Ада Линн – Мама, ты мне больше не нужна! (страница 2)

Я достаю из тайника все свои накопления. Пересчитываю. Тридцать тысяч. Это много. Это почти две недели работы. Это то, что я откладывала на новый холодильник.

Но дочка выходит замуж один раз в жизни.

Кладу деньги в конверт. Покупаю красивую открытку — с белыми розами и золотыми буквами. Пишу внутри: «Дорогая Валюша! Будь счастлива. Я всегда рядом. Мама».

Конверт кладу в сумочку.

Еду на такси. Обычно я экономлю, езжу на автобусе. Но сегодня нельзя. Платье помнётся, да и настроение не то.

Ресторан я узнаю сразу.

Самый дорогой в городе. Я проезжала мимо сто раз, но ни разу не заходила. Даже близко не подходила.

Здание из стекла и бетона. Вход украшен живыми цветами. Перед входом — красная дорожка. Стоят огромные белые буквы: «В&Д».

Валентина и… как там его? Жениха я даже по имени не знаю.

Гости подъезжают на шикарных иномарках. Женщины в длинных платьях. Мужчины в костюмах. Девушка в розовом платье выходит из такси — её встречает швейцар.

Я поправляю свой пучок. Глубоко вдыхаю. Иду ко входу.

— Приглашение, пожалуйста, — говорит охранник.

Молодой парень, подтянутый, в чёрной форме. Говорит вежливо, но твёрдо.

— Я забыла дома, — улыбаюсь я как можно приветливее. — Я мама невесты. Людмила Зайцева.

Охранник смотрит на меня. Потом на планшет в руке. Листает список. Поднимает глаза.

— Вас нет в списках.

— Не может быть. Ошибка, наверное. Позовите, пожалуйста, Валентину.

Парень секунду колеблется. Оценивающе осматривает меня и решается.

— Одну минуту.

Он говорит что-то по рации. Тихим голосом, я слышу только окончание фразы:

— …невесту ко входу, пожалуйста.

И мы ждём.

Я переминаюсь с ноги на ногу. Гости проходят мимо, косятся. Кто с любопытством, кто с презрением. Одна женщина, усыпанная бриллиантами, окидывает меня взглядом с ног до головы и громко шепчет спутнику:

— Охрана стала пропускать кого попало…

Я сжимаю сумочку. Молчу.

И вот она появляется.

Моя Валюшка.

Красивая до невозможности. Шикарное платье — белое, воздушное, струящееся. Роскошная причёска: волосок к волоску, диадема сверкает. На лице — счастливая улыбка.

Которая меркнет при виде меня.

Мгновенно.

Лицо становится белым, как её платье.

— Мама, — тихо говорит она. — Ты что тут делаешь?

Глава 2

— Я пришла на твою свадьбу, Валечка.

— Я тебя не приглашала.

Голос дочери — холодный, колючий. Я такого никогда не слышала.

— Понимаю, — говорю я, стараясь сохранить спокойствие. — Забыла, замоталась.

— Нет, мама. — Валентина смотрит мне прямо в глаза. — Я не забыла! Я просто тебя не пригласила!

Слова бьют наотмашь.

Я открываю рот. Закрываю. Не знаю, что ответить.

Мимо проходят гости — пожилая пара в вечерних нарядах. Дочь мгновенно переключается. Улыбается им, кивает, благодарит за то, что пришли.

А потом грубо хватает меня под локоть. Пальцы впиваются в руку через тонкую ткань платья.

Она тащит меня за угол здания.

Там, за поворотом, тихо. Слышно только, как шуршат шины на парковке и где-то далеко играет музыка.

— Послушай, мама. — Валентина отпускает мою руку и скрещивает руки на груди. — Я тебя не хотела видеть на своей свадьбе.

— Почему? — Мой голос дрожит. — Что случилось?

— Ничего! — Она усмехается. Коротко, зло. — Просто мой жених — из очень обеспеченной семьи. И мне было стыдно приглашать тебя.

Воздух кончается.

Я делаю вдох. Не получается.

— Как же ты можешь так говорить?

— Посмотри на себя! — Валентина кивает на моё платье, на туфли, на сумочку. — Столетнее платье с китайского рынка. Дешёвые серьги. Стоптанные туфли. Ты хотя бы видела гостей?

— Валентина, я тебя иначе растила! — Мой голос крепнет. — С матерью так говорить нельзя.

— Да я вообще никак не хочу с тобой говорить! — Она почти кричит. — Ты мне тут не нужна, понимаешь?

— Валентина, у тебя всё в порядке?

Со стороны раздаётся низкий бархатистый голос.

Я поворачиваю голову.

И вижу мужчину.

Широкие плечи. Превосходно сидящий костюм — тёмно-синий, дорогой, сидит по фигуре как влитой. Лёгкая проседь в висках. Аккуратно подстриженная борода. Чувственные губы.

Слишком стар для жениха. Мужчине не меньше пятидесяти.

— Да, Руслан Валерьевич, — быстро говорит Валентина, и её голос становится сладким, как сироп. — Всё хорошо.

— Гости ждут.

— Одну минуту.

Мужчина кивает. И переводит взгляд на меня.

Смотрит. Сверху вниз. Как на пятно грязи на безупречном паркете.

В его глазах — холод. Полный, абсолютный.