывала.

 Когда Лиза подлетает к столу, я продолжаю за ним сидеть. Не встаю и смотрю на нее снизу вверх. Мне без разницы на наше положение сейчас. Гораздо важнее то, что в другом я сверху. Остальное меня мало интересует.

 — Ты кто такая, чтобы увольнять меня с проекта?! — продолжает Лиза. — Ты ни дня не была в офисе, ни одной встречи не провела — и теперь решила, что можешь все?

 От ее наглости у меня на мгновение заканчиваются слова.

 — Я — генеральный директор, — спокойно отвечаю. — А ты? Кто ты такая, Лиза?

 — Да я… — пыхтит она. — Я в этот проект душу вложила!

 Улыбаюсь. Становится до болезненного смешно, потому что “ЧТО ИМЕННО” вложила Лиза в проект, мне прекрасно известно.

 — Уволить тебя с проекта — первое осознанное решение на моей должности директора.

 — Ты это из мести, да? Потому что Гордей выбрал меня? — она бросает взгляд на Никиту, как будто пытается вызвать у него поддержку.

 — Гордей выбрал не тебя, Лиза. Он выбрал свою слабость. И глупость, — говорю я. — Ты — просто побочный эффект.

 Ее больно бьет этой фразой. Я вижу, как она расправляет плечи, будто собирается пойти в атаку. И, конечно, идет.

 — Ты думаешь, что они — твои инвесторы? Ха! Я с ними за одним столом сидела, когда ты борщи варила! Думаешь, они за тебя? Думаешь, они тебе верят? Да я в любой момент их переманю и все!

 — Цирк, — подытоживает Никита.

 — Иди попробуй, — спокойно говорю я. — Перемани всех на свою сторону. Только знаешь что? Ты все равно не останешься здесь работать. Даже если они все скажут, что прекращают финансирование — ты будешь уволена.

 — Ах ты…

 Лиза собирается обойти стол, но ее неожиданно останавливает Никита.

 — Осторожно, — говорит он. — Ты уже достаточно сказала, чтобы тебя вывели с охраной. Продолжишь — вылетишь отсюда прямиком в полицейский участок.

 — Я... я просто... — Лиза захлебывается словами. Ее взгляд бегает от меня к Никите и обратно. Она ищет поддержку. Хоть где-то, хоть в ком-то. Но никакой поддержки нет.

 — Ты хоть видела то, что я сделала? — спрашивает она. — Я же… я правда душу вложила в этот проект! — возмущенно. — Посмотри, я же… это был мой единственный шанс. После универа меня никуда не брали, только Гордей дал мне шанс. И у меня получилось, все были довольны. И я почти закончила проект!

 Я молча выслушиваю ее тираду и мотаю головой.

 — Ничего не выйдет, Лиза. Будь твой проект трижды хорошим, мы сделаем другой.

 Будь я трижды мстительной брошенной женой, я не позволю подстилке своего мужа работать в моей компании.

 — Я беременна! — кричит она, приводя последний аргумент.

 Я встаю. Мне так надоело слушать эту тираду. Особенно тогда, когда я не узнаю ничего нового.

 — Поздравляю. Надеюсь, ты знаешь, кто отец.

 Она замирает. Ее лицо сначала белеет, потом заливается краской. Она широко распахивает глаза и хмурится, будто пытается понять, я просто решила над ней поиздеваться или действительно что-то знаю. Я бы и хотела издеваться, но проблема в том, что знаю и эти знания мне совершенно не нравятся.

 — Уходи, Лиза. Мне совершенно без разницы и на твою беременность и на тебя, и на то, что ты спишь с Гордеем. Это моя компания. По документам я могу делать, что хочу и когда хочу.

 — По документам, — она фыркает. — Так-то ты здесь не присутствовала. И это можно доказать в суде. Именно это Гордей и сделает, ясно тебе?

 После сказанного она резко разворачивается и, цокая каблуками, выходит из переговорной. А мне неожиданно хочется рассмеяться, потому что все это выглядит, как какой-то сюр.

 В какой счастливой семье я жила? Куда смотрела, что не понимала, что мой муж спит с моей крестницей? И компанией руководит очень плохо, потому что все его мысли заняты не работой, а новой любовью. О чем я, черт возьми, думала вообще? И куда смотрела? Почему была так слепа?

 — Она что, правда работала на каком-то проекте?

 — Да, мне сказали в IT-отделе. Это плохо, да? То, что я смешиваю работу с личным.

 — Ты все правильно сделала. То, как она с тобой разговаривала, не заслуживало и малейшего шанса, так что не сомневайся. Зарвавшихся сотрудников всегда нужно ставить на место, вне зависимости от того, как они работают.

 Глава 48

 — Кофе? — в трубке звучит слегка уставший голос Никиты.

 Я знаю, что сегодня он после тяжелой ночной смены. Когда я утром уходила, он спал на диване беспробудным сном. Я пыталась его разбудить, чтобы он перелег на удобную кровать, но он и бровью не повел. Продолжил лежать лицом в подушку и забавно сопеть. Так что мне пришлось тихо уйти, чтобы вот сейчас он мне позвонил.

 Бросаю взгляд на часы. Три. Видимо, он только проснулся.

 — Хочешь приехать на кофе?

 — Ага. Я в кафе недалеко от твоего офиса. Тебе взять?

 — Бери.

 — Десерт?

 — Нет.

 — Уверена?

 — Да.

 — Буду через пятнадцать минут.

 Я приободряюсь. Зачем-то открываю ящик стола, достаю портативное зеркальце, смотрю, не поплыл ли макияж. Несмотря на то, что я продолжаю жить у Никиты и он видел меня утром, сейчас хочется выглядеть лучше, чем утром. Да что там утром, он меня в не самом лучшем виде видел, когда я болела. А там как вспомню круги под глазами и бледную кожу…

 Убедившись, что с макияжем все хорошо, откладываю зеркальце в сторону и возвращаюсь к работе, хотя после звонка Никиты мысли так и скачут. Я не могу избавиться от того, что мне пора съезжать. Жить у него постоянно — не вариант, хоть я уже и привыкла к тому, что там мне безопасно.

 Я не жду появления бывшего мужа, Николая Викторовича или подружки, которая попросит освободить территорию для дочери. В его квартире я в безопасности и мне эгоистично хочется продлить это ощущение. А еще я эгоистично хочу чувствовать себя желанной, ловить на себе его взгляды, внимание.

 Я вздрагиваю от резко распахиваемой двери. Поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом, к сожалению, не с Никитой, а с Лизой. Она походкой от бедра заходит в мой кабинет, плотно закрыв за собой дверь и идет к моему столу. Я морщусь. Не могу сдержаться.

 — Вот, — она кладет на мой стол большую папку.

 — Что там?