Зоя Ясина – Мандариновый раф для хорошей девочки (страница 9)

— Ну-ка посиди, — скомандовала мне Наталья и пошла к Светке, заранее уставив руки в боки.

— Светлана, не поняла я! Тебе ли быть в печали!

Каждое слово она растягивала. Меня разобрал смех.

— Пока у Альки краска схватывается, ноготки ей сделай! А я говорю — сделай, а?

Видимо, Светик кивнула, Наталья вышла довольная, подмигнув мне.

— Сделаем из тебя жрицу любви!

— Может, просто жрицу? — спросила я. — От слова “жрать”. Я на Новый год столько всего готовить запланировала.

— А что будешь готовить? — Натали присела на кресло рядом.

— Голубцы хочу сделать, котлеты, потом, знаешь… в виноградных листьях ещё её готовят, как же её…

— Долму?

— Её…

— Что-то много сразу однотипного, — покачала головой Наталья.

— Так это я планирую сразу на полгода навертеть и в морозилку. И всё за сегодня. Пока выходная.

— Так это тебе надо на рынок за листьями виноградными, они только там у нас продаются. Знаешь где?

Я кивнула.

— Да, сейчас прямо от вас за продуктами побегу. Елку ещё надо купить.

— А мы поставили давно, — Натали развернулась. — Светлана, а вы поставили?

— Ну всё, все мужики наши, — Наташа расправляла руками мою новую прическу. — Нравится?

— Очень нравится, Наташенька, ты богиня просто! Умница! — с восхищением похвалила я подругу, любуясь на себя в зеркало. Всё ж таки походы в салоны красоты сразу воодушевляют. Ногти мне тоже сделать успели.

— Сколько с меня, Наташа?

— Давай только за краску посчитаю, — отмахнулась та.

— Да так нельзя, дорогая, считай, сколько должна.

— Ну… пятьдесят процентов тебе скину, как постоянной. Там никто не проверит, — шепнула Натали, проходя со мной к стойке с кассой.

— Ну всё, дорогая, давай, беги, а то весь хороший фарш раскупят, — теперь она поцеловала воздух рядом с моей щекой. — А про мужчину этого не забудь рассказать, как всё пройдёт!

Если ещё что-то вообще будет… Птолемеев так ни разу и не позвонил.

— Забежишь тридцать первого? — спросила я, одеваясь.

— Может. Постараюсь. Салат свой фирменный приготовлю, принесу тебе.

— Ну пока, — я отправила отправила финальный воздушный поцелуйчик и выскочила за дверь.

Глава 11. Вкус и цвет watermelon и немного тигров

Вышла от девочек, посмотрела на время. Сейчас за продуктами и домой. Как там Натали сказала — сделали из меня красавицу? Настроение приподняли точно. В зеркало на себя когда взглянула, как-то веселее стало. Пошла на рынок. А что он, рынок, у нас из себя представляет? Первый этаж — сам рынок, второй — павильоны со всяким разным. Вспомнив, что мне надо бы купить цветной бумаги, поднялась на второй этаж.

А там глазами упёрлась в платье цвета между алым и розовым. Вроде как и красное, вроде как и нет. Ягодное, но не насыщенное. Уже и ноги мимо понесли, но день сегодня такой, решила зайти.

— Платье на витрине у вас… — начала я говорить продавщице.

— А… — она быстро оценила меня взглядом. — Размер не ваш.

— Как это не мой? — удивилась я. — А какой там размер?

— Оно последнее осталось, сорок шестой, а у вас явно сорок восемь, если не больше.

Явно ей…

— А дайте-ка его сюда, я примерю!

Отложила она телефон, посмотрела недовольно, полезла на витрину.

— Точно хотите мерить? Его снимать с манекена долго.

— Снимайте девушка, снимайте, буду мерить.

То, что сорок шестой остался — большая удача Это ходовой размер. Обычно или самые маленькие, или самые большие остаются. Опять же от модели зависит.

— Ну держите, примерочная вон там!

Зашла, отпихнула стоптанные магазинные сабо в угол, разулась, встала аккуратно на коврик. Сняла пуховик, свитер с джинсами. Развернула платье. Красивое. Проверила размер на бирке и на самом платье. Сорок шесть. А на бирке ещё и цвет указан — watermelon. Арбуз, что ль? Ишь ты, цвета арбузика, значит. Сочненько и аппетитно. То что ты, Алевина, и ищешь на Новый год. На Новый год ли?

