Зоя Ласкина – Дорога за грань (страница 11)

В столице вести разносятся быстро, да и сообщение амдарской королевы наверняка дошло до виаренского двора, так что у ворот посольство уже встречали. Впереди стояли, судя по доспехам и пурпурному плащу, начальник городской стражи, а также двое придворных: один в белом и золотом (точно маг, да не простой, а из Светлого Совета – Эльдалин про себя поблагодарила Итиола, который многое рассказывал про Арденну), другой – в простой коричневой куртке, но с богатой перевязью. Уже немолодой, но все еще стройный и статный, он первым поклонился и громко, но без рисовки проговорил:

– Славный город Виарен и я, Ярвин Альдин-Итрам, министр торговли, от имени правительницы Ирмалены приветствуем королеву эльфов… – тут он сбился, но быстро поправился, – амдаров Эльдалин со свитой!

И улыбнулся открыто и просто:

– Прости, королева, не таи обиду: много лет прошло с тех пор, как твой народ появлялся у этих ворот. Вот и прозвание истинное позабылось.

Эльдалин улыбнулась в ответ – ей понравилась прямота министра:

– Да будет светел твой путь, Ярвин Альдин-Итрам! Прошлое не изменишь, но будущее создаем мы сами, здесь и сейчас, и, возможно, нам удастся не совершить новых ошибок.

Министр снова поклонился и приглашающе отступил в сторону.

– Мы проводим вас в замок, прошу следовать за нами.

Ему и его спутникам подвели коней, и кавалькада двинулась по главной улице в город. В прошлый раз Эльдалин довелось увидеть только эти ворота да окраины, и, хотя она не изменила своего мнения о том, что именно по окраинам стоит судить о городе в целом, все же ей было очень любопытно взглянуть и на парадную часть Виарена. Да, она все время помнила о трущобах вблизи трактира Смаля, но центральные улицы и площади произвели на нее впечатление.

Нарметиль, столица Риадвин, не отличалась обилием красок: не более трех цветов в отделке, много светлого камня и стекла; выделялись лишь полотнища на резиденциях кланов. Виарен же был ярким, но строгим и очень соразмерным. Сразу видно: город строился как столица, и даже если перестраивался, то с умом. Особенно Эльдалин порадовали мозаичные картины на фасадах некоторых домов: вокруг дверей и оконных проемов вились стебли растений, цвели алые, белые, синие и желтые цветы, прыгали лесные звери и птицы, встречались и вовсе диковинные создания с крыльями, рогами и рыбьими хвостами. Эльдалин стало смешно и грустно. Неужели это все, что осталось от памяти о тейнарах, морианах, урисках?

Виаренцы отнеслись к амдарам в своем городе довольно спокойно, что сначала удивило королеву, но потом она вспомнила слова Ломенара: на его необычную внешность тоже не обращали особого внимания. Да, многие смотрели, перешептывались, но угроз никто не выкрикивал и бросить камнем не норовил. А на перекрестке у главной площади на мостовую вышла девушка и с поклоном подала Аристе букет из мелких, похожих на лилии красных цветов на длинных стеблях.

– Цветы для прекрасной королевы и ее волшебной свиты, – улыбнулась она.

Взглядом спросив разрешения у Эльдалин, Ариста покопалась в сумке и отдала горожанке вышитый платок с кружевами. Девушка зарделась и быстро отступила в толпу, прижимая платок к груди. Женщины вокруг заахали.

На площади Эльдалин с трудом удерживалась от того, чтобы не вертеть головой, рассматривая старинные роскошные дома. Вот это, наверное, ратуша… а вон то, с двумя угловыми башнями, точно Академия Магии… тот самый храм с зеленым куполом… а вот и королевский замок обнимает площадь крыльями-галереями: древний, но все еще изящный и светлый, с шатровыми крышами и двумя широкими лестницами, расходящимися от главного входа. У подножия лестниц послы и встречающие спешились. Подбежали слуги за лошадьми; Ярвин подозвал важного человека в темно-красной с золотом одежде, которого представил как главного распорядителя.

– Он проводит вас в ваши комнаты, прикажет доставить все ваши вещи и распорядится об отдыхе. Вечером вы приглашены на торжественный ужин, а завтра в первой дневной доле вас примет королева Ирмалена. Рад встрече. – Министр снова поклонился и ушел в главные двери, а распорядитель повел амдарских послов по правой лестнице.

Замок показался Эльдалин огромным: с холма были видны только шпили, сейчас же он возвышался над ней как гора. «И это вот сюда карабкался Ломенар?» – изумилась она, представив крошечную фигурку, прилепившуюся к стене где-то под крышей. Дух захватывало даже от одной мысли об этом. Эльдалин опустила взгляд, чтобы справиться с головокружением. Она много безумного совершила в последнее время, и все же вот так удерживать собственную жизнь на кончиках пальцев она вряд ли бы рискнула, даже если бы у нее хватило на такое сил.

