А.М. Сунгурский – Чужой выкуп (страница 7)

— К ним.

Дорога до Рыбинска была впереди, и за это время неизвестный мог позвонить семье ещё раз. Лидия положила телефон поверх блокнота, чтобы не пропустить вызов, и набрала начальника.

Глава 4. Другая машина

Вера проснулась оттого, что Ася сползала ей на плечо.

Она осторожно подалась к стене, освобождая место, но Ася всё равно проснулась. Села прямо, провела связанными руками по лицу. В комнате было темно. Только под дверью лежала светлая полоска, пересечённая ножкой стула.

— Который час? — прошептала Ася.

Вера посмотрела на своё запястье. Часов она давно не носила; движение оказалось настолько привычным, что она рассердилась.

— Ночь ещё.

Снаружи звякнуло железо. Кто-то шёл мимо их двери, остановился, повернул ключ. Вера быстро села, подбирая под себя ноги. Рома вошёл с фонариком телефона в руке. Посветил на них обеих, задержал луч на шнуре.

— В туалет надо?

Ася кивнула.

Пока Рома возился с узлами, она спросила, где второй. Вера удивилась её голосу: ровному, деловому. Так можно было уточнить, кто сегодня принимает товар.

— Поехал, — ответил Рома.

— За деньгами?

Он ничего не сказал. Ася осталась сидеть со свободными руками. Посмотрела на Веру; в темноте блеснули белки глаз. Вера поняла её надежду и сразу испугалась: сейчас та начнёт просить отпустить их раньше, объяснять, что всё решено, мешать ему.

Но Ася молча поднялась и ушла за занавеску.

Рома разрезал Верину верёвку. После этого, во второй раз за сутки, кисти стали её собственными. Она пошевелила пальцами, потёрла запястье. На коже осталось две красные полосы, одна с потемневшей серединой.

— Нам ведь уехать дадут? — спросила она. — Когда он вернётся.

Рома присел на стул возле двери. В мастерской за его спиной работала переноска. Свет ложился низко, на пол, и от человека оставалась длинная тень.

— Дадут.

— На моей машине?

Он поднял глаза.

— Тебе какая разница?

Вера чуть не сказала, что это её заработок. Сдержалась, а он усмехнулся так, будто всё равно услышал.

— Машину боишься потерять?

— Домой попасть хочу.

Рома повертел в руке телефон. Чёрный чехол блеснул. На экране была переписка; Вера видела строки, но слишком далеко, чтобы прочитать. Он набрал несколько слов большим пальцем и положил аппарат возле бедра.

Ася вернулась, села на матрас. Телефон завибрировал, и Рома ответил. Послушал, сказал: «Сначала довези». Потом поднёс аппарат к Асиному лицу.

— Скажи, что ждёшь.

— Олег, я здесь. Мы ждём. Ты доехал?

Рома забрал телефон, не дав ей услышать ответ. Повторил мужчине, чтобы ехал, и закончил разговор. Вера смотрела на Асю. Та не плакала, только шевелила губами, будто продолжала спрашивать, сколько ещё осталось дороги.

Рома дал им пить из бутылки, потом велел снова свести руки. Вера попросила оставить хотя бы до утра. Он встал. Просьба кончилась.

Теперь шнур лёг поверх уже натёртой кожи. Вера смотрела на макушку человека, который наклонился к ней, и ненавидела каждую мелочь: редкие волосы у виска, белую чешуйку на воротнике, запах лука. Всё это должно было принадлежать кому-то обыкновенному. Тому, кто платит в магазине и здоровается с соседями. Он поднял голову, она успела опустить глаза.

Дверь закрылась. Через некоторое время в мастерской затихли шаги. Ася легла на бок, лицом к стене. Вера задремала сидя.

Стук был коротким. Два удара, пауза, ещё один. Вера не сразу поняла, что стучат снаружи здания. Рома встал со своего места; скрипнул стул, затем щёлкнул выключатель. Свет под дверью стал ярче.

Чужой голос произнёс что-то у ворот.

Вера вытянула шею. Ничего не разобрала, кроме Роминого ответа:

— Рано ты. Его ещё нет.

Мужчина ответил тише. После паузы Рома засмеялся, коротко, без веселья.

— Какая половина? За что половина?

Ася подняла голову. Они посмотрели друг на друга. Вера прижала палец к губам и сразу почувствовала глупость этого жеста: Ася и так молчала, уткнув подбородок в кофту.

В мастерской разговаривали ещё. Отдельные слова долетали отчётливо, остальное тонуло в гуле, который Вера раньше принимала за работающий вентилятор. Мужчина сказал: «Тогда сам…» Рома перебил. Что-то тяжёлое скользнуло по полу.

Потом прозвучал выстрел.

Звук заполнил комнату так внезапно, что Вера ударилась затылком о стену. Ася всхлипнула и зажала рот ладонями. Снаружи упало ещё что-то, более лёгкое. Покатилось, звеня, и остановилось возле их двери.

Вера сперва подумала, что Рома выстрелил в приехавшего. Через секунду — что приехавший в Рому. Она не могла решить даже этого; знала только, что здесь был пистолет и один человек только что перестал разговаривать.

В дверь ткнулись. Замок не открылся с первого раза. Кто-то раздражённо выдохнул, повернул ключ ещё раз и потянул створку на себя.

Вошёл мужчина с закрытым лицом. Тёмная ткань оставляла только глаза и узкую полоску кожи вокруг них. На нём была куртка без заметных надписей. Правую руку он держал в кармане, левой светил маленьким фонарём.

Вера поднялась, не понимая зачем. Задела ногой стул; тот опрокинулся, ударившись спинкой о бетон. Ноги начали дрожать так сильно, что пришлось ухватиться за стену.

— Сидеть, — сказал мужчина.

Она села. Ася осталась возле неё, согнувшись.

Мужчина быстро оглядел комнату. Увидел шнур на руках, умывальник, окно. Вернулся взглядом к женщинам.

— Кто Невельская?

Ася ответила не сразу. Вера успела подумать, что та сейчас назовёт её. Мысль была дикой и такой отчётливой, что она почувствовала стыд ещё до Асиного голоса.

— Я.

Он шагнул к ней, взял за подбородок и повернул лицо к свету. Ася не сопротивлялась. Затем он посмотрел на Веру.

— А ты?

— Водитель. Я случайно. Меня…

— Обувь надень.

Вера только теперь заметила, что одна её кроссовка лежит возле матраса. Ночью она вытолкнула из неё пятку, потому что нога затекла. Подцепила обувь носком, нагнулась, но связанными руками не смогла расправить задник. Мужчина постоял секунду и выругался.

Он достал нож. Вера отшатнулась. Тот взял её за обе кисти, повернул и разрезал шнур. Потом сделал то же с Асей. Порезанные куски упали на бетон.

— Руки перед собой. Ничего не брать.

Ася подняла кофту.

— Это моё.

— Надень.

Она попыталась попасть правой рукой в рукав, скривилась. Вера помогла. Мужчина нетерпеливо подёргивал ногой, потом вышел, велев ждать. За дверью загремело железо.