А В – Как инквизитор на пенсию уходил (страница 4)

Строн сидел за стойкой и цедил коньяк из фляжки. Волк протирал стаканы, изредка поглядывая на старого друга.

– Слышал, у тебя там пополнение в полиции, – сказал Строн, хотя Волк не мог его слышать. Просто привычка.

Волк кивнул и показал два пальца, потом изобразил клыки и помахал рукой у виска – мол, вампир, но с приветом.

– Ага, – Строн хмыкнул. – Вампир-вегетарианец. Блять, дожили. Раньше я этих тварей серебром по печени гладил, а теперь они в форме ходят и права качают. Скоро, блядь, оборотни в Госдуму пойдут.

Волк ухмыльнулся и показал большой палец, потом постучал по пустой бутылке.

– Не, на сегодня хватит. – Строн поднялся, хлопнул по стойке помятую купюру. – Пойду я. Надо старые долги раздать. Ума там звонила, орала, что я ей бутылку должен. Суккубам лишь бы халяву срубить.

Он вышел в ночь. Волк посмотрел ему вслед, покачал головой и продолжил протирать стаканы.

1. Утро Синтетика

Леон открыл глаза и первым делом потянулся к холодильнику.

«Гематоген. Вкус ванили и металла. Ноль процентов живой крови, сто процентов твоего спокойствия».

Он открутил крышку и сделал глоток. Организм привычно заныл: «Дай нормальной, сука!» Леон мысленно послал организм в жопу. Десять лет прошло, а он всё ноет.

– О, Синтетик жрёт свой гематоген, – капитан Громов ввалился в отдел с дымящейся кружкой. – Леон, ну серьёзно, как ты живёшь? Ты же вампир, ебана! Тебе кровь нужна, а не это пойло для доноров-импотентов.

– Я жив, – спокойно ответил Леон, не отрываясь от бутылки.

– Жив, блядь, – передразнил Громов. – Ты посмотри на себя – тощий, бледный, под глазами синяки. Ты хоть в зеркало смотришься? Ах да, ты ж не отражаешься. Забыл.

– Я отражаюсь. У меня современное обращение.

– Ой, иди ты.

В дверях появилась Аэлин. Эльфийка была прекрасна, как рассвет над эльфийским лесом, который Леон никогда не видел, но представлял. Форма сидела на ней так, что даже Громов прикусил язык.

– Привет, – она улыбнулась Леону и поставила на его стол стаканчик с кофе. – На, запей свой гематоген. А то смотреть больно.

– Спасибо.

– Ой, бля, – Громов закатил глаза. – Опять эти нежные взгляды. Леон, ты хоть знаешь, что эльфы и вампиры – это как кошки с собаками? Ты её трахнешь, а она тебя потом осиновым колом ночью. Эльфийки мстительные, я в инете читал.

– В инете, – эхом отозвался Леон.

– Иди работай, Громов, – Аэлин подошла к капитану и ткнула его пальцем в грудь. – У тебя труп на Южном нераскрытый.

– Ладно-ладно, ухожу. Но я за вами слежу! – Он погрозил пальцем и скрылся в коридоре.

– Придурок, – вздохнула Аэлин.

– Зато свой, – улыбнулся Леон.

– Труп на Южном, – напомнила она. – Поехали?

– Поехали.

2. Бар «У Волка» – наводка

В баре было тихо. Пара посетителей пили пиво в углу, Волк лениво протирал бокалы. Леон и Аэлин сели за стойку.

– Нам нужна информация, – сказал Леон, кладя на стойку удостоверение.

Волк посмотрел на него, перевёл взгляд на Аэлин, потом медленно достал из-под стойки блокнот и огрызок карандаша. Написал:

«Чего надо?»

– «Гнилая кровь», – тихо сказал Леон. – Наркотик. Оборотни варят. Где искать?

Волк задумался, почесал щетину. Потом быстро написал:

«Ищейки не там роют. Спроси у Умы, кто барыжит на Южном».

Он подвинул блокнот к Леону. Тот прочитал, кивнул.

– Ума – это та суккуб?

Волк кивнул и скорчил рожу, изображая нечто среднее между страстью и испугом. Аэлин фыркнула.

– Знаем мы эту Уму. Строн про неё рассказывал.

Волк показал большой палец и написал ещё:

«Строн ей должен. Скажите, что от меня».

– Спасибо, – Леон поднялся.

Волк махнул рукой и вернулся к бокалам.

3. Ума принимает гостей

Дверь открылась почти сразу – будто их ждали. На пороге стояла женщина лет тридцати на вид, в коротком халатике и с бокалом вина. На губах размазана помада, волосы взлохмачены, но глаза – острые, цепкие, совсем не пьяные.

– О, полиция! – театрально всплеснула она руками. – А я уж думала, это пиццу привезли. Заходите, раз пришли. Только учтите: допрос с пристрастием оплачивается отдельно.

Леон замялся на пороге, но Аэлин бесцеремонно шагнула внутрь.

– У нас нет времени на шуточки, Ума. Нам нужна информация.

– А у меня ипотека, дорогуша, – Ума плюхнулась в кресло, закинув ногу на ногу. Халатик предательски сполз, обнажив длинное бедро. – Информация – товар. А товар…

Она сделала паузу и посмотрела на Леона. Тот отвёл глаза.

– Стеснительный какой, – усмехнулась суккуб. – Ты что, правда гематоген пьёшь? Слышала про тебя. Весь город гудит: «Леон – вампир-трезвенник». Слушай, а с гематогеном хоть стоит? А то клиенты жалуются, что настоящая кровь у некоторых вызывает… ну, преждевременный интерес.

– Ума! – рявкнула Аэлин.

– Да ладно, ладно, – суккуб закатила глаза. – Не будь такой колючей, эльфийка. Ваша порода вечно с выебоном. – Она повернулась к Леону и уже серьёзнее: – Ты сам-то как, мальчик? Тяжело быть белой вороной? Мои, знаешь, тоже нос воротят, что я с людьми. Мать вообще из ада звонит, орёт: «Выходи за инкуба, позоришь семью!»

Она вздохнула, закурила прямо в комнате и достала из-под дивана потрёпанный блокнот.

– Оборотни ваши, синдикат Хмурого. Гнездятся на старой бойне за Южным портом. Место гиблое – там даже бомжи не ходят, слишком воет по ночам. – Ума затянулась, выпустила дым к потолку. – Но предупреждаю: у них новая игрушка. Купили у братвы «ракушку» – глушилку для прослушки. Так что ваш отдел связи зря перегружает эфир.

Леон записывал в блокнот.

– Спасибо. Сколько мы должны?

– Ой, да ладно, – Ума махнула рукой. – Сочтёмся. – Она подмигнула. – Может, зайдёшь как-нибудь вечерком, чайку попьём? Я тебя научу, как гематоген с вишнёвым сиропом мешать. Вкус – пальчики оближешь. И не только пальчики…

– Ума!

– Шучу, шучу! – суккуб расхохоталась. – Хотя ты, эльфийка, ревнивая, а это полезно для отношений. Держитесь друг за друга, дети мои. А то в нашем мире либо сдохнешь в одиночестве, либо задушат налоги.

У двери она крикнула вдогонку:

– Леон! Передай Строну, что он мне должен бутылку! За наводку! И пусть сам принесёт – я соскучилась!

4. Бойня и первая кровь

…Леон стоял над телом Хмурого и смотрел на свои руки. Глаза всё ещё горели красным, но внутри было пусто.

– Ты как? – Аэлин подошла сзади, осторожно коснулась его плеча.