Стражники у высокой двери предупредительно придержали створки, и следом за распорядителем Эльдалин шагнула в просторный холл. Убранство оказалось ожидаемо роскошным, но в этом, пожалуй, ее дворец не уступал арденнскому замку. Хотя все выглядело непривычным, глазеть по сторонам она не собиралась: пусть все видят, что ей такое не в новинку, что удивить ее нелегко. Впрочем, отчасти так оно и было. А вот Ариста не скрывала изумления.

– Сколько драгоценных камней на этих людях! – шептала она Итиолу. – Да, я помню, ты говорил, что для них это лишь символ богатства, но все равно так непривычно, прямо дрожь берет. Это как если бы каждый повесил на шею кинжал с надписью: «Долой короля».

– Понимаю, дорогая, – мягко отвечал наставник с успокаивающей улыбкой. – Хорошо еще, что это не в нашем дворце происходит.

– А маги только те, кто в белых одеждах?

– Маги Светлого Совета – да. Но видишь нашивку на куртке того стражника? Это выпускник Академии Магии, таких тут тоже несколько. Вообще дар может оказаться и у любого из остальных, но всем подряд пользоваться им запрещено. Так же как у нас кто попало не может использовать жезлы.

– Что? Повтори, пожалуйста.

Аристу явно заинтересовал рассказ Итиола, она пыталась слушать внимательно, но тут же отвлекалась на что-то еще, и Эльдалин при взгляде на нее с трудом удерживалась от смеха.

– Как считаешь, если на нас тут попробуют напасть, удастся пробиться к выходу? – продолжала Ариста.

– Думаю, что если бы хотели, то уже попытались бы, так что волноваться не стоит, – успокаивал ее Итиол.

– Расслабляться я тоже не собираюсь, – она выразительно погладила рукоятку кинжала.

Амдарам отвели половину этажа в боковом крыле замка, но стражу выставили у каждой двери и лестницы, что выглядело как знаком уважения, так и недоверия. Опасения арденнцев были понятны, оскорбить гостей пока никто не пытался, и все же Эльдалин ощущала себя не вполне свободной.

Комнату ей выделили большую и богато обставленную. Ариста как фрейлина королевы и с ней еще две служанки разместились в смежной комнате; два гвардейца из личной охраны Эльдалин встали у двери вместе с двумя стражами-людьми; Итиол и Артималь с другими свитскими ушли дальше по коридору. Распорядитель сообщил, что через долю всех ждут в обеденном зале. Если же гостье что-то понадобится, то она может позвонить в колокольчик и позвать слуг.

Поблагодарив распорядителя, Эльдалин попросила служанок наполнить ей ванну. Горячая вода с ароматом трав приятно расслабила тело; закончив купание и потянувшись за полотенцем, амдари поймала свое отражение в большом зеркале и замерла, прикипев к нему взглядом.

Поединок с Трианом не прошел для новой королевы бесследно: она получила сильные ожоги, и пусть лучшие придворные лекари и сделали все возможное, полностью убрать шрамы они не смогли. Лицо осталось почти прежним – лишь пара следов у висков, но по телу, особенно по рукам и ногам, перетекали, встречаясь и расходясь, белые дорожки шрамов: кожа будто слегка оплавилась в этих местах. Эльдалин помнила свой ужас, когда впервые увидела их; собственная внешность никогда ее не заботила так, как многих девушек, и все же такие перемены вывели ее из равновесия. Тогда она долго сидела перед зеркалом, страшась помимо следов от ожогов заметить еще и следы от Пустоты, которой воспользовалась в поединке, – все ждала того, что кожа начнет гнить и расползаться под пальцами, или чего-то еще ужаснее. Голос разума шептал, что все это нелепость, что Пустота просто так проникнуть в мир и уничтожить кого-то не сможет, и все же сердце бешено колотилось. Ломенару она так и не призналась в союзе с Измиером, а он, надо отдать ему должное, проявил редкую деликатность и не задавал ей лишних вопросов; лишь ночами бережно целовал ее шрамы, будто оберегая от всего мира. И теперь, разглядывая себя с болезненным любопытством, Эльдалин представила его руки и губы, как будто он вновь рядом с ней, как будто не мягкая ткань полотенца скользит по коже, а его чуткие пальцы… и стиснувший горло страх постепенно отступил.

Для обеда с придворными Эльдалин выбрала струящееся белое платье с кружевными вставками, закрывающими руки до запястий и всю шею, – шрамы лучше не показывать, это в Риадвин они были знаком отваги и доблести королевы, предметом восхищения, здесь же ловить сочувственные или жадные до чужой боли взгляды не хотелось. Из украшений она надела то самое ожерелье из Заповедного леса – подарок Ломенара – да серебряную диадему, которую Ариста ловко пристроила на верх красивой сложной прически. Родовые цвета, знаки власти – единственное, на что можно опереться в чужой стране среди пока не врагов, но еще и не союзников.