А В – Как инквизитор на пенсию уходил (страница 2)

Она оставила записку на кухне:

«Мам, пап, я вас люблю, но замуж за жабу не пойду. Уезжаю на Землю строить свою судьбу. Деньги беру в долг. Верну с процентами. Целую, ваша непутёвая дочь».

P.S. Скряга был вкусный.

Круг третий: Земля встречает

Земля оказалась холодной, шумной и пахла бензином.

Ума приземлилась (в прямом смысле – с хвостом и копытами, пришлось срочно маскироваться) в каком-то переулке. Шёл дождь. Мимо прошла женщина с собакой, даже не взглянув.

– Странно, – подумала Ума. – Я суккуб высшей категории, а на меня ноль внимания.

Она не знала, что в этом районе у людей проблемы посерьёзнее, чем внезапно появившаяся красивая девушка. Тут наркоманы по подворотням шастали, и суккуб на их фоне выглядел почти нормально.

Первым делом Ума сняла квартиру.

Агент – толстый мужик с сигаретой в зубах – посмотрел на неё оценивающе.

– Девушка, а где вы работаете?

– Я… э-э-э… самозанятая, – вспомнила Ума слово из книжки. – Сфера услуг.

– Услуг? – мужик хмыкнул и подмигнул. – Ну-ну. Только учтите, квартиру сдаю официально, договор, налоги. Чтоб без проблем.

– Какие налоги? – удивилась Ума. В аду налогов не было. Там была только вечная мука, но это как-то само собой.

– А вы откуда такая наивная? – мужик затушил сигарету. – С луны свалились?

– Можно и так сказать, – улыбнулась Ума своей самой обольстительной улыбкой.

Мужик икнул, покраснел и подписал договор, даже не глядя.

Так у Умы появилась квартира. И ипотека. И налоговая.

Интерлюдия: Первый клиент

Первые три месяца были адом. В прямом смысле – хуже, чем дома.

Ума пыталась работать по старинке: ходила в клубы, строила глазки, пила коктейли через трубочку. Но конкуренция была жёсткой. Какая-то двадцатилетняя блондинка с накачанными губами увела у неё трёх мужиков за вечер, даже не вспотев.

– Ты чё, подруга, – сказала блондинка в туалете, поправляя макияж. – Тут так не работают. Тут надо в инстаграме постить, сторис снимать, рекламу запускать. А ходить ногами – это прошлый век.

Ума вернулась в свою однушку, села на пол и заплакала. Адским пламенем. Соседи снизу забарабанили по батарее.

И тогда она поняла: надо делать то, что умеешь лучше всего. Слушать.

Она не просто соблазняла – она чувствовала людей. Их боль, их одиночество, их желание, чтобы их просто кто-то выслушал.

– Ладно, – сказала она себе. – Будем пробовать по-новому.

Она дала объявление в интернете. Без пошлости. Без намёков. Просто:

«Услуги психологической разгрузки. Чай, кофе, поговорим. Дорого»

И понеслось.

Первый клиент пришёл через неделю. Бизнесмен лет пятидесяти, уставший, с мешками под глазами. Он принёс пиццу (видимо, думал, что это свидание) и полчаса рассказывал о том, как его жена не понимает, дети не уважают, а партнёр по бизнесу хочет его кинуть.

Ума слушала. Кивала. Наливала чай.

А когда он закончил, он вдруг сказал:

– Слушай, а мне легче стало. Спасибо. Сколько я должен?

– Эм… – Ума растерялась. – Пять тысяч?

Мужик отсчитал деньги, положил на стол и ушёл.

Ума посмотрела на купюры. Потом на пиццу. Потом в окно, за которым шумел огромный, страшный и прекрасный город.

– Мама была права, – прошептала она. – Я реально с голоду не подохну.

Круг четвёртый: Клиенты бывают разные

Со временем у Умы сформировалась клиентура.

Был Вася – курьер, который приносил пиццу и оставался на чай. Он влюбился в неё с первого взгляда, но Ума чётко держала дистанцию. «Я тебя сожру, мальчик», – честно предупреждала она. Вася кивал, краснел и приходил снова. Ему нравилось, что его кто-то ждёт.

Была Лена – бухгалтерша, которая приходила жаловаться на мужа-тирана. Ума слушала, кивала, а через полгода Лена развелась, забрала детей и открыла свой бизнес. «Ты мой ангел-хранитель», – сказала Лена. Ума скромно промолчала. Ангел – это было слишком громко. Скорее, демон-хранитель.

Был даже священник. Отец Дмитрий приходил раз в месяц, пил чай с мятой и жаловался, что в его приходе одни старушки, а молодёжь в церковь не ходит. Ума давала советы. Отец Дмитрий уходил просветлённым и обещал помолиться за её грешную душу.

– Ты не соблазняешь, – удивился он как-то. – Почему?

– А зачем? – пожала плечами Ума. – Вы мне как дедушка.

Священник прослезился и пообещал принести домашних солений.

Кульминация: Адское семейство нагрянуло

Всё рухнуло через два года.

Ума как раз пила чай с Васей (он принёс пиццу с ананасами, потому что знал, что она их любит), когда в дверь позвонили.

– Кто там? – крикнула Ума.

– Открой, это мама.

Ума замерла. Вася замер тоже, хотя не понимал, почему.

– Мам, я… я не одна.

– Тем более открой. Хочу посмотреть, с кем ты там.

Дверь пришлось открыть.

На пороге стояла мать. Вся в чёрном, с идеальной укладкой и горящими глазами. За её спиной маячил Гуннар. Щупальца были аккуратно уложены в причёску (видимо, пытался произвести впечатление).

– Мам… – выдохнула Ума.

– Не мамкай. – Мать вошла в квартиру, огляделась. – И это твои хоромы? Однушка? С видом на помойку? Дочь, ты опустилась.

– Мам, это моя жизнь.

– Это позор нашей семьи! – рявкнула мать. – Суккуб, который работает психологом! Ты понимаешь, что о тебе говорят в аду? «Умка-то, Лилитова дочь, совсем с катушек слетела – людей слушает!» Это же смешно!

– А мне не смешно, – тихо сказала Ума.

– Мы забираем тебя домой, – отрезала мать. – Гуннар согласен простить твой побег. Вы поженитесь, и…

– Нет.

Мать опешила.

– Что?

– Нет, – повторила Ума. – Я не вернусь. И за Гуннара не пойду. – Она посмотрела на жениха. – Ты хороший мужик, правда. Но я не люблю тебя. И никогда не полюблю. Извини.