Зореслав Степанов – Небесная Крыса (страница 3)

– То, что ты прилетел с неба – нам известно, – медленно начал Чингуч, соглашаясь с утверждением Саймона. – Но вот, почему ты не хочешь сказать с какого ты племени, я никак не пойму. – Чингуч поковырялся грязным пальцем в зубах, а потом тем же пальцем сдвинул на голове шлём немного в сторону, и засунул себе в ухо.

Наблюдая за его действиями, Саймону вдруг пришла в голову мысль, что в их разговоре, кто–то чего–то недопонимает. Или он, или этот дикарь.

«Главное, без нервов», – мысленно успокоил он себя, и позволил себе слегка улыбнуться.

Делать этого ему не следовало. Его улыбка, неизвестно отчего, вызвала у Джека Клыка приступ ярости, и он с рёвом, выпрыгнув из–за стола, с размаху ударил Саймона кулаком в лицо. Голова Саймона дёрнулось назад, и он повалился на кровать. Увидев, что он упал и не сопротивляется, Джек Клык издал победный рёв, который больше походил на звуки, издаваемые слонами во время брачного периода, и занёс кулак для ещё одного удара. Но, как и в первый раз, его остановил резкий окрик Чингуча:

– Оставь его, Клык! – рявкнул он, медленно поднимаясь. – Он ещё может пригодиться нам в одном деле.

– Да он ведь дохлый, Чингуч! – воспротивился Джек Клык. – Его даже крысёнок прикончит без ножа.

– Вернись на место! – прорычал Чингуч, разбив один из глиняных горшков о свой металлический шлём. Его приказ подействовал на Джека Клыка, но не настолько, чтобы оставить Саймона в покое.

– Чингуч, он ведь лазутчик Белых Кротов с той стороны планеты. Они наши враги, и ты сам знаешь, что у них есть машины, которые могут летать по небу. Он специально прилетел к нам, чтобы ночью всех нас перерезать, а затем праздновать победу вместе со своими вонючими суками – соплеменниками! – сказав это, Джек Клык замахнулся, но ударить не успел.

С гортанным криком, Саймон перехватил его руку, и закрутил ему за спину. Одновременно с этим, он провёл серию ударов по нескольким нервным точкам, а напоследок, с полу разворота, врезал Джеку Клыку ногой в челюсть. Затем выпустил его руку, и резко отпрыгнул в сторону. В этом, как он убедился, большой надобности не было. Джек Клык на некоторое время был выведен из строя, и не представлял из себя никакой опасности. Он грузно опустился на колени, и со стоном упал вниз лицом.

Но оставались ещё другие. Желая продать свою жизнь подороже, Саймон встал в боевую позу, и сквозь узкие щёлочки, в которые превратились его глаза, напряжённо смотрел на сидевших туземцев. Те, очевидно, не знали как им правильно поступить в создавшейся ситуации, и только то и делали, что переводили взгляды с Джека Клыка на Чингуча.

Но Чингуч, не отдавая никаких приказов, молчал и Саймону на миг показалось, что он не собирается мстить ему за своего головореза. И он не ошибся. Чингуч нетерпеливым знаком велел оттащить Джека Клыка в соседнее помещение, а затем снова заговорил с Саймоном.

– Хотя ты и побил моего воина, я не стану тебя за это убивать, – мрачно проговорил он.

– Почему? – сдержанно спросил Саймон, всё ещё не позволяя себе расслабиться ни на секунду.

– Это не твоё дело, – отрезал Чингуч. – Лучше расскажи нам, кто ты и откуда прилетел.

Последние слова он проговорил с нескрываемой угрозой, и Саймону стало ясно, что Джеку Клыку всё же удалось убедить Чингуча в том, что он, Саймон, может оказаться лазутчиком Белых Кротов. Поэтому Саймон решил поступить самым правильным образом, а именно, постараться рассеять подозрения туземцев в этом вопросе.

Глава 4

– Мое имя Саймон. Я прилетел из космоса на патрульном корабле. Правда, машина была неисправна, и рухнула на вашу планету. Что было дальше, я не помню, а когда пришёл в себя, то обнаружил, что нахожусь в этой норе.

– Это не нора, – угрюмо возразил один из туземцев.

– Пусть будет не нора, – согласился Саймон. – Мне лично наплевать, что это такое.

Его ответ удовлетворил туземцев, и они снова принялись жевать мясо.

– Так вот, – продолжал Саймон, набрав в грудь побольше воздуха. – Никаких Белых Кротов я не знаю, и сроду не видел. Ну, а если мне кто–то не верит, то пусть попробует возразить, и тогда последует за этим недоумком Джеком Клыком, – Саймон вызывающе посмотрел на туземцев и сжал кулаки.

Подобное поведение с его стороны было чистой наглостью, и Саймон едва не поплатился за это головой. Туземцы все сразу зашумели и, схватив в руки ножи, стали требовать у Чингуча разрешения прикончить нахального чужака. Один из них, который был агрессивнее остальных, крутнул чем–то над головой (Саймон не успел разглядеть, чем именно), и в следующее мгновение камень с грохотом врезался в стенку рядом с ним.

– Он из Белых Кротов! – ревели туземцы, перебивая друг–друга. – Убить его! Отдать на растерзание Махтам!

