Зореслав Степанов – Космические Террористы 2 (страница 3)

– Нефть, – последовал короткий ответ.

– Нефть? – удивилась Джессика. – А для чего она туземцам?

– Используют для защиты стоянки. Если какое– нибудь недружественное племя нападает, то они поджигают ее.

– Но, где они…

– Джессика, – прервал ее Саймон. – Где они ее берут, я расскажи вам немного позже. А сейчас помолчите, мне не до вас. Мы не на туристической экскурсии. Это очень опасное племя, – не обращая внимания на возмущение девушки, он повернулся к Джефри: – Давай немного правее вон к тому деревянному мосту. Видишь?

– Вижу, – кивнул громила в ответ и протянул руку к рычагам.

Вездеход, взрыв гусеницами землю, развернулся на месте и, переваливаясь с борта на борт, медленно пополз к мосту. Но когда они достигли первых бревен, машина остановилась.

– Босс, эта рухлядь выдержит нашего Ягуара? – с сомнением в голосе спросил Джефри.

– Выдержит. Мост построен из особой породы дерева.

– Хм–м, – ответил недоверчиво Джефри, и вездеход вполз на мост.

Как и обещал Саймон, мост выдержал и через несколько секунд они уже находились на территории стоянки. Почти сразу же из чиначей стали появляться туземцы. С нескрываемым любопытством они разглядывали вездеход и сидевших внутри людей.

Саймон, не обращая на них внимания, велел ехать к чиначу в центре стоянки и там остановиться. Джессика, которая впервые в своей жизни попала к туземцам, прильнула к прозрачному колпаку. Не отрываясь, она смотрела на туземцев, которые вышли из встречать.

Все жители селения были одеты в кожаную одежду черного цвета, с нарисованными или пришитыми знаками. Что собой представляли эти знаки, Джессика так и не поняла. Внешне обитатели селения мало чем отличались от людей. Каких либо явных различий она не заметила.

Среди встречавших их туземцев, были также и женщины. Как и мужчины, они были одеты в кожаную одежду. С той лишь разницей, что грудь у них была открыта и разрисована какой–то краской неопределенного цвета. Лиц туземцев Джессика не смогла хорошо рассмотреть. По той простой причине, что они находились на довольно большом расстоянии от вездехода и, по–видимому, не собирались подходить ближе. Но то, что все обитатели селения держали в руках окованные железом дубинки, она хорошо разглядела.

– И так, повторяю…

Джессика оторвалась от своих наблюдений и перевела взгляд на Саймона.

– Действовать нужно слаженно и четко, – продолжал говорить Саймон, проверяя свой бластер. – Приготовьте оружие и если что, сразу открывайте огонь. Все поняли?

– А чего тут понимать, босс? – за всех ответил Джефри.

– Окей, парни. С вождем буду говорить я. Ваше дело молчать и следить за туземцами. Да и за нашей заложницей, чтоб не забывали поглядывать.

– Босс, не такие уж мы дураки, как вы думаете, – обиженно проговорил Хью.

Вместо ответа Саймон полез под приборную доску, и вытащил оттуда небольшую коробочку.

– Держи, толстяк, – сказал он, протягивая ее Хью.

– Это взрывчатка, босс? – догадался тот.

– Заткнись, – последовал ответ. – Это подарки вождю, а взорвать этого дикаря мы всегда успеем, – после этих слов он велел остановиться и, резко выдохнув воздух, надавил на пульте одну из кнопок. Прозрачный колпак отъехал в сторону и раздался щелчок захватов. – За мной! – приказал Саймон, перепрыгивая через борт вездехода. Наемники последовали за своим боссом, и вместе с Джессикой направились к вождю туземцев.

Тиарки–Та правил племенем уже много лет, и все благодаря своей хитрости и жестокости. Как и все его воины, он был сильным и храбрым. Его красное лицо почти до половины закрывала черная борода, а на голове торчал металлический шлем, украшенный золотыми треугольниками. Но не золото было гордостью Тиарки–Та. Предметом его гордости было ожерелье из высушенных человеческих ушей и носов. Все эти уши и носы принадлежали когда–то его врагам. Теперь они были боевыми трофеями Тиарки–Та и висели у него на шее.

В данный момент вождь туземцев восседал перед своим чиначем на покрытом шкурами пульте управления, выдранном из планетарного катера, и с надменным видом взирал на непрошенных гостей. В руках он держал огромных размеров дубинку с шипами и, по всей видимости, был готов пустить ее в ход в любую минуту.

Саймон подошел к нему на расстояние всего несколько шагов. Молча положил перед ним шкатулку. Потом отступил назад и остановился.

– Великий Тиарка–Та, – напыщенно заговорил он. – Обладатель ожерелья из ушей и носов, я приветствую тебя.

– Я тебя тоже приветствую, – отозвался вождь и с интересом посмотрел на лежавшую перед ним шкатулку. Затем, поборов соблазн открыть ее, он обратился к Саймону: – Скажи, кто ты, и чего тебе надо здесь?

– Как «кто»? – удивился Саймон. – Разве ты не помнишь меня? Ведь я тебя вытащил из болота, когда ты тонул.

