А. Т. – Под флагом Корабля дураков (страница 5)

Не уверен, что именно во мне увидел на первом семинаре и во время послесеминарского общения Хуанито, но он рекомендовал обязательно прочесть «Степного волка» Гессе, а совместно с Дей он же пожелал мне обязательно посмотреть «Последнее искушение Христа», – но я не ставил себе такой цели, и фильм посмотрел только через несколько лет.

От Хуанито же я впервые узнал о том, что нужно с известной осторожностью обращаться с некоторыми книгами. Как пример он привел историю Сильвера, которому Владимир Григорьевич дал на изучение какую-то книгу, но запретил выносить ее из дома. Сильвер не послушался и попал под трамвай, и в результате ему ампутировали ногу. Книга Сереброва «Мистический андеграунд» вышла только через два года, там фигурирует именно этот адепт, но его история не рассказывается.

На момент моего попадания на Корабль Дейдра была в Школе уже три года, общалась со студентами из Затамска, которые пришли на Корабль еще раньше нее, и отличалась уверенностью и редкостной преданностью Школе:

– Вот если сказали тебе на семинаре сделать то-то и то-то, то умри, но сделай!

Я ее убежденности никак не разделял, и привычно впадал в негативы.

Тогда же у меня появилась идея, которую я даже попытался отстоять перед Дей: в этой Школе вообще все неправильно учат, учат книжной теории, а нужно учить на реальных ситуациях! …и был разгромлен в пух и прах: «Ты вообще ничего не знаешь о Школе, чтобы делать такие заявления!»

Из диалогов того же периода:

– Дей, если ты хочешь пить, то не все ли равно, кто дает тебе воду?

– Нет, мне не все равно!

Команду Корабля дураков составляли для нас три человека: Владимир Григорьевич, Константин и Звездочет. Костя в какой-то степени сам рассказывает о себе в своих книгах, также он один из персонажей книг Тоонен и Александровой, но что касается Звездочета, то он почти никогда не рассказывал о себе, и только из отдельных фрагментов я могу попытаться восстановить какую-то часть его жизни.

На Корабль он попал уже взрослым, сложившимся человеком. Как он сам рассказывал: «Меня учили Костя и Гурам», и на тот момент ВС особо любил его за то, что всем житейским соблазнам Звездочет предпочитал бытийный рост. «Одновременно похожий сразу на двух великих людей: на Карла Маркса и Сократа», Звездочет был учеником известного на весь Союз целителя Медведева, прекрасно разбирался в компьютерной технике, осваивал новые для себя профессии: работал проводником, ходил в моря, организовывал концертные выступления… Много лет занимался танцами и хорошо владел гитарой. Я не могу продолжить этот список, но уверен, что это лишь небольшая часть его жизни.

Много лет Звездочет был моим духовным наставником, по сей день я считаю его очень здравомыслящим человеком, который многое знает и умеет. В таком отношении к нему я был не одинок, как говорила о нем Дей: «Ну, Звездочет-то к народу поближе, чем Костя, вот к нему и тянутся». Это действительно было так: в Приморске и Затамске авторитетом был именно Звездочет, а Костю недолюбливали, хотя и уважали.

В середине лета, 15 и 16 июля, Звездочет проводил в Приморске свой семинар, который снова шел в том же самом детском садике.

Насколько я смог понять, свой стиль ведения семинаров и свой материал Звездочет наработал не сразу, в его более ранних семинарах – по рассказам участников – можно было четко выделить элементы бизнес-тренингов, гештальт-терапию, некоторые упражнения школы Штайнера. По всей видимости, на тот момент вокруг его семинаров еще шла какая-то дискуссия, потому что июльский семинар начался с того, что Звездочет произнес в кругу собравшихся небольшую речь:

– Неверно говорить, что раз приехал Звездочет, то будет то же самое, что было недавно на семинаре. Будет тот же самый уровень, то же самое качество, но материал будет другой.

Он был представителем Школы, действовал от ее имени, и его семинары действительно соответствовали заявленному уровню.

Первой темой семинара были внутренние ценности и качества: в групповых обсуждениях нужно было установить, что вообще такое внутренние ценности, что такое качества, выявить собственные ценности и качества и расположить их в порядке собственного внутреннего приоритета.

Список ценностей и качеств я составлял самостоятельно, поэтому получился он кратким и характерным. Коррекции Звездочеты были четкими и в меру строгими. Ничего феноменального в моем списке не было, обычное хорошее ложное мнение о себе.

Как потом объяснял Звездочет, для каждого студента (участника семинара, ученика Школы) выстраивалась своя линия, и все семинарские ситуации, все коррекции были звеньями выстроенной индивидуальной цепи обучения. Поэтому нет никакого смысла описывать семинарские ситуации – это всегда будет нечто отрывочное и неполное.

