Ада Николаева – Трон Печатей (страница 24)
— Где это мы? — спросила, хватая ртом воздух. Если бы не рука Кая, я бы даже упала.
— На краю мира, — заявил принц. — Здесь так много духовных частиц, что трудно дышать. Нужно время, чтобы привыкнуть.
Мы подошли ближе к обрыву и теперь я могла заглянуть вниз. Из бездны вырывалось то самое сияние, привлёкшее моё внимание. Оно слепило глаза, не позволяя рассмотреть, что находится за ним внизу. Возможно, ничего. И бездна заполнена лишь бесконечным количеством духовных частиц преимущественно алого цвета. Однако сияли они настолько ярко, что разглядеть можно было все цвета радуги.
— Всё ещё не могу поверить, что у Верхнего и Нижнего миров плоская земля… — Я знала это, но воочию ещё не видела, а потому воспринимала до сего момента не всерьёз. Теперь же моё сознание навсегда изменится. — А что там внизу, за краем мира?
— Если кто-то и знает, то поведать всё равно не сможет. Оттуда не возвращаются.
— Почему ты так в этом уверен?
— Отец рассказывал, когда приводил меня сюда в детстве. Отсюда же меня переправили в Верхний мир, ценой множества жизней… — на мгновение Кай притих, опустив глаза. Затем накрыл ладонью мои пальцы, всё ещё цепляющиеся за его локоть, и продолжил: — В тот день я сам пообещал отцу распечатать наш мир и должен был любой ценой сдержать данное ему слово. А после обвинил его в собственном решении, как глупый напуганный мальчишка, в одночасье лишённый покоя и детства. Тогда я думал, что это будет легко… Героический поступок! Но стоило мне очутиться по ту сторону завесы, как я пришёл в ужас от всего нового и чужого.
— Ты был ребёнком, Кай… И не мог в полной мере отвечать за свои слова.
— Я был принцем! — возразил он. — И имел долг перед гибнущей державой, но струсил и обвинил во всём отца, хотя сам заявлял, что готов. Даже в нашу последнюю встречу — мы ругались… Я только и делал, что ссорился с ним после возвращения, хотя на самом деле просто злился из-за ноши, на которую сам когда-то согласился. Сейчас бы я сказал ему совсем другое…
— Балтазар не мог доверить спасение родного мира никому, кроме своего сына, — проговорила почти шёпотом. — Отец любил тебя. И знал, что ты тоже его любишь.
— Мы слишком мало пробыли вместе, — Кай крепче сдавил мои пальцы. — Мне не хватает его почти так же сильно, как когда я остался совсем один на другой стороне бездны.
Я отвела взгляд от обрыва, переведя его на лицо моего парня, в чьих глазах отражалось алое сияние, словно выглянувшая наружу душа принца Ада. Но сейчас я скорее видела в нём сильного, но раненого зверя, которого хотелось согреть своим теплом, но могла лишь словами:
— Ты больше никогда не будешь одинок. Обещаю!
Он посмотрел на меня с такой неподдельной любовью, что внутри начали таять все органы. И снова стало трудно дышать, но на этот раз от сбившегося сердцебиения. Кай убрал мою руку со своего локтя и поднёс к губам, одарив нежным поцелуем, а после опустился на одно колено и будто бы не принц, а рыцарь, произнёс:
— А я клянусь всегда быть рядом, моя прекрасная леди…
В сердце всегда что-то взрывалось, а по телу расползалось тепло, когда Кай звал меня так.
Глава 11
Мы проснулись рано, несмотря на поздний отход ко сну. По круглому окну в высоком покатом потолке барабанил осенний дождь, а капли отражались тенями на коже и простыне. Уют напополам с тоской — именно такие ощущения вызывает у меня звук дождя и хмурое серое небо.
Я лежала на боку, лицом к лицу с моим принцем и переплетёнными между собой нашими пальцами. Рука онемела за время сна и теперь было невозможно разнять наши ладони. Я не чувствовала себя или его, мы буквально стали одним организмом и это необъяснимым образом вселяло в сердце ощущение счастья. Мы будто всегда являлись половинками одной души и наконец снова стали единым целым.
Эта ночь стала по-настоящему особенной. Вернувшись с края мира обратно в замок и приказав слугам подготовить для наших гостей покои, мы и сами отправились отдыхать, но сон никак не приходил ни к одному из нас. Мы шептались, целовались и не выпускали друг друга из рук, переплетя наши пальцы в прочный замок. Так и остались лежать в одежде, не перейдя по обыкновению к более глубокому изучению друг друга. Однако эта ночь стала куда более интимной, нежели все прочие. Между нами как будто не осталось стен, только бесконечное доверие и любовь. Став одним целым, мы больше не сможем выжить порознь. Меня не существует без Кая. А его нет без меня. Этой ночью я окончательно убедилась в том, что он моя судьба. Моё сердце. Мой воздух и кровь, что течёт по венам.
