А Карст – Warsword : Trilogy (страница 49)

Вскоре банши оказались загнаны в угол перевала, не имея возможности атаковать. Их крики, обрушенные обратно ими же, создавали резонанс, который ослаблял их силы. Батори направила финальный удар — вихрь пламени и тьмы обрушился на последнюю банши, и та с громким ревом рухнула в снег, побеждённая.

Команда стояла, тяжело дыша, но довольная результатом: перевал очищен, банши подавлены, и теперь они могли безопасно продолжить путь в горы.

Команда, оставив позади перевал, углублялась в горы. Ветер завывал между скалами, снег хрустел под ногами, а взгляд Батори и Авалона был напряжён — они чувствовали, что впереди нечто большее, чем обычные драки.

На узкой тропе Круэлла, как всегда, двигалась впереди, шутливо покачивая своим оружием. «Вы знаете, что эти драконы сражаются друг с другом не просто так? — сказала она, останавливаясь и оглядывая команду. — Это старая вражда, веками их предки спорили за территории и магические кристаллы в этих горах. Белый ледяной дракон оберегает древние святилища, а красный огненный дракон — родовые клады огненных кланов. Оба считают себя законными хозяевами этих земель.»

Клейя нахмурилась, пробираясь по снегу. «И эти драконы настолько упрямы, что их конфликты разрушают всё вокруг?»

«Да», — подтвердила Круэлла. — «Они не понимают, что их битва губит землю, людей и животных. Именно поэтому княгиня хочет, чтобы мы вмешались. Нам придётся найти способ их примирить… или хотя бы остановить разрушения».

Авалон молча кивнул. Его взгляд скользнул по крутым склонам: «Будет непросто. Драконы не подчиняются никому, кроме своих древних правил».

Батори, сжимая кулаки, немного улыбнулась. «Мне кажется, я знаю, как приручить их пламя. Но нужно понять мотивы и историю этих существ. Магия огня и льда — мои стихии, возможно, они меня поймут».

Круэлла, оглядываясь, добавила, как будто сама себе напевая: «А теперь о моей истории. Думаю, пора вам рассказать, кто я такая и почему княгиня решила послать меня с вами. Я была ребёнком наёмников, а потом… ну, меня вырастили в мастерской убийств. С ранних лет я училась не только выживать, но и смеяться над смертью, иначе бы я сошла с ума. Моя бледная кожа и белые волосы — это не просто внешний вид, это память о жертвах и тех, кто пытался меня сломать».

Клейя на мгновение остановилась, изучая её. «Ты… видела больше, чем любая из нас», — сказала она тихо.

«И именно поэтому я здесь», — улыбнулась Круэлла, подпрыгнув на камень. — «Вы же хотите драться с драконами, так? Тогда держитесь крепче, потому что я люблю веселиться там, где другие дрожат».

Снег хрустел под их ногами, а горы постепенно раскрывали перед ними тайну, которую они должны были разрешить: битву двух древних драконов, угрожающую всему королевству.

Круэлла не стала сразу раскрывать всю информацию о драконах по простой, но коварной причине — она привыкла держать контроль над ситуацией. В отличие от Батори или Авалона, она всегда оценивает, сколько и когда информации дать, чтобы остальные действовали именно так, как нужно ей.

«Я не скажу вам всего сразу», — объяснила она с полуулыбкой, останавливаясь на склоне. «Даже княгиня не знает всех деталей этих драконов. Если вы начнёте давать советы слишком рано, они могут сделать что-то непредсказуемое и разрушить план. Я лучше дам вам кусочки информации по мере того, как мы будем приближаться к ним».

В её глазах блестела привычная насмешка: «Да и ещё одна причина… мне нравится наблюдать, как вы сами додумываетесь, что к чему. Это проверка на ум, сообразительность и… немного забавы».

То есть, Круэлла использовала свои знания как инструмент контроля и тестирования команды, позволяя им действовать осторожно и постепенно понимать древнюю вражду между драконами, не раскрывая всех деталей заранее.

Команда подошла к узкой скальной тропе, когда земля вдруг задрожала от раскатистого рева. На вершине ущелья два дракона столкнулись в схватке: один белый, словно обледеневший ледник, другой красный, яркий, как раскалённая лава. Их крылья вздымали снежную бурю и обжигающий жар одновременно, а когти рвали скалы, сыпя обломки вниз.

Батори первой подняла руки, направив огонь и тьму между собой и командой, создавая магический барьер, который отталкивал ледяные осколки и раскалённые камни. Авалон держал меч наготове, оцепляя пространство и следя за возможными атаками драконов в сторону команды. Клейя шагала рядом, её взгляд фиксировал на драконах каждое движение, анализируя траекторию их атак и стараясь предугадать моменты слабости.

Круэлла, смеясь и подпрыгивая на скале, поддразнивала команду: «Ой-ой, кажется, эти двое не любят друг друга так же сильно, как я люблю порядок в своих делах!» — и сыпала саркастические комментарии, пока метала кинжалы, отвлекая внимание красного дракона.

