А. Роуден – Цена двух наследников (страница 6)
Слово повисает в воздухе, между нами, тяжелое и абсурдное. Я смотрю на него, пытаясь понять, не ослышалась ли я.
«…Что?» – это все, что я могу выдавить из себя.
«У меня нет времени повторять, синьора Росси. Вы не ослышались», – его тон не меняется. «Мне нужны наследники. Два сына. Рожденные от вас. Вы вынашиваете их, рожаете. После рождения второго ребенка и подтверждения его здоровья и… происхождения, наши обязательства перед друг другом будут считаться выполненными. Вы получите все, что я пообещал, и исчезнете. Я больше никогда вас не побеспокою».
Я вскакиваю с кресла. Кровь отливает от лица, в ушах звенит. Это безумие. Это чудовищно!
«Вы… вы сумасшедший!» – я почти кричу. «Вы хотите, чтобы я родила вам детей? Как инкубатор? Как сука для вашей драгоценной крови?»
Он не двигается. Его спокойствие взрывоопасно. «Язык, синьора Росси. И да. Именно так. Это сделка. Более чем щедрая, учитывая ваше текущее положение. Вы получаете свободу. Я получаю то, что не могу купить иначе».
«Иначе? А что, есть женщины, которые согласились бы на это добровольно?» – я истерически хохочу.
«Добровольно? Нет. За деньги, статус, безопасность? Безусловно. Но это создает ненужные привязанности, обязательства, слабости. Мне не нужна жена. Мне нужна мать для моих сыновей. С четко оговоренными условиями и сроком действия контракта».
Его слова такие холодные, такие расчетливые, что у меня перехватывает дыхание. Он говорит о детях, как о бизнес-активе. О матери – как о временном сотруднике.
«А если это будут девочки?» – бросаю я ему вызов.
«Контракт будет считаться невыполненным. Мы продолжим попытки, пока цель не будет достигнута».
У меня подкашиваются ноги. Я снова падаю в кресло. Это не освобождение. Это пожизненное рабство под маской сделки. Годы. Годы отдачи своего тела, своей утробы этому монстру. Рождение детей, которых у меня сразу же отнимут. Или… хуже того, которых я, возможно, никогда не смогла бы оставить.
«А если я откажусь?» – шепчу я, уже зная ответ.
Он медленно открывает ящик стола и достает папку. Кладет ее передо мной. «В этом случае, вы останетесь здесь на прежних условиях. Как собственность. Без прав, без свободы, без будущего. Ваша семья в Севилье… лишится моей защиты. Алессандро Росси уже получил свой платеж. Его долги погашены. Теперь он – мой должник. И он будет выполнять мои поручения, чтобы отработать свой долг. В том числе, и по контролю за вашей матерью».
Он не угрожает. Он констатирует. И от этого еще страшнее. Он выстроил完美的ную ловушку. Свобода – призрачная, далекая – маячит впереди. А здесь, в реальности – пожизненное заключение и опасность для моей семьи.
Я смотрю на папку. А потом на него. На этого человека, который покупает и продает человеческие жизни с легкостью торговца акциями.
«Вам нужно время подумать», – говорит он, как будто читая мои мысли. Он пододвигает ко мне одну из бумаг. «Это проект нашего соглашения. Все условия изложены. Вам дается двадцать четыре часа».
Он встает, давая понять, что разговор окончен. «Карло проводит вас обратно».
Я беру бумагу дрожащими пальцами. Листы кажутся невероятно тяжелыми. Я встаю и, не глядя на него, иду к двери. Мои мысли – хаос. Ужас. Гнев. И где-то глубоко, глубоко внутри – крошечная, предательская искра чего-то, что чувствует себя… обнадеженной. Свобода. Он предложил свободу.
И это делает его самым опасным монстром из всех.
Дата: отсутствует.
Мое предложение: «В обмен на наследников.»
Ее реакция: Взрывная. Истерика. Оскорбления. Ожидаемо. Стадия отрицания и гнева. Необходимо сохранять абсолютное спокойствие. Ее эмоции – это пар, который должен выйти. Любая моя эмоциональная реакция даст ей рычаг давления.
Объяснение логики: Подчеркиваю деловой, безэмоциональный характер предложения. Упоминаю, что альтернативы (жена, любовница) создают «слабости». Это ключевое слово. Оно заставляет ее понять, что это не каприз, а стратегическая необходимость.
Вопрос о девочках: Проверка границ. Она ищет лазейки. Мой ответ четок: контракт не выполнен. Это убирает надежду на случайность и заставляет осознать всю серьезность намерений.
Вопрос об отказе: Ключевой момент. Переход от уговоров к демонстрации силы. Папка с досье на ее семью и информацию по А. Росси подготовлена заранее. Угроза не прямоя, а опосредованная – через лишение защиты и использование А. Росси. Более изощренно и эффективно.
Ее состояние после озвучивания альтернативы: Шок. Тишина. Осознание полной зависимости. Первая стадия принятия. Она больше не кричит. Она дрожит.
