А Карст – Warsword : Trilogy (страница 47)
Крылья дрогнули, воспоминания о матери начали исчезать, как туман, развеиваемый резким порывом ветра. Тонкие, серебристые нити песни потускнели, угасая под давлением его силы. Каждое слово, каждая нота — тёплое дыхание детства и любви — растворялись в тёмной пустоте, которую Александр создавал вокруг неё.
Страха и горести больше нет…
Но мир Александра хрипел от криков пленников, от стонов разрушенных городов. Страх не исчез — он жил в каждом камне, в каждом дыхании мутантов.
Солнце вновь возобновило бег…
А здесь солнце горело сквозь дым пожарищ, обнажая расплавленные крыши и тела, обессиленных бойцов. Свет не согревал, а лишь выставлял на показ разрушение.
Тьма давно ушла за горы…
Но тьма не ушла: она плелась по улицам, проникала в сердца людей, в магию и алхимию. Совет и варлорды правили без помех, как ночной кошмар, не желающий рассеяться.
И цветок ветрами стал объят…
Каждое живое дыхание было словно сдавлено смертоносными ветрами войны. Красота и нежность исчезли, а вместо них — жестокость, инстинкт и выживание любой ценой.
Над ним никогда не замкнется закат.
Для Белоридии закат вечен. Каждая ночь приносит новые бои, новые смерти. Свет надежды лишь мираж, который тает на горизонте, не давая покоя.
И тьма… Не поселится в его маленьком сердце.
Но маленькие сердца здесь давно исчезли. Каждое создание, подчинённое Александру, — инструмент силы, лишённый слабости. Тьма уже поселилась в их сущности, стала частью их плоти.
Никогда…
Никогда здесь не бывает покоя. Никогда страх не уходит. Никогда надежда не длится дольше одного мгновения перед новым штормом разрушений.
Александр сидел на троне, спина ровная, взгляд холоден. Летучая мышь устроилась у его ног, её крылья слегка прикрыли тело, создавая полумрак вокруг него. Тишина была абсолютной, и песня матери больше не всплывала в её памяти — магия Александра сделала своё, затушив каждый светлый отблеск воспоминаний.
Мир за пределами зала оставался жестоким и мрачным: разрушенные города, пепельные поля, бесконечные стражи и варлорды, готовые к битве. Контраст был ясен как никогда — светлая, почти детская песня о надежде и свободе исчезла, уступив место власти, страху и контролю.
Летучая мышь опустила голову, тихо вздыхая, принимая своё положение. Александр лишь слегка провёл рукой по её голове — жест, больше похожий на формальность, чем на нежность. Она не ощущала уже радости воспоминаний, только холодную уверенность: здесь ей позволено существовать, но ни на мгновение нельзя забывать, кто держит нить её судьбы.
Трон возвышал Александра над миром. Его взгляд был направлен на все, что подчинено его воле. Песня исчезла, и с ней исчезла иллюзия детской невинности; осталась лишь реальность: порядок через страх, власть через контроль, жизнь через подчинение.
Летучая мышь сидела тихо, её глаза отражали смесь смирения и остатки животной дикой природы, готовые к действию по приказу хозяина. И даже без музыки воспоминаний, этот момент был полон напряжения и скрытой силы, напоминая о том, что песня теперь лишь эхо, заглушенное могуществом Александра.
**Хроника Ридии**
**I. Эпоха Единого Государства**
*
Ридия была лишь одной провинцией, богатой и плодородной.
*
Под властью Империи её земли цвели, а дороги были полны караванов.
*
Но вместе с другими провинциями она вкусила сладость порядка и яд зависимости.
**II. Распад и война**
*
Когда Единое государство пало, Ридия оказалась без щита.
*
Соседние земли возжаждали её полей, и разгорелась война.
*
Годы огня и стали сожгли города, дети гибли в снегах, а реки полнились трупами.
*
И только договор, подписанный кровью правителей, остановил резню.
**III. Рождение новой власти**
*
После войны в Ридии воцарился новый порядок.
*
Церковь и инквизиция не исчезли, но были скованы цепями трона.
*
Даже Святые — быстрые, как тени, и сильные, как звери, — стали не хозяевами, а слугами.
*
Грозная, но устойчивая власть поднялась над руинами.
**IV. Тени гор**
*
В горах укрылись чудовища, порождения древних земель.
*
Там же скрылись разбойники — остатки армий, изгнанные из городов.
*
Они терзали путников, но их клыки и ножи были лишь локальной раной, не смертельной язвой.
**V. Война небес**
*
Но главная угроза пришла не от людей, а от крылатых титанов.
*
Два дракона — Огненный и Ледяной — восстали один против другого.
*
Их ненависть была древнее людских королевств и не знала конца.
*
Сёла сгорали до тла, города покрывались льдом, и ни один правитель не мог остановить их войну.
**VI. Настоящее**
*
Сегодня Ридия стоит на острие.