А В – Как инквизитор на пенсию уходил (страница 5)
– Нормально, – голос сел. – Впервые в жизни нормально.
Она заглянула ему в лицо.
– Ты… ты другой стал.
– Лучше?
– Не знаю. – Она помолчала. – Живее, что ли.
Леон усмехнулся.
– Выпил живой крови – стал живее. Ирония.
Аэлин вдруг рассмеялась. Смех звенел под сводами бойни, отражаясь от ржавых крюков.
– Ты чего?
– Представила, как ты домой придёшь и скажешь: «Мам, я сегодня первый раз попробовал живую кровь, я теперь настоящий вампир». А она тебе: «Сынок, а ты презерватив использовал? А то вдруг бешенство».
Леон замер, потом тоже заржал. Оборотни, валявшиеся вокруг, могли бы обидеться, но им было уже всё равно.
– Ты больная, – сказал он, отсмеявшись.
– Зато ты меня любишь.
– Это кто тебе сказал?
– Никто. Я сама догадалась.
Он шагнул к ней, притянул к себе и поцеловал. Губы Аэлин пахли кровью (своей, из раны), но это не имело значения. Важно было только то, что она здесь и не боится.
Из темноты донёсся голос:
– О, блядь, целуются. Прямо как в кино. Только декорации говно.
Из тени вышел Строн. В одной руке револьвер, в другой фляжка.
– Строн? – Леон выпустил Аэлин. – Ты как тут?
– Да мимо шёл, – Строн сделал глоток. – Решил проверить, как там синтетик справляется. – Он оглядел поле боя. – Неплохо. Для вегана. Четыре оборотня, главарь с перекушенным горлом. Пятерка.
– Ты нас пас? – Аэлин прищурилась.
– Пас, не пас, – Строн пожал плечами. – Волк написал, что вы к Уме поехали. А Ума мне должна. Я решил, что вы там сгинете, и долг с меня спишут. Пришлось выдвигаться.
– Долг? – переспросил Леон.
– Сто бутылок коньяка. Давний разговор. Не бери в голову. – Строн подошёл ближе, посмотрел на Леона. – Кровь пил?
– Пил.
– Ну и как?
– Странно. Но я не сорвался.
Строн хлопнул его по плечу.
– Молодец. Многие после первого раза крышей едут. А ты держишься. – Он покосился на Аэлин. – И эльфийка твоя не сбежала. Значит, что-то в тебе есть. Ладно, я пошёл. У меня ещё встреча с одной суккубой. Долги отдавать.
Он развернулся и растворился в темноте.
– Странный мужик, – сказала Аэлин.
– Легенда, – ответил Леон. – Говорят, он полгорода нечисти на тот свет проводил.
– А теперь долги раздаёт.
– Времена меняются.
5. Ума принимает должок
Квартира Умы встретила Строна запахом пиццы, дешёвых духов и женских проблем.
– Явился, – суккуб стояла в дверях, подбоченившись. Халат висел на ней так, что было непонятно, то ли она оделась, то ли раздевается. – А я уж думала, ты там сдох где-нибудь, и долг с тебя не спросишь.
– Живой, как видишь, – Строн протянул ей бутылку. – Коньяк. Пятизвёздочный. Не то пойло, что вы в церкви пьёте.
Ума взяла бутылку, покрутила в руках.
– Ну, проходи. Раз пришёл. – Она посторонилась. – Только у меня там бардак. И клиент скоро придёт.
– Опять курьер? – Строн вошёл, плюхнулся в кресло.
– Ага. Тот самый. Уже постоянный. Представляешь, пиццу приносит, а потом ещё и энергию оставляет. Хороший мальчик. Я ему даже скидку сделала.
– На пиццу?
– На всё, – Ума подмигнула.
Строн достал фляжку, допил остатки коньяка из неё.
– Ты мне лучше скажи, суккуба, как ты наших синтетиков нашла?
– А, эти, – Ума махнула рукой. – Сами пришли. Вампирчик тот – лапочка. Стеснительный такой. Я ему сразу сказала: «Если надоест гематоген сосать, приходи, я тебя настоящему научу». А он покраснел. Вампиры краснеют, ты знал?
– Они бледнеют, Ума. Это эльфы краснеют.
– Да какая разница. – Ума разлила коньяк по рюмкам. – Эльфийка его, кстати, тоже огонь. С характером. Я таких люблю. Из них получаются лучшие любовницы, если их разбудить.
– Ты про всех так говоришь.
– Потому что я про всех так знаю, – Ума чокнулась и опрокинула рюмку. – Слушай, Строн, а чего ты за них так переживаешь? Старые счёты?
Строн помолчал, глядя в стену.
– Мальчишка напоминает мне одного… в общем, неважно. – Он поднялся. – Ладно, я пошёл. Долг закрыт.
– Заходи ещё, – Ума проводила его до двери. – Если что – у меня и для тебя скидка будет. По старой дружбе.
– Обойдусь.
Дверь захлопнулась. Строн постоял секунду, слушая, как Ума внутри запела что-то про «одинокую суккубу» и загремела посудой. Потом усмехнулся и пошёл вниз по лестнице.
Навстречу поднимался курьер с коробкой пиццы. Парень был бледен, под глазами синяки, но на лице сияла блаженная улыбка.
– Здорово, – кивнул Строн. – Хорошего аппетита.
– Ага, – промямлил парень, не останавливаясь.
Строн покачал головой и вышел на улицу.
6. Эпилог: Бар «У Волка»
Строн сидел за стойкой и пил коньяк. Волк молча протирал стаканы. Было уже за полночь, в баре никого, кроме них двоих.
Дверь открылась, вошёл Леон. Один.
– Легенда, – кивнул он Строну.