Огонь белого дракона встретился с пламенем красного — и команда оказалась в центре вихря магии и холода. Батори направила свой огонь, чтобы защитить союзников, и ледяной шквал белого дракона отражался от её тёмной магии. Каждый их шаг и движение было сражением не только за жизнь, но и за возможность изучить, кто из драконов доминирует, и почему их вражда настолько разрушительна.

Когда драконы на мгновение разошлись, Круэлла вскрикнула: «А теперь, ребята, внимание! Смотрите, кто сильнее!» — и с ехидной улыбкой начала подсказывать, куда направить атаки, чтобы использовать хаос битвы в пользу команды.

Команда использовала паузу, чтобы оценить ситуацию. Батори прижала руки к земле, чувствуя поток магии: огонь красного дракона был жёстким, агрессивным, его сердце горело яростью, а белый излучал холодную сосредоточенность, ледяное спокойствие, словно защищая древние границы.

Клейя, сжимая меч, внимательно наблюдала: каждый раз, когда дракон устремлялся к противнику, она видела, что их движения были почти ритуальными, как будто драконы сражались не ради смерти друг друга, а ради какой-то старой обиды, закреплённой веками.

Авалон сделал шаг вперёд, его глаза пронзали пространство: «Кажется, это не просто борьба за территорию… их гнев подпитывается чем-то древним. Может, кто-то навязал им эту вражду».

Круэлла подпрыгнула на скале и поддразнила: «Ох, детки, вы слишком заняты драками, а я вижу — красный, ты явно обиделся за что-то давным-давно, а белый… ой, он словно хранитель каких-то секретиков». Она смеялась, а её кинжалы свистели в воздухе, отвлекая красного дракона и создавая паузу для анализа.

Батори осторожно направила тёмную магию к белому дракону, позволяя себе «услышать» его мысли: воспоминания о потерянном потомстве, о человеческих поселениях, вторгшихся на его земли. Красный же дракон был полон ярости за разрушенные деревни и нападения белого, его рев отражал древнюю боль.

Команда поняла, что драконы враждуют из-за старого конфликта, навязанного внешними силами, и пока они не узнают причины полностью, прямое вмешательство может только усугубить ситуацию.

Круэлла, словно насмехаясь над серьёзностью момента, крикнула: «Ну что, ребята, хотите вмешаться и устроить драконий кошмар, или дадим им поругаться, пока мы планируем, как их уложить красиво?» — и подмигнула, заставляя команду улыбнуться в напряжении.

Команда решила действовать осторожно. Батори, чувствующая магию обоих драконов, шепотом предложила:

— Нам нужно не разрушить их, а показать, что мы не враги. Их гнев подпитывается болью и недоверием.

Клейя сжала меч, но не двинулась вперёд:

— Любая ошибка — и они обрушат всё вокруг. Надо действовать тонко.

Авалон поднял цепи, которые покорно зашуршали в доспехах:

— Мы можем направить их внимание друг на друга, но так, чтобы они поняли, что конфликт навязан извне.

Круэлла, балансируя на скале, крикнула:

— Ха! Давайте покажем этим гадам, кто здесь хозяин, но без лишней крови!

Батори выжала из себя магию огня и тьмы одновременно, создавая сферу между драконами. Пламя не касалось их тел, но огненно-тёмный свет отражался в их глазах, вызывая мгновенную паузу в их сражении.

Красный дракон, услышав зов силы, остановился и внимательно посмотрел на сферу, ощущая чужую магию, которая не несла угрозы. Белый тоже замер, его ледяное дыхание побледнело, словно осторожно прислушиваясь к сигналу.

Батори прошептала:

— Смотрите на нас, мы не враги. Мы хотим показать правду.

Клейя шагнула вперёд, выставив меч, но не для удара, а как символ уважения:

— Сражение не принесёт вам победы. Оно лишь усиливает обиду.

Авалон мягко протянул руки, активируя магические цепи, чтобы создать лёгкое давление между драконами, не причиняя им боли:

— Примите это как знак — есть кто-то, кто видит ваш конфликт со стороны.

Круэлла хихикнула:

— Ну что, хотите подружиться или ещё помахаем когтями?

Красный и белый драконы замерли, и на мгновение тишина наполнила горы. Потом красный сделал медленный шаг назад, белый склонил голову. Они почувствовали команду героев как посредников, а не врагов.

Батори улыбнулась:

— Отлично. Они слушают нас.

Клейя добавила:

— Если мы убедим их, княгиня увидит, что мы справились.

Авалон кивнул:

— И теперь мы можем использовать их силу против настоящей угрозы, не уничтожая драконов.

Круэлла подпрыгнула и крикнула:

— Ну вот и успех, детки! А теперь пойдем за наградой, или кто хочет посмотреть, как я уложу этих огромных ящеров?