Зоя Анишкина – Чемпионка. Любой ценой (страница 29)

— О чем же? — спросила я тихо, поднимая на него глаза.

Папа смотрел на меня прямо и впервые за все время без толики сомнения. Мне показалось, что сейчас прозвучит что-то очень важное для нас обоих. Так и было.

— Пришли мне расписание твоих игр потом. Не хочу пропустить ни одной.

Глава 50. Ирма

Я так и не увиделась с Жорой. Не отвечала на его звонки, а потом они перестали поступать. Странное щемящее чувство отдавало где-то за грудиной. Но я не могла иначе.

Не время. Я знала это, как знала то, что моя жизнь больше никогда не станет прежней. Мне надо научиться обходиться с самой собой. Надо много чего сделать.

Поэтому я собрала вещи и полетела в Саратов. Господи, я не знала про то, что есть такой город! Даже то, где он находится! Тем не менее, на этот год я должна была жить и играть там.

Отец лично отвез меня в аэропорт, мы сухо попрощались. Договорились, что я пару дней поживу в гостинице, а потом сниму квартиру рядом со спортивным комплексом.

Тряхнуло меня, так тряхнуло. Было много вопросов, которые хотелось бы решить, и я пыталась разложить их по степени важности. Никогда еще бытовые моменты не были так назойливы.

Ну, хотя бы к тому моменту я закончила институт, получила свою корочку, положив ее на хранение к папе, погрузилась в дела благотворительного фонда, оставив себя в качестве генерального попечителя.

Оказалось, что Ваня вложил мои деньги очень удачно, и теперь я могла сама добивать неплохие бюджеты как в команду, так и в фонд. Черт, да я богачка!

Но знать об этом никому не следовало. Просто я уже узнала некоторые проблемы этой команды. Не было хорошего оснащения, не имелось необходимого медицинского сопровождения.

Тренер у команды — женщина, к тому же. Ваня вообще каким местом думал, когда выбирал? Аж бесит. Вот на этом этапе я бы его реально прибила за такую самодеятельность.

Но приходилось терпеть. Терпеть и бухтеть, превращаясь в себя прежнюю. Хотя эта стервозность и бескомпромиссность никуда и не уходили. Они просто получили под собой нормальную основу.

В аэропорту с удивлением обнаружила саму тренершу с недовольным лицом и табличкой «Волобуева» в руках. Ничего себе сервис! Показать характер или как?

Кивнула ей. Молча подошла, поздоровалась, и мы направились к ее машине. Какой-то немолодой развалюхе без кондиционера. Благо, не жарко было.

— Ну, здравствуй, столичная штучка. Наслышана о тебе. Будешь выебываться, то посажу на скамейку.

— Не посадите, — спокойно ответила я.

Та лишь усмехнулась. Ну, да, мой ответ хрен пойми как понимать. Не то я согласилась подчиняться, не то бросаю ей вызов. Уже думала, как буду строить свое поведение, как услышала неожиданное:

— Твоя мать была такой же, Ирма.

Застыла. Все мои планы, пожелания и информация рушились, как карточный домик. Я окаменела. Потому что, несмотря ни на что, эта тема оставалась для меня болезненной.

— Нам всем ее очень не хватает. Но я рада, что могу помочь ее дочери. Мы учились вместе. Потом жизнь разбросала. Так что, девочка, я буду дрючить тебя, пока ты не станешь чемпионкой России. А потом уже к Ваньку свалишь в Лигу чемпионов. Этот год тут будешь, потом тебя с руками оторвут чемпионы. Поиграешь там годика два, и далее по списку. Кстати, я бы тебе еще кое-чего посоветовала… Шаинский не успокоится, но и его можно урезонить. Попозже обсудим.

Она говорила и говорила. А я смотрел вперед на дорогу, который раз оглушенная происходящим. Это она сейчас со мной разговаривала? Кто вообще эта дамочка такая? Она точно тренер?

Как потом оказалось, не совсем. Ирина Григорьевна или тетя Ира, как ее звала вся команда и все, к кому она была благосклонна, являлась помимо своей тренерской карьеры еще женщиной — депутатом.

Я конкретно так охренела. Новая жизнь в очередной раз показала мне фак и заржала в лицо с моими планами.

Первые пару недель приходилось непросто. Я выстраивала быт, пытаясь питаться правильно и не зарасти в грязи, приползала с тренировок, выжатая как лимон. А в свободное от всего этого время занималась фондом.

Так сложно мне не было бы ни разу в жизни, но еще ни разу в жизни я не чувствовала себя такой живой. Энергия била из меня ключом, и я успела больше, чем рассчитывала.

Конечно, по умолчанию я не успевала ничего, но кому это интересно?

С командой отношения сначала сложились натянутые. Девочки оказались характерными и восприняли меня такую в штыки. Ну, еще бы, какая-то стерва — узурпатор пришла и всех строит.

Да еще и тетя Ира расставила все точки над «и». Я не любимица, но лидер команды, и кто может так же, то пусть делает. Ну, а что? Я тренировки не срывала, говорила по делу, не хамила.

