Зоя Анишкина – В смысле, я супергерой? (страница 17)

Так вот Антонов все ещё не мог отлипнуть. Он раскрыл рот и вообще представлял собой человека весьма удивленного. Если не сказать, полностью и безоговорочно обескураженного.

А внутри меня уже зрел червячок маленькой женской мести. Потому что дамы существа неопределённые. Не воспользовался моим тогда беспомощным нетрезвым состоянием – наглец, воспользовался – вообще урод моральный.

Но признаюсь, с течением времени я поняла, что меня реально это задевает. Тот факт, что мне предпочли какую-то молодую вертихвостку.

– Трусы поверх колготок непрактично… – как завороженный пробубнил Антонов.

Эх, мужчины. Знали бы вы, что во времена дефицитов мы и не такое на себя натягивали. Это меня мама научила, если колготки маловаты. Трусами сверху прижимаешь, и нормально.Главное, чтобы не выделялись они сильно. Тогда ж стрингов не было и бесшовных всяких…

– Ну, давайте протестируем ваш наряд женщины-кошки…

Антонов не мог глаз отвести, но явно заставлял себя это сделать. Немудрено. Когда-то в юношестве я увлекалась мотоциклами. Да-да, и такое было.

И мама по большому блату из заграницы притащила мне шикарный наряд: кожаный комбинезон, который не только сидел как латексное чудо из первых клипов Виагры, но ещё и был невероятно удобен.

Нет, на шпагат я в нем вряд ли бы сесть смогла, но буду откровенной: я так-то и без костюма на него в жизни не сяду. Так что… Но вид на меня открывался шикарно сексуальный.

Тренировка обещала быть весьма плодотворной. Ну, или хотя бы поднимающей мне настроение, состояние и самооценку. Хотя в последнем случае вроде и так не жаловалась…

Глава 31. Антонов

Это конец. Точнее, начало. Точнее, полный пипец. Я вообще не то имел в виду, когда говорил про костюм. Тут и без него несладко приходилось. А теперь что делать?

Я вообще не мог к ней лицом повернуться. Потому что форма полицейского вот вообще не предусматривала щитка спереди. Сказать, что я возбудился моментально, – ничего не сказать.

После той ночи тем более… Но о ней вообще ни вспоминать, ни упоминать, ни думать не стоило. Хорошо ещё, в доме Стефы у меня имелся свой засланный казачок.

Аня вообще молодец. Она словно прочувствовала всю эту ситуацию и с лёгкостью встала на сторону добра. Ну, на мою то есть. Утром же она сообщила нервному мне, что ее мама ничегошеньки не помнит.

Я даже не знаю, слышал ли более хорошие вести за всю свою жизнь. Вряд ли. Даже тот факт, что меня зачислили в школу милиции самым последним, не так радовал, как то, что Стефа словила спиртовую амнезию.

Потому что я всю ночь не спал, думая, что дальше, и вообще на нервах психовал как малолетка. Потом, естественно, меня вырубило, но ненадолго. Моя сестрица решила зайти к брату,стрясти с него денег и пожрать.

У Юльки всегда были манеры пещерного жителя, когда дело касалось отношений с семьей. Поздний и очень долгожданный второй ребёнок. Ей сейчас было на четыре года больше, чем Ане.

И тут прямо хотелось посочувствовать Макарченко, ибо я знал, что все самое интересное в воспитании дочери ей предстоит впереди. Такова судьба.

Я же свою подопечную успел выпихнуть аккурат ко второй смене. Хорошо ещё, живем отдельно, а то бы этот маленький монстр все соки из меня выжал.

Потом ещё много всего было, но я понимал, что мысли об этом вот вообще ни разу не успокаивали. Попробовал вытащить злость на Макарченко за то, что она уехала отдыхать.

Нет, конечно, она знать не знала, что я с боем вырвал отпуск у начальства впервые за три года и угробил его на дачу у родителей. Хотя брался он исключительно для того, чтобы научить одну очень упрямую, но при этом невероятную женщинуконтролировать себя.

А теперь я бросал на неё косые взгляды и понимал: эта дамочка, кажется, и без моих занятий себя прекрасно чувствует. Но не могу отрицать, что наше общение приносило мне удовольствие.

Тем более что в последнее время мы установили совсем уж хорошие отношения. Она постоянно подтрунивала надо мной, а я с радостью подшучивал над ее приключениями.

Их, кстати, стало в разы больше, и это не могло не напрягать.А ещё я с удовольствием отмечал, как наши занятия помогают Стефе в повседневной жизни.

Это заглушало того самого червячка внутри, что говорил о том, насколько я ошибся в своей миссии. Стефа боялась не успеть жить, а я переживал, что не смогу быть ей полезным.

Но и что уж греха таить. Очень страшно было вообще потерять эту связь с ней. Снова превратиться в назойливого участкового и «дежурную» гражданку.