Неизвестно, чем бы это закончилось для Саймона, если бы не Чингуч. Со звериным рёвом, он сбил со скамьи самого горластого из своих воинов, и шум постепенно перешёл в недовольный ропот.

– Говори, чужак. У тебя ещё есть время! – приказал Чингуч.

– Мне нечего больше сказать, – ответил Саймон, едва сдерживаясь от искушения, свернуть вождю шею.

– Значит, ты из Белых Кротов? – резко спросил Чингуч, прищурив один глаз.

– Нет, – последовал твёрдый ответ Саймона.

– Хорошо. – Чингуч был доволен его ответом.

– Послушай, чужак…

– Мое имя Саймон.

– Это неважно, – отмахнулся Чингуч от его замечания. – Но если тебе так нравится это имя, то я буду так называть тебя до тех пор, пока ты не умрёшь, – последние слова Чингуча заглушил громкий гогот, вырвавшийся из глоток его воинов.

Саймон постарался не обращать на это внимания и решил, что пришло наконец время выяснить, куда он всё–таки попал.

– Ты теперь знаешь, кто я, и мне хотелось бы узнать, кто ты и твои люди?

– Мы Крысы, – без промедления последовал ответ Чингуча, в котором чувствовалась гордость за своё племя.

– А может, Черви? – сьязвил Саймон.

– Нет, чужак. Мы Крысы, – серьезно возразил Чингуч. – Черви были, но мы их всех уничтожили. А те кто уцелел, ушли на поверхность и живут в Мрачных Руинах, или ещё где– нибудь. Мы этим не интересовались.

– Хм–м, – промычал в ответ Саймон и озадаченно почесал затылок. – Тогда скажи мне, как я здесь очутился? – Саймон жестом обвёл помещение и вопросительно посмотрел на Чингуча.

– Мы подобрали тебя среди большой кучи железа. Тогда ты больше был похож на мёртвого, и мы думали там и оставить тебя. Но один из нас, который разбирается во всех этих вещах сказал, что ты жив и скоро придёшь в себя.

– О Кей, – буркнул Саймон. – Это далеко отсюда? – ответа на этот вопрос, он ждал с напряжением. Ведь оттого, каким он будет, зависела его дальнейшая судьба, а возможно и сама жизнь. На борту патрульного корабля, даже потерпевшего аварию, можно было отыскать оружие, отсутствие которого, ощущалось острее всего. К тому же там были антигравы, продукты и много–много других не менее полезных вещей. Поэтому не удивительно, почему Саймон с такой настойчивостью хотел узнать, где находится его корабль.

– Это недалеко отсюда, – ничего не подозревая, ответил Чингуч, которому было наплевать на все его проблемы чужака. – Приблизительно в десяти километрах к югу от Мрачных Руин, – добавил он, считая, что этим объяснил, где находиться корабль.

Саймон, конечно, считал несколько по–другому.

– А где находятся Мрачные Руины? – спросил он в надежде вытянуть из простоватого на вид туземца как можно больше информации.

– Ясно где. На поверхности, – словно само собой разумеющееся ответил Чингуч, и для большей убедительности ткнул пальцем в потолок.

– Понятно, – скривившись, протянул Саймон. – Тогда скажи мне, что вы собираетесь со мной делать, и когда отпустите?

По мнению туземцев его вопрос был глупым, и это быстро отразилось на их бородатых лицах. Некоторые из них, ухмыляясь закачали головой, а другие посмотрели на него словно он был круглым идиотом.

– Ты наш пленник, – отрубил Чингуч и Саймону стало ясно, что этим всё сказано. И всё таки, он решил выяснить, какой долей свободы он обладает.

– Тогда почему вы меня не свяжете, и не запрете куда–нибудь? – Саймон выжидательно посмотрел на Чингуча, гадая о последующей реакции.

– А зачем? – несказанно удивился тот и переглянулся со своими сотрапезниками.

– Ну…я могу, например, убежать. Убив при этом кого–нибудь из твоих людей, – сказав это Саймон повернулся и коротко ударил в одну из досок, которыми были обшиты стены. Доска треснула и немного вошла в земляную стену. После этого он повернулся и снова выжидательно посмотрел на Чингуча. Но ответа не последовало.

Вместо слов Чингуч поднялся из–за стола и, вытирая руки в свою куртку, сказал что–то сидевшему напротив него воину. Тот утвердительно прогудел что–то в ответ и надел на голову шлём. Но Чингучу это не понравилось, и воин вынужден был снять шлём.

Глядя на все приготовления, Саймон не мог понять, что собирается делать вождь, но он прекрасно понимал, что вряд ли могущественный вождь Крыс, поднялся бы со своего места просто так. И он не ошибся. В следующую секунду, Чингуч ухватился руками за толстую доску стола и, поднатужившись, оторвал её вместе с гвоздями. Затем с размаху ударил доской туземца по голове, с которым только что переговаривался. Доска с треском разломилась пополам и, сбив со стола несколько глиняных кружек, с грохотом упала на пол. Более убедительной демонстрации силы не требовалось, и Саймон решил понапрасну не рыпаться, и зря не нервировать вождя туземцев.