Темой обсуждений и самостоятельной работы второго дня были «Законы и принципы, по которым я существую в этом мире». После обескураживающего общения первого дня я погрузился в себя, список снова составлял индивидуально и получился он достаточно негативным:

Самооправдание.

Конформизм (уход-бегство от конфликтных ситуаций).

Трусость (страх).

Бегство от ситуаций требующих ответственности, внутренней стойкости, самостоятельности, свободы.

Стремление к минимуму напрягов (пассивное).

Мнительность (гордыня).

Стремление к благополучию, иногда ценой «покупки» этого благополучия, боязнь решений.

Услужливость.

«Наездничество», стремление жить за чужой счет.

(тут Звездочет уточнил: «Нечто в духе Остапа Бендера?» Я подхватил: «Да!».. хотя понимал, что это вовсе не так, но удержать себя не мог, и почему-то Звездочет оставил это без комментариев. Позже на одном из семинаров Звездочет упомянул о том, что в некоторых суфийских школах ученика на начальной стадии обучения определяют как «лгущее животное»: он не может не лгать и контролировать свои инстинкты.)

Все упорядочить.

Накопление книг, которые так и не читаю. Сбор «карт города».

Стремление к развитию.

Лень.

Беспомощность, инерция.

Отсутствие самостоятельности.

Звездочет опрашивал каждого участника по выполненному заданию, поразило выступление Хвостатого, у которого в его «своде законов» было очень сильное ядро из эволюционных принципов. Но были у людей в их «сводах» и более простые правила: «Не давать в долг больше, чем могу позволить себе потерять» (Лепихина).

Помимо психологической части были, разумеется, танцы и энергетические практики, а также театральные постановки: в маленьких сценках народ творчески и с юмором выражал свое понимание обсуждавшегося материала. Это, конечно, было интереснее танцев, но тут отвертеться было сложнее и приходилось участвовать.

– Сейчас уже за полночь, голова отключается и начинает включаться некий иной орган восприятия, который мы и попытаемся задействовать для понимания этого текста. Господа, кто из вас хорошо читает вслух по-русски? – Звездочет достал какой-то непростой текст, и я после чтения даже пытался задавать вопросы о натуральных ладах, которые как-то относились к теме текста, но при этом сам фиксировал, что уже не понимаю ни ответов, ни связи моих вопросов с темой.

Все время семинара, не только на практиках, но и во время работы групп и свободного общения Звездочет непрерывно был на виду, не отлучаясь практически никуда.

На том семинаре я зафиксировал некоторые из его рекомендаций:

По поводу выработки концентрации внимания:

– Если вам нужно выучить что-то, а вы не можете это запомнить, то включите на полную все источники звука, которые есть в квартире: радио, телевизор, магнитофон. Этот накал даст повышенную концентрацию на материале. Не нужно отождествляться с тишиной!

По поводу набора энергии:

– Для набора энергии Солнца смотрите на него сквозь дифракционную решетку ресниц, не прямо, чтобы глаза не обжечь! Желательно делать это лежа. Лучше всего набирать энергию в тот момент, когда Солнце становится темно-красным, это на закате или восходе. Таким же образом можно брать энергию Луны: на вдохе через левый глаз втягивать энергию в себя, через правый на выдохе отдавать. Если видение развито, то можно увидеть как выстраивается тонкая петля от вас к Луне.

В контексте гурджиевской работы Звездочет рекомендовал создать себе «будильник»:

– Случайным образом остановите кассету с вашей любимой музыкой во время перемотки и начитайте на нее ряд вопросов по самовспоминанию, сделайте это раз тридцать, а потом гуляйте по городу и в тот момент, когда вопросы начнут звучать в наушниках, остановитесь и отвечайте на них. Вопросы можно взять в книге Успенского «В поисках чудесного».

– Помните, что ученик не должен делать того, что может повредить Работе. Работа должна делаться ради нее самой, а не ради результата.

– Действовать, жить, быть, – это должно быть стержнем развития.

Молитвы я еще плохо, но уже читал. Боцман научил меня как вести счет молитвам во время их произношения: на одной руке загибаешь пальцы откладывая единицы, а на другой аналогичным образом десятки. Таким образом можно не сбиться на сорока «Господи, помилуй!» и не выделывать эксперименты с дыханием, пытаясь десяток молитв произнести на одном выдохе. Звездочет добавил:

– …молитвы в основном несут в себе смысловую составляющую, а псалмы действуют уже вибрационно, там есть такие места, которые вообще непонятно, что значат. Начинать чтение Псалтыри нужно всегда со вступительных молитв, а оканчивать специальными завершающими молитвами, но если на это нет времени, то можно заканчивать сороковым или девяностым псалмами.