Кай всегда был нежен в ласках, но этой ночью в его прикосновениях появился ещё и необъяснимый трепет. Касания принца говорили громче, чем слова, хотя и их было предостаточно: «Ты весь мой мир… Моя леди… Моя…», — шептал он, нежно целуя в губы и убирая за ухо волосы, пока лунный свет озарял наши лица серебром. Слов не хватало, чтобы выразить то, как сильно мы нуждаемся друг в друге, поэтому настойчиво пытались проявить любовь в каждом взгляде, вздохе и прикосновении. Так и уснули, до последнего глядя друг другу в глаза и крепко держась за руки. Сами того не заметив.
Ещё немного полюбовавшись спящим лицом моего принца, я аккуратно разняла наши руки, чувствуя, как сильно затвердели пальцы от нехватки крови, потеряв чувствительность. И с умилением наблюдала, как моя крошечная рука выскальзывает из большой ладони с длинными пальцами. У Кая красивые руки, хотя ему всегда больше нравились мои миниатюрные. Нам обоим по душе то, что мы видели напротив, нежели в самих себя. Я тонула в его вишнёвых омутах, он любовался моей зеленью. Мне нравились его точёные черты лица, ему мои мягкие. Я любила его, а он меня…
Я бы так и любовалась его спящим лицом всё утро, если бы в спальню без стука, но с криком, не ворвалась Майя, заставляя резко вскочить с постели:
— Нашла! — выпалила запыхавшаяся девушка, но тут же отвела глаза в сторону. Ей всё ещё больно смотреть на нас двоих вместе. — Я нашла Беллиана.
Кто бы мог подумать, что тиран обоснуется у самой границы Швейцарии с Италией, ещё и на горном массиве Монте-Роза. Маги, конечно, не боятся холода, что я так долго усваивала, вечно забывая про заклинание регулировки температуры, и всё же выбор убежища удивил. Там ведь никаких удобств!
Разбудив всю группу и бегло позавтракав, мы были готовы к отправке. О нашей миссии знало лишь два человека: Майя и Мирель. Первая отыскала Беллиана, а вторая зачаровала для всей группы телепортационную бумагу, настроив на требуемое место назначения. А также дала с собой запасную. И, несмотря на наличие в арсенале заклинания регулировки тепла, раздобыла для всех тёплую верхнюю одежду. В конце концов, кроме меня больше никто не обладает бесконечным резервом духовных частиц, а значит, не стоит тратить силы попусту, если утепление позволит хотя бы частично сократить затраты на заклинание. Ведь кто знает, что ждёт нас впереди…
Крис, стоявшая рядом, пискнула, получив милую пушистую шубку белого цвета, будто бы собиралась на бал, а не на опасную миссию. Кай по обыкновению облачился в чёрное длинное пальто. Мне же досталась не то шуба, не то пальто. Этакое изящное приталенное платье с узкими рукавами из тёмно-серой шерсти с огромной меховой опушкой на плечах чуть более светлого оттенка.
— От себя отрываю, — хмыкнула Мирель. — Моё любимое.
— Не стоило, — отмахнулась я. — Мне бы вполне хватило…
— Пара моего принца должна выглядеть достойно, глядя врагу в глаза! Мне точно не следует оправиться с вами?..
— Нет, — отрезал Кай. — Отряд и без того велик. А ты нужна здесь, чтобы править от моего имени.
— Как прикажете, — вздохнула женщина, раздав всем бокалы с чёрно-красной жидкостью. — За успех?..
— Как иначе! — ухмыльнулся Лорус с плохо скрываемым волнением.
Я была благодарна ему за помощь. Удивительно, как сильно он раньше меня бесил, а теперь казался приятным и смелым парнем. Я больше не считала Лоруса мерзким.
— Сегодня всё закончится, — с боевым настроем в голосе проговорила Кирия.
— Надеюсь, удача будет на нашей стороне… — сглотнула Кристина.
Подруга взяла меня за руку, и я тоже решила сказать несколько слов напоследок:
— Удача и не потребуется, только слаженная командная работа. Я в нас верю!
— Пора, — объявил Кай, после чего все пригубили вязкую тёмную жидкость.
Я никогда не была в бане и не выскакивала после неё на мороз, окунуться в сугроб или прорубь, однако теперь с точностью могла представить, что в этот момент испытывают любители попариться. Адский жар при перемещении внезапно сменился лютым холодом. Морозный ветер бил в лицо с неистовой силой, терзая кожу и царапая роговицу. Всего мгновение перед тем, как я активизировала заклинание регулировки температуры, но этого хватило, чтобы ощутить всю «прелесть» нахождения на вершине горы. Даже осенью здесь стоял минус и лежал снег, но труднее всего было от ветра, пробиравшего до костей. Никогда прежде я ещё не взбиралась так высоко, где от воздуха кружилась голова, а лёгкие отказывались работать на полную силу. Мы буквально вспарили к облакам.