Да и Анюта чудесная девчонка. Одним словом – я попал. Но так мне думалось до того, как женщина решилась облачиться в стриптизерский наряд!

А сама-то говорила, что ничего такого в жизни не наденет. Видела бы она себя со стороны. Комбинезон сидел как вторая кожа, только двигалась она в нем реально как кошка.

Он был не чёрный, а темно-коричневый, что шикарно смотрелось с ее смуглым цветом кожи. Спереди он так облегал грудь, что она готова была выскочить из него при первой возможности.

А задница? Какая у неё в этом наряде была задница! Да у меня ни одной знакомой нет с такой шикарной фигурой. У неё муж бывший импотент, что ли? Такая женщина…

Такая коварная женщина, которая вообще не желала отпускать мое внимание и словно специально сегодня включиларежим обольщения. Нет, я знаю, что она это несознательно.

Ее вообще в последнее время штормило как никогда. Думаю, это было связано с дозреванием способностей. Где-то я встречал такую теорию, что как только у героя появляется магия или, как у Стефы, суперспособности, он вступает в стадию становления и взросления

А женщина как раз вела себя как подросток. И если бы только это настораживало. И силы ее тоже будто с ума посходили. Они жили своей жизнью.

Она сама догадывалась, что это может быть, но мы не могли найти подтверждения. Поэтому просто терпели. Единственное, за что я переживал, ее работа.

Как оказалось, зря. Надо было переживать, что Стефа из закромов достанет костюм, от которого у меня кое-что стояло как останкинская телебашня и никак не хотело падать.

Да, судя по вот этим вот позам, мне такое не грозит. Я скорее умру от спермотоксикоза. Если не найду способ избавиться от этого зудящего чувства…

Нет, я взрослый мальчик, разные способы знаю, но как-то не готов к их использованию. Да ещё и тренировка эта, будь она неладна… Все из рук валилось, голос был пищащий, как у мальчишки.

А ещё я действительно не мог оторвать от неё глаз. Особенно когда лицо ее раскраснелось, янтарные очи засияли, а длинные прямые волосы выбились тонкими прядями у лица…

Глава 32. Антонов

– Так, на сегодня все.

И, кажется, конец не только моей тренировке и самообладанию. Возбуждение перешло в какую-то совершенно хроническую стадию. Как вообще такое называется?

На русском народном это слово, начинающееся на «п» и заканчивающееся на «дец». Но цензура не велит про такое думать. Все же я сотрудник полиции.

– Хорошо! Сейчас круг почёта сделаю.

Так она с недавних пор называла полёт вокруг полуразрушенного здания с петлями через окна. Стефа раньше такое терпеть не могла, потому что в первый раз исцарапалась и измазалась в штукатурке.

Но, как и в любом деле, тренировки совершили с ней и ее умениями маленький квантовый скачок, и после этого все стало на свои места. А Стефа начала без проблем аккуратно и четко влетать и вылетать наружу и внутрь.

Как шутила ее дочка, к моему неудовольствию: «Входит и выходит». Это вот вообще не то, о чем сейчас думать хотелось. А о чем душа и тело болели…

Собрал арсенал наших «игрушек». Усмехнулся. Недавно с друзьями встречался, однокурсниками. После нашей учебы полувоенного образца связи особенно крепкие.

Так разговор перешёл на разного рода интимные штучки. Парни хвалились тем, что с ними открыли новые грани секса. Спросили меня, не пробовал ли я. Но язык не повернулся рассказать, что все, чем я сейчас «играю», – это бейсбольные мячики да скакалки.

То ещё извращение. Даже на БДСМ не тянет. Хотя весьма разнообразно и в некотором роде приносит удовольствие. Да только не от процесса, а напротив, от результата.

И вот. С наслаждением наблюдал, как Стефа аккуратно, словно рыбка, ныряет тот в одно окно, то во второе. Такая изящная и такая смелая. Уже намного более уверенная в своих силах.

Ведь с каждым спасённым в ее сердце все больше расцветала вера в себя, хотя все это и сказывалось на организме. Раздражалоусталостью и выдавало вот такие сюрпризы в виде «взросления».

Ей бы напряжение снять… Но я уже один раз дал слабину и теперь вообще не собирался поддаваться на уговоры внутреннего голоса. То, что прокатило один раз, не факт, что сработает ещё.

Поэтому просто наблюдал за ней, отмечая недостатки и достоинства ее полёта. Над техникой мы тоже работали. Но вдруг она вынырнула наружу, и я не заметил, чтобы она появилась внутри.

Озабоченно постоял несколько минут, а потом уже было собирался выйти, как увидел ее, бегущую так быстро, что,понятное дело, не совсем соответствовало законам физики.

Но…

– Антонов, там был человек!

Немного удивился. Тут вообще залётных не наблюдалось, и мы всегда выбирали очень удачное время… Да и летала Стефания Авгеевна исключительно в режиме невидимки.

– Ну и что? У нас же всегда есть режим маскировки, так сказать, разве это проблема…