Предоставление времени и контракта: Тактический ход. Давление было оказано. Теперь нужно отступить, чтобы она сама начала проигрывать в голове худший сценарий. Контракт – материальное подтверждение серьезности моих намерений. 24 часа – достаточный срок для того, чтобы страх и расчет взяли верх над эмоциями.
Наблюдение при ее уходе: Она берет контракт. Это уже не отказ. Это начало рассмотрения предложения. Искра надежды на свободу зажжена. Теперь она будет работать на меня, разрываясь между ненавистью и желанием вырваться.
Вывод: Первая фаза переговоров завершена успешно. Объект не согласился, но и не отказался категорически. Следующие 24 часа – период психологического давления через одиночество и размышления. Вероятность принятия условий – 85%.
Дата: отсутствует.
Возвращение в клетку.
Я снова в своей комнате. Дверь заперта. Я сижу на кровати, сжимая в руках эти несколько листов бумаги. Юридический язык. Пункты. Подпункты. «Обязанности Стороны А»… «Компенсация для Стороны Б»…
Я – Сторона Б. Человеческий инкубатор.
Я пытаюсь читать, но буквы пляшут перед глазами. «…обязуется предоставить… медицинское обследование… гарантировать благоприятные условия для зачатия и вынашивания…»
Зачатие. Слово, которое должно быть связано с любовью, с желанием. Здесь оно звучит как технический термин для оплодотворения скота.
Я дочитываю до конца. Все четко. Беспристрастно. Щедро. После выполнения условий – десять миллионов евро на новый счет. Новый паспорт. Полная анонимность. Охрана на первые полгода. Все продумано. Как будто он занимается этим всю жизнь.
Может, и занимается.
Я бросаю контракт на пол и зарываюсь лицом в подушки, чтобы заглушить крик. Что я выберу? Пожизненное заключение в этой золотой клетке? Или продажу своего тела, своей утробы, возможности когда-либо иметь собственную, настоящую семью?
Родить ему детей… Детей, которые будут носить его имя. Его кровь. Детей, которых я, возможно, никогда не смогу полюбить, потому что они будут напоминать мне об этом насилии. Или, что еще страшнее… которых я полюблю. И которых у меня отниму.
Альтернатива – быть его вещью. Исполнять любые его прихоти без всякой надежды на свободу. И жить в страхе за маму.
Семь миллионов. Он купил не меня. Он купил мой выбор. И поставил меня перед самым ужасным решением в моей жизни.
Я поднимаю контракт с пола, разглаживаю смятые листы. Я должна думать. Холодно. Рационально. Как он.
Это сделка. Самая ужасная сделка в мире. Но это все же сделка. С конечным сроком. С светом в конце туннеля.
Я подхожу к окну и смотрю на каменную стену. За ней – свобода. Доступная ценой моей души.
Что же ты выберешь, Элиана? Вечную тюрьму? Или временное проклятие, ведущее к свободе?
Я не знаю. Я не знаю. Но я должна решить. До завтра.
Дата: отсутствует.
11:00. Наблюдение за объектом в комнате.
Действия: Первоначальный шок, слезы (наблюдал по камере, плечи вздрагивали). Затем – попытка читать контракт. Отторжение (бросила на пол). Стадия торга с самой собой.
Ключевой момент: Она поднимает контракт с пола и снова начинает читать. Медленно, вдумчиво. Это переломный момент. Гнев и отчаяние сменяются анализом. Она начинает рассматривать это как сделку. Ее психика ищет способ адаптироваться, рационализировать ужас.
Ее дилемма: Свобода против моральной целостности. Но при ближайшем рассмотрении, моральная целостность в ее положении – иллюзия. Она уже сломлена, куплена и продана. Свобода – единственная реальная ценность, которую она может получить. Ее интеллект должен привести ее к этому выводу.
Прогноз на следующие 24 часа: Она проведет ночь в борьбе. Утром будет измотана морально и физически. Это идеальное состояние для принятия условий. Страх перед безысходностью перевесит ужас перед временным обязательством.
Мой план на завтра: Если она согласится – немедленно провести медицинское обследование. Начать процесс. Откладывание ослабит ее решимость. Если откажется… придется перейти к Плану Б. Содержание в качестве заложницы. Менее продуктивно, но не бесполезно.
Личная заметка: Ее борьба… впечатляет. В другом мире, в других обстоятельствах, она могла бы быть кем-то значительным. Возможно, именно это я и покупал. Не просто женщину. Потенциал. Для моих сыновей.
ГЛАВА 6: ПЕРВАЯ КРОВЬ
Дата: отсутствует.
24 часа спустя.
Я не спала всю ночь. Контракт лежал на столе, как обвинительный акт против всей моей жизни. Я перечитывала его снова и снова, пока слова не превратились в бессмысленные закорючки. Я прошла через все стадии горя: отрицание, гнев, торг, депрессию. И теперь, с первыми лучами солнца, меня накрыло пустое, леденящее принятие.