– А–а, теперь вспомнил, – без особого энтузиазма произнес вождь, и с сожалением посмотрел на свою дубинку.

Саймон, не желая, чтобы пауза затянулась, решил говорить сам.

– Великий Тиарки–Та, у меня есть к тебе дело, и мне нужно с тобой поговорить, – Саймон внимательно следил за туземцем, и все время держал руку на бластере.

– Ну, что же, можно и поговорить, – согласился вождь, после нескольких минут раздумий. Потом он почесал свой длинный нос и поднялся с импровизированного трона. – Пойдем в мой чинач, пришелец, и там ты расскажешь мне о своем деле, – после этих слов, Тиарки–Та важно повернулся и, опираясь рукой на дубинку, направился к палатке покрытой вонючими шкурами.

Саймон, а за ним остальные последовали за вождем. Когда они проходили мимо туземцев, то те покрепче сжимали в руках свои дубинки, и с нескрываемой злобой смотрели на людей.

– Босс, – тихо позвал Хью.

– Чего тебе?

– Пожалуй, эти недоумки не прочь и наши уши использовать в качестве украшений.

– Заткнись, – зашипел на него Саймон. – Если услышит Тиарки, нам несдобровать.

Джессика, которую все это время не покидало напряжение и чувство опасности, невольно улыбнулась и немного расслабилась. Сам того не желая, Хью ее развеселил.

Глава 3

Чинач вождя, куда их привели, был просторным и разделялся на две части перегородкой из шкур. В первой половине, предназначенной для посетителей, находился большой стол на коротких ножках, и две лавки, покрытые шкурами. На полу возле стола сидела грязная, нечесаная женщина. Она что–то напевала себе под нос и толстой иглой зашивала в шкуре дыру.

Тиарки–Та грозно сказал ей несколько слов и отбросил пинком в сторону. Женщина, не издав ни звука, собрала разбросанные шкуры и забилась с ними в полутемный угол чинача. Великий вождь тем временем важно подошел к двум раздетым девушкам, которые были привязаны веревками к опорному столбу у задней стены чинача.

Несколько секунд он молча разглядывал их и только причмокивал языком. Потом схватил плеть и несколько раз ударил каждую из привязанных девушек. Одна из них попыталась увернуться от его ударов. Такое поведение очень рассердило вождя.

Тиарки–Та выкрикнул какое–то местное ругательство и принялся хлестать обнаженную девушку до тех пор, пока она бесчувственная свалилась на пол. После этой процедуры Тиарки–Та повесил плеть на вбитый в столб гвоздь и, не обращая на девушек больше внимания, направился к столу.

Джессика, когда проходила мимо девушек, содрогнулась от ужаса и жалости. Все тело у них было покрыто багровыми полосами от ударов плетью. К тому же они были голодны: хотели, есть и пить.

Тем временем Тиарки–Та не спеша сел за стол и положил перед собой утыканную шипами дубинку. Саймон, который слыл среди дикарей вождем своего племени, которое находилось где–то очень далеко, занял место рядом с ним. Джефри сел возле него, потом Джессика и наконец, Хью в обязанности которого входило прикрывать ее в случае нападения туземцев. После первой кружки местного напитка, вождь пришел в хорошее расположение духа и, поглаживая свою черную бороду, обратился к Саймону:

– Прежде чем мы поговорим о твоем деле, мы выпьем еще по полной кружке ахи, – предложил он.

– Можно и выпить, Великий Тиарки–Та, – бодро ответил Саймон и, скривившись, посмотрел на темную, бурую жидкость, которую ему налил вождь в грубо сделанную глиняную кружку.

– Босс, – тихо позвал Джефри.

– Слушаю, – Саймон слегка наклонился к нему.

– У меня нет желания пить это вонючее пойло.

– Замолчи и пей, если не хочешь, чтобы твои уши прибавились к ожерелью вождя.

Джефри, конечно, этого не хотел. Поэтому, немного помявшись, залпом осушил свою кружку. После этого он несколько секунд не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. У него было такое ощущение, словно у него в животе разорвалась аннигиляционная бомба. Наконец он с шумом вдохнул воздух и посмотрел на босса, который как ни в чем не бывало, спокойно потягивал свою порцию ахи.

– Надеюсь, это не отрава. Все–таки бренди лучше, – просипел он, и положил кружку на стол.

Что касается Джессики, то ей, вообще, ничего не налили. Тиарки–Та отчего–то обозвал ее «доильщицей нуаков» и сказал, что ей не положено пить огненный напиток ахи. Никто из гостей не понял, почему вождь так назвал Джессику, но, по незаметному знаку Саймана все сделали вид, что им все ясно, и они полностью согласны с ним. После второй кружки вождь, наконец, решил приступить к обсуждению дела, с которым к нему явился Саймон.

– Теперь ты можешь говорить, зачем пришел к нам. Великий Тиарки– та готов тебя выслушать, – после этих слов вождь на несколько секунд замолчал и посмотрел на Джессику, которая брезгливым взглядом окидывала чинач. – Но твоей доильщице нуаков, лучше покинуть мой чинач. Ей не место здесь, когда воины обсуждают свои дела.