Начала надевать. Тяжело идёт. Ещё и девушка эта из-за ширмы:

— Ну как? Подошло?

— Не надела ещё! — ответила я. Потянула платье вниз. Затрещали нитки. Размер, в общем, мой… Возможно, девушка права, и мне нужно сорок восемь. Если высокий рост — сорок шесть — это стройная, ну а я низенькая, ближе к кругленькой, значит. Грудь вошла, по бёдрам платье спускаться не хотело. Нащупала я молнию — вот дуранда, чуть не вырвала! Расстегнула подальше, спустила юбку. Расправила подклад. Впритык, но налезло.

— Ну что там в вас? Помощь нужна?

— Нет девушка, всё в порядке! — а сама любуюсь, платье красивое. Руки открытые, рукавов нет. Но у меня с руками всё в порядке. Коробочки потаскаешь, так накачаешься. По груди всё аккуратно облегает, вытачки все правильно, пояс на месте. Вырез аккуратный капелькой. К талии пришита баска, а дальше юбка обтягивающая, и только к низу чуть-чуть расширяется. Сзади вырез небольшой. Всё как надо. Очень оно мне идёт. Только тесное…

— Женщина?

— Думаю! — выкрикнула за шторку. А что тут думать — вон, глаза горят. Буду брать. Верный признак, что цвет идёт, если глаза как-будто подсвечивает. Оттеняет, правильнее сказать. А ещё если настроение у тебя сразу поднимается. Но тесное…

В талии впритык, живот весь подобрало. Но тут баской всё удачно закрывается. По бёдрам вообще намертво встало, не двигается. Проверила швы — можно ли чуток распороть и перешить? Запаса мало, но сделать получится. Но всё равно же не буду под Новый-то год. Ещё и ателье деньги отваливай, а у самой у меня машинки нет…

Можно колготочки с утяжкой — вот и уберутся пару сантиметров. А ещё так нервничаю в последнее время — как раз похудею к празднику.

Стащила с себя аккуратненько, свернула любовно. Оделась в своё, вышла.

— Девушка, буду брать!

Купив цветной бумаги, клея и, на всякий случай, новые акварельные краски — видела, что старые уже по всем ячейкам одинакового бурого цвета, пошла вниз за мясом и потом в бакалею. В овощной не надо — овощи все у меня есть, капуста, к счастью, тоже — хоть сейчас качан не тащить. Вот фруктов бы… тоже тяжёлые. Зайду позже в другое место, когда за Сашкой в садик… С ребенком плохо в магазин… Но в овощной лавке она ничего не выпрашивает.

Вышла с рынка, вспомнила про новое платье. Вот бы мне ещё новое купить бельё… Хотя бы верх. Есть по пути итальянский бутик. Туда только с мясом в пакете и идти. И цены такие… Не под Новый год, когда потратилась. Есть дискаунтер, тоже итальянский, но туда ехать. Сегодня уже никак, а до Нового года свободных дней у меня нет. Да и там цены хоть и меньше в два раза, но кусачие. А есть Нюра на рынке. Но до неё топать… Нюра подберёт так, что не отличишь от итальянского, тем более — шьют всё равно всё в Китае… Посмотрела на свои сумки… Нет бы на обратном пути закупиться. Да кто ж знал, что меня на ещё один рынок понесёт?

Топать недалеко, а всё же ощутимо. Но когда сильно надо, добежишь быстро.

Рынок под открытым небом. Часть под общей крышей, часть просто палатки рядами. Дошла до Нюры. Объяснила ситуацию. Новое платье вот… Новый год… Как же, как же…

— Как для тебя берегла! — Нюра нырнула куда-то в свои сумки. — Не выкладывала, держала для своих. Вот!

Протягивает мне нежный комплект в бледно-розовых кружевах.

— Нюра, мне не подойдёт с кружевом. Его будет под платьем видно.

— А что за платье? Ткань плотная?

Показала ей платье.

— Не будет видно, — вынесла вердикт Нюра. Там кружево аккуратно прилегает, не торчит.

— А бледненько не будет на мне? У меня кожа светлая, Нюр.