Была резка — это да, но это они меня раньше еще не знали. Сейчас можно сказать, что я реально душкой стала. Что их не устраивало?

Все изменилось в один момент. Я уже собиралась кардинально устраивать разборки. В преддверии сезона натянутые отношения с девочками мешали игре. Это никуда не годилось!

А потом у нашей связки заболел сын, и ему срочно понадобились деньги на лечение. Она родила очень рано и чудом удержалась в суперлиге. Уважала ее за это, тем более двухлетнего парня видела не раз.

Я оплатила дорогостоящую операцию без вопросов. Нет, это не было тупой и слепой жалостью. И я не скрывала, что это не благотворительность. Так ей и сказала:

— Играй. Чтобы голова была спортом забита, другой связки на сезон сейчас не найти твоего уровня. Прыгнешь выше головы, Маша?

— Прыгну! — уверенно ответила та.

Больше у команды вопросов ко мне не было.

Глава 51. Георгий

Как же сложно менять свою жизнь, но другого варианта, как идти вперед, у меня не было. Тем более, что после того, что я видел с подопечной Вани Маргаритой, хочешь — не хочешь, а в жизни меняются ориентиры.

Их ситуация с Мишей поставила меня в положение, когда невольно проникаешься чужим горем. Чужим счастьем, и вообще задумываешься о превратностях бытия.

Наверное, в этот момент я и понял, что Милана и Миша были правы. Лезть к Ирме не стоило. Да и какой-то момент не было времени. А потом она не дала мне ни единого шанса добраться до нее.

— Что думаешь делать с ней? Оставишь в покое?

Завтра Ваня улетал, и мы решили зайти в наш любимый еще со студенческих времен бар. За бокалом хмельного напитка разговор без вариантов свернул на тему девушки, что вывернула мне душу.

— Ты же знаешь, что я не смогу. Но пока я…

— Она едет на год в Саратов, Жор. Я сам ее туда устроил. Тренер — давняя подруга ее матери, и я надеюсь…

Выдохнул. Год. Так вот какой срок он назначил ей и мне заодно. Внимательно посмотрел на друга. Ваня ответил взглядом с сожалением. Неужели настолько не верит в нас?

— Значит, ты так решил вопрос…

— Сейчас речь не о вас. Мне кажется, она наконец-то избавилась от части своих демонов, но прошлое не проходит бесследно. Пусть успокоится в дали от интриг и волнений столицы.

— И от меня, — хмуро добавил я.

— Жора, давай откровенно. Этот год тебе будет не до нее. Не поверишь, но мне кажется, эта ваша разлука пойдет обоим на пользу.

Глядел на друга внимательно, но он стоял на своем. Правда, с другой стороны, он чертовски прав. Герман взялся за меня серьезно. Но я не был против.

Почему нельзя соединить приятное с полезным? Ваня словно читал мои мысли и просто ответил:

— Рядом с ней в этом состоянии Ирмы у тебя не будет времени и концентрации для политики. Дай ей возможность прийти в себя после стольких лет боли, насилия над самой собой и всех этих событий. Она жива, и это главное. Потому что я боялся…

— И я…

Рассказал ему про ту историю со «Скорой». Про то, что на мгновения мне показалось, что я потерял ее. Что все вокруг словно специально рассказывают мне про то, что я должен оставить ее в покое хотя бы на время!

— И заметь, Георгий, что только ты один сопротивляешься. Никто не говорит про то, что вы не будете вместе. Просто лично я делаю упор на то, что вы не готовы к отношениям. Отношения — это ведь не только про потрахаться.

— А то я не знаю, — огрызнулся я.

На самом деле, как раз со стороной общения и совместного времяпрепровождения без секса у нас имелись проблемы. Его попросту не было.

На этом мы тему закрыли. Я пожелал другу удачи и пошел домой. Странное чувство, когда перед тобой такие перспективы, реальная возможность помочь людям и исправить ситуацию в стране.

Герман сразу сказал, что моя итоговая точка Совет Федерации. На этом этапе. Потом, может, выше, но пока про это Освальд умалчивал, предпочитая хмуро смотреть на графики своих аналитиков и пиарщиков.

Да-да, теперь у меня появились свои специалисты, вплоть до стилиста. Герман говорил, что иначе быстро наверх не получится, а зачем нам тратить время, когда этого можно избежать?

Вообще мир политики оказался немного не таким, как я думал. Но это все благодаря тому, что наша история строится на принципах «не ртом и жопой», а чтобы было хорошо.

Я врач, и направление мне, конечно же, выбрали медицинское. Сначала в структуру министерства сразу на высокую должность, потом поближе к министру, а дальше по ситуации. Но меня уже готовили как человека, который метит в самое пекло.

А я сидел в четырех стенах и думал про то, что где-то там, за несколько тысяч километров сидит девушка, с которой я бы хотел быть сейчас рядом. Настолько сильно, что сейчас сжимал телефон до хруста.