А Карст – Warsword : story one (страница 27)

— Есть ещё те, кто считает себя сильнее меня?

В ответ — лишь тишина и взгляд в пол. Никто не осмелился даже вдохнуть громче.

В памяти Скарлет всплыла прошлая тренировка, когда лучшие бойцы Шакала, решив испытать её, напали все вместе. Но даже числом они не смогли взять верх. Она избила каждого из них, и с той поры даже самые смелые понимали: бросить вызов Скарлет — всё равно что подписать себе смертный приговор.

Юля стояла у стены, скрестив руки на груди. Она привыкла видеть кровь, но то, что происходило перед её глазами, было больше похоже на казнь, чем на поединок.

Каждый удар Скарлет отзывался у неё внутри, будто ломал что-то невидимое. Юля знала, что Камилла не ангел и часто нарывалась на неприятности, но сейчас ей стало жалко её. И всё же жалость тонула в другом — в понимании, что Скарлет нельзя остановить.

Красные глаза эльфийки сверкали в полумраке, отражая безжалостное удовольствие от происходящего. Юля поймала себя на мысли, что даже её собственные руки — руки опытной наёмницы, державшие оружие и пролившие не одну жизнь — дрогнули бы, окажись она на месте Камиллы.

Когда Камилла рухнула на каменный пол, безжизненно распростершись в крови, Юля едва заметно вздохнула. Но облегчение тут же сменилось холодком страха, когда взгляд Скарлет скользнул в её сторону.

— Есть ещё те, кто считает себя сильнее меня? — прозвучал вопрос, обращённый ко всем, но будто в первую очередь к ней.

Юля невольно отвела глаза. Внутри закипало возмущение — её воинская гордость требовала отреагировать, но разум подсказывал: шаг вперёд будет означать смерть.

Она стиснула зубы и осталась стоять молча. И впервые за долгое время почувствовала не просто уважение к силе другого бойца, а настоящий первобытный страх.

дрожащий голос Юли:

— Знаешь… она сама виновата. Глупо поступила, связавшись с вами…

Скарлет медленно повернула голову, красные глаза блеснули в полумраке.

— Я надеюсь, ты не хочешь повторить это? — её голос был мягким, почти шёлковым, но от этой мягкости веяло опасностью сильнее, чем от любого удара.

— Нет! Конечно же нет, — Юля быстро замотала головой, чувствуя, как в груди нарастает холод. — Я полностью в вашем распоряжении. Приказывайте что угодно.

Скарлет усмехнулась и откинулась на спинку стула, скрестив длинные ноги.

— Расслабься. Если не станешь выкидывать глупостей, всё будет хорошо. Я же не настолько жестокая, как думаешь.

Она сделала паузу, словно смакуя момент, и её взгляд прожёг Юлю насквозь.

— Хотя, странно… как с таким характером ты вообще выжила на войне? Я пугаю тебя больше, чем монстры Империя, что рвут людей на куски?

Юля отвела глаза. Она хотела возразить, но язык будто прирос к нёбу. По её лицу всё было ясно без слов, и Скарлет это прекрасно видела.

Красноглазая эльфийка чуть наклонилась вперёд, её голос стал тише, почти интимнее:

— Я читаю это в твоих глазах. Ты боишься меня больше, чем кого-либо. И правильно делаешь.

Юля сглотнула, не решаясь отвечать. В этот момент она поняла, что любая лишняя фраза может стать для неё последней.

Чтобы сменить тему, она выдавила вопрос:

— А… что будет с Камиллой?

Скарлет равнодушно скользнула взглядом в сторону, где та лежала без сознания.

— Жива. Но не скоро встанет на ноги. Неделю минимум будет валяться. Этого хватит, чтобы выбить из головы мысли перечить мне.

Она спокойно вытерла запёкшуюся кровь с перчатки о край своего плаща и посмотрела на Юлю вновь.

— Так что, если хочешь сохранить своё место, учись на её ошибках.

Юля воевала, она видела кровь и тела павших товарищей. Она знала, что значит убить врага на поле боя — когда стреляешь первым, иначе умрёшь сам. Для неё убийство было частью суровой военной необходимости, актом выживания.

Руберт тоже имел за спиной немало смертей. Но его убийства были расчетливыми, холодными. В них была логика: устранение цели, выполнение приказа, сохранение собственной шкуры. Он относился к этому как к грязной, но рациональной работе.

Однако Алиса и Скарлет действовали иначе. Их жестокость не рождалась из нужды или приказа — она была их естественной сутью. В каждом движении, в каждом ударе чувствовалось наслаждение процессом, игра с чужой жизнью. Они не просто убивали — они ломали жертву, превращая её страдания в зрелище.

Юля, привыкшая сражаться с вооружённым врагом, не могла спокойно смотреть на то, как Скарлет играючи крушила Камиллу, словно кошка — пойманную мышь. Там не было военной чести, не было битвы равных — лишь хищник и его жертва.

Руберт же понимал: в отличие от него, у Алисы не было тормозов. Она не знала меры. Он убивал, когда это было нужно, а она — потому что могла. Для него это было страшнее всего: рядом находился человек, для которого убийство — не средство, а цель сама по себе.

И именно это внушало ужас обоим. Потому что рядом с Алисой и Скарлет даже самые закалённые воины чувствовали себя беззащитными. Их привычный мир, где убийство имело объяснение, рушился. Перед ними стояли не просто бойцы — перед ними были чудовища в облике женщины и эльфийки. для которых кровь и страх были частью игры.

Лина уже месяц тренировала своё тело под строгим надзором Мей-ли. Каждое утро начиналось с изнуряющих упражнений, каждый вечер заканчивался ранами и усталостью, но тело стало крепче, а движения — точнее.

— Ну что, молодец, думаю, ты готова, — сказала Мей-ли, скрестив руки и с лёгкой улыбкой наблюдая за подопечной.

— Конечно готова. Мне надо найти сестру, — твёрдо ответила Лина и, сжав рукоять меча, медленно зашагала вниз по склону.

Мей-ли, не касаясь земли, прошла по воздуху и преградила ей путь, словно тень.

— Я решила, что пойду с тобой.

— Зачем? — нахмурилась Лина.

— Я устала сидеть здесь и собирать травы. Хочется приключений… и крови. — в её голосе прозвучала опасная насмешка.

Лина вздохнула, покачав головой:

— Ладно, пошли.

— И куда мы? — с явным азартом спросила Мей-ли.

— Для начала в ближайшую таверну. Хочется нормальной еды и выпивки, а не твоей зелени и этого вечно горького зелёного чая.

— Спасибо, я старалась готовить, — с обидой пробормотала Мей-ли.

— Да ладно, не обижайся, просто не моё.

— Расскажи мне про сестру, — резко сменила тему Мей-ли.

— Данта. Она старше и сильнее меня. Мы не слишком часто общались, но заботились друг о друге.

— Забота — это самое главное, — холодно кивнула Мей-ли, хотя в её глазах вспыхнул странный огонёк.

И вдруг позади раздался визг, треск деревьев и тяжёлый хлопот крыльев. Огромный жук, покрытый хитиновыми пластинами и испускающий отвратительное жужжание, летел прямо на них.

Лина мгновенно выхватила меч, готовясь встретить врага, но Мей-ли остановила её жестом.

— Оставь это мне.

Её зрачки вспыхнули кровавым светом, и из глаз вырвались лучи крестовидной формы. Они рассекли чудовище на части, а его тело разлетелось в клочья с влажным взрывом, осыпав землю дымящейся слизью.

Лина отшатнулась, с трудом удержав рвотный позыв.

— Откуда у тебя такая сила?! — спросила она, не скрывая шока.

Мей-ли лишь ухмыльнулась, проведя пальцами по щекам, из которых всё ещё сочился слабый свет.

— Тренировки, — ответила она спокойно, будто речь шла о чём-то обыденном.

Девушки продолжили путь к ближайшему поселению, и Лина всё время украдкой смотрела на спутницу. Теперь ей казалось, что она знает Мей-ли ещё меньше, чем раньше.

Дорога вниз по склону вела вглубь тёмного леса. Сухие ветви трескались под ногами, а воздух был пропитан запахом сырости и прелых листьев. Туман стелился низко, словно пытался скрыть каждую тень между деревьями. Иногда в нём мелькали силуэты — то ли звери, то ли нечто более зловещее.

Лина шла уверенно, сжимая рукоять меча. После месяцев тренировок тело слушалось её безупречно, но в груди всё равно поселилась тревога.

— Тут слишком тихо, — пробормотала она. — Даже птиц не слышно.

— Потому что они умнее людей, — ответила Мей-ли с усмешкой, шагая словно по невидимой дорожке чуть выше земли. — Чувствуют смерть и обходят её стороной.

Дальше лес становился гуще, и над ними смыкались кроны, отрезая свет. Казалось, время потеряло значение: день или ночь — понять было невозможно. Слышались лишь редкие капли влаги, падающие с чёрных ветвей, и отдалённый вой, похожий на стон.