А.М. Сунгурский – До моря не доехали (страница 7)

— Мы всё равно ждём.

— Надежда Павловна, вы приобретали организованную поездку. Не индивидуальный тур.

— Я приобретала двухместный номер с балконом. Вот мой перевод. Вот ваша переписка. Там ровно это написано.

Римма скосила глаза на телефон.

— Я вам разве отказала?

— Пока вы мне просто не ответили.

Из автобуса высунулась Дина.

— Надя, иди сюда. Люди ждут.

— Люди тоже деньги платили.

Галина стояла рядом, не зная, пора ли подниматься. За спиной сопел мужчина, державший ребёнка на руках. Ребёнок спал, прижав влажную щёку к отцовской шее. Надежда увидела его, убрала телефон и отступила к ступенькам.

— Хорошо. В дороге поговорим.

Римма кивнула слишком быстро.

В салоне Аркадий раздавал огурцы на бумажной салфетке. Галина взяла один. Он хрустнул так громко, что Надежда обернулась с пятого места.

— Нормальные?

— Хорошие.

— Берите, пока есть, — сказал Аркадий, поднимая пакет. — Потом ко мне со своим лишним приходите, у меня еда не пропадает.

Надежда покачала головой.

— После супа не буду. А то Дина потом скажет, что я сама виновата.

— Дина потом скажет: сиди спокойно, — отозвалась сестра.

Автобус выехал на дорогу. Галина достала пирожки и предложила Семёну. Он взял один, откусил, осторожно собирая крошки ладонью.

— С картошкой?

— С картошкой и луком. Есть с капустой.

— Этот хорошо.

Он ел молча. После кафе и чужого разговора Галина уже не хотела спрашивать его ни про работу, ни про поездку. Она смотрела, как солнце перемещается по окну и с каждым поворотом дороги освещает другую часть салона.

Через час Римма прошла мимо них с телефоном у уха. Связь то появлялась, то пропадала. Она повторяла «Алло, слышно?» и раздражённо растягивала последнее слово. У заднего ряда остановилась, повернувшись лицом к окну.

— Я говорю, утром. Утром будет. Нет, эти двое уже оплатили… Да не двое, все. Это разные вещи.

Галина отвернулась, давая понять, что не слушает. Семён продолжал листать книжку. Римма понизила голос, и дальше стало слышно только шуршание шторки у её локтя.

Когда она ушла, Семён поднялся.

— Пройду немного. Нога затекла.

Галина поджала колени, хотя ему и так ничто не мешало. Он направился к жене, остановился рядом с Диной и наклонился. Дина что-то ответила, не поднимая головы. Надежда положила телефон экраном вниз.

Галина видела их между спинками. Через несколько секунд Дина отвернулась к проходу, а Надежда — к окну. Семён постоял, затем пошёл дальше, к водителю, будто первоначально собирался именно туда.

Дина догнала его взглядом и сказала достаточно громко, чтобы услышали несколько рядов:

— Не надо мне через него передавать. Я тебе сама верну.

Надежда ответила тише. Галина слов не разобрала. На пятом месте качнулась шторка, скреплённая булавкой, и закрыла женщине плечо.

Впереди кто-то включил мультфильм ребёнку. Тонкий голос героя, почти заглушённый мотором, повторял одно и то же обещание. Галина сунула наушники в уши, но музыку не включила. Ей хотелось немного тишины, а чужие семейные дела всё равно находили дорогу между креслами.

До моря оставалась ночь.

Глава 5. На большой остановке

Когда Римма объявила сорок минут на ужин, в салоне зашевелились даже те, кто недавно уверял, что до утра ничего не хочет.

За окном было темно. Автобус подъехал к освещённой площадке, где в одном длинном здании помещались столовая, магазин и несколько дверей с одинаковыми белыми табличками. Под козырьком висели камеры. Одна смотрела на кассу через стекло, другая — на стоянку. На стене показывали время и температуру. Галина успела прочесть 22:21, потом дверь закрыла ей табло.

Она вышла в числе последних. Ноги подкашивались, поясница ныла. На асфальте после дневной жары сохранилось тепло; откуда-то пахло мокрой травой. Старший водитель обошёл автобус, а Стас закурил у разрешающего знака возле урны.

Надежда стояла рядом с Галиной и растирала ладонями лицо.

— Всё хорошо? — спросила Галина.

— Пока да. Я даже поспала. Только шея деревянная.

Она повернула голову, сморщилась, потом засмеялась над собой.

— Дома говорят: куда тебе на море, полежишь на грядках. Как будто на грядках шея меньше болит.

— У вас дача?

— Была у мамы. После неё продали. Дина за город ни ногой, мне одной не надо. Я поначалу рассаду ещё покупала по привычке. Держала на балконе, потом соседке отдавала.

Внутри столовой гремели подносы. Галина увидела большую очередь, передумала есть горячее и пошла в магазин. Надежда двинулась с ней.

— Что думаете с номером? — спросила Галина, не удержавшись.

— Хозяйке написала. Нашла её сама. По названию, потом по фотографии дома. Жду ответа.

— Ночь же.

— У них отдыхающие. Может, ещё не спит.

Надежда взяла корзинку, посмотрела на ряд маленьких бутылок и поставила её обратно.

— У меня там напиток ваш лежит. Лучше его выпью, а то столько добра везём и всё опять покупаем.

— Он уже ваш.

— Ладно, пусть будет мой.

В магазине они выбрали по яблоку. Галина взяла ещё пачку влажных салфеток: свои она утром оставила возле зеркала. Надежда долго рассматривала дешёвые солнцезащитные очки на вращающейся стойке. Одна пара была белая, с широкими дужками.

— Как? — спросила она, примерив.

Галина посмотрела и честно ответила:

— Большие.

— На море можно большие.

— Тогда берите.

Надежда сняла очки, нашла на дужке цену и тихо присвистнула.

— На море возьму. Там хоть обманывают с видом на воду.

Возле кассы стояла Дина. Перед ней лежали сухари и простая вода. В другой руке она держала маленький футляр с отделениями — такой, в каких раскладывают таблетки по дням. Галина отвела взгляд